Вольный Флот (СИ) - "sgtmadcat" - Страница 85

– Ты знаешь где потайные ходы? Откуда?

– О, мой друг. Все потому, что я, как ты заметил, «образованный»…

– Не начинай опять…

– Нет уж. Я просто обязан похвастаться своим блестящим озарением!

Обреченно кивнув, Падди рухнул на диван, и приготовился слушать. Старпом, с видом актера на сцене взмахнул руками словно открывая невидимый занавес.

– Видишь ли… Церковники, по какой-то причине, просто помешаны на всяких секретных ходах, комнатах и подземельях. Думаю, это как-то коррелирует с уровнем паранойи и интриганства в их среде.

– Объясняй проще… И побыстрее…

– Не перебивай… Как известно, одним из самых выдающихся архитекторов работавших на Церковь был Луиджи Магна. Он приложил свою руку к постройке или реконструкции практически всех важных церковных объектов того периода. В своём деле Магна был, безусловно, гением. Но больше всего Клирики ценили его за то, что все чертежи и расчеты он делал в уме.

Предполагают, что это слегка ускорило его кончину – заказчики боялись что на старости лет он передаст хранимые секреты ученикам или изложит на бумаге, так что скончался он неожиданно и скоропостижно. И все полагали что секреты построенных им сооружений ушли в могилу вместе с ним.

– Ты оказался умнее всех? Что-то нарыл?

– Совершенно верно. Я действительно нарыл кое-что. Дело в том, что Луиджи, как и все образованные люди того времени, баловался поэзией. И даже имел ограниченный успех. «Ограниченный» потому что, как официальный архитектор Церкви, мирские темы он не затрагивал, а духовные до него перепахали такие титаны что на фоне их кто угодно потеряется. Так что его стихотворные труды тихо-мирно пылились в библиотеках и были известны двум с половиной литературоведам. Пока их не обнаружил ваш покорный слуга…

Старпом галантно поклонился, а Падди вяло ему похлопал.

– Что там в стихах?

– Масса всего. Я изучал творчество Магны вполне целенаправленно. Будучи тонким знатоком человеческой натуры, я примерно представлял, насколько столь именитый и обласканный сильными мира сего человек горд и тщеславен. И понимал, как и Церковь, что рано или поздно его «прорвёт». О тщеславие! Как говорил Безликий в поэме Пиккелта «Бездна»: «Тщеславие – любимейший из моих пороков».

– Твой тоже. Тщеславнее только павлины.

– У павлинов это служит для привлечения самок, – отмахнулся Старпом, – Я же делюсь с миром своим великолепием абсолютно бескорыстно.

– Проехали… Ты говорил про стихи?

– Я задался мыслью: почему гениальный, прославленный на весь Лионис архитектор, с таким упорством продолжал на протяжении долгих лет кропать посредственные стихи? Поняв, что прославится на данном поприще не получится, не логичнее было бы попробовать что-то ещё, либо же полностью сосредоточится на основном виде деятельности? А потом меня осенило! Каким образом Луиджи мог хранить в уме такое количество информации? Даже с выдающейся памятью это невозможно без мнемонической системы!

– Говори понятнее…

– «Мнемонической». Мнемоника, это совокупность специальных приёмов и способов облегчающих запоминание нужной информации и увеличивающих объём памяти путём образования ассоциаций. Так вот стихи и были той системой! Он делал подробные планы, но не в графической, а в стихотворной форме!

– Ты её разгадал?!

– Да. Полностью! – открыв чемодан, Старпом достал ветхую книгу, – Вот – полный набор чертежей данного монастыря со всеми потайными ходами, которых тут как мышиных нор в амбаре.

– Да иди ты! – Падди возбужденно подался вперёд, – Где ближайший?

– Я закладку сделал… – полистав книгу, Старпом нашёл нужное место, – «Колени преклонив пред знаком светоносным в груди орла, что распластал крыла, перстами прикоснись и вздрогни удивленный…», а дальше всё херня, ля-ля, ля-ля, ля-ля… Так, посмотрим… Распластавший крыла орёл, в данном случае, это здание… Там левое крыло, там правое, головой является часовня, хвостом – лестница во двор. Грудь – это центральная часть, где мы и находимся. «Светоносный знак» – святой символ. Тут они в каждой комнате, но он вряд ли имел в виду что-то, что можно снять или повесить…

– Ты говорил, что у тебя полный план на руках?

– План полный. Перевод неполный. В оригинале значение имело всё, от стихотворного размера до количества букв в словах. При переводе всё потерялось, само собой, но общий смысл сохранился и нам этого хватит. Погоди-ка…

Старпом подошёл к камину и ощупал его со всех сторон.

– Как ты думаешь, это похоже на Столп Святого Сына? Он выступает из стены и топка с трубой образуют параллелепипед… А если разжечь огонь, то вот он и становится «светоносным» в самом прямом смысле слова…

– Нужен огонь?

– Не думаю… Если бы ход открывался каждый раз, когда топят камин, то какой в нём смысл? Нет – тут что-то другое… Как у нас по-древнеимперски будут «перста»?

– Ты знаешь… – развёл руками Падди, – Только утром помнил…

– Думаю, что ради рифмы переводчик поменял слова… Или нет. – Старпом ощупал выступающий камень каминной полки, – Я знаю, для чего на каменных подоконниках делают снизу желобок. Чтобы дождевая вода срывалась, а не затекала под него. А вот зачем желобок на каминной полке? Может, чтобы удобнее захватить пальцами? Это было бы логично – случайно надавить на него могут, а вот пытаться выдернуть будет только дурак…

– Решил поиграть в дурака? – поинтересовался Падди, глядя, как Старпом тянет полку на себя, – Помочь?

– Не надо…

Дернув посильнее, Старпом слегка вытянул полку на себя, и задняя часть топки с тихим щелчком сдвинулась. Взяв кочергу, Падди толкнул её и заглянул в открывшийся проход.

– Первый раз вижу пользу от высшего образования. Полезли?

– Сперва отдохнем, поедим и дождемся ночи. Сейчас Предвозвестник в кабинете в окружении холуев. Они вряд-ли оценят наше эффектное появление из стены. Дождемся пока он пойдёт спать. Распакуй пока чемоданы и найди там комбинезоны. Костюм дорогой – не хочу его вымазать в саже. А я закажу нам еды. Ты по-прежнему любишь стейки средней прожарки?

…

Подземный ход был не такой как Падди привык себе представлять. Внутри было довольно сухо, прохладно а пол – посыпан чистым песком, позволяющим передвигаться практически бесшумно. Они взяли с собой фонари но Старпом запретил их пока включать, так что шли они на ощупь. Из-за этого ход казался очень длинным и очень тесным. На клаустрофобию Падди никогда не жаловался, но тут реально начал понимать что такое – «стены давят».

Впереди через щель на потолке пробивался луч света и доносились голоса. Остановившись Старпом наклонился и разрыл песок в том месте, куда падал свет. Под ним оказался камень, на котором было выбито «Часовня».

– Мы на верном пути…

– Не услышат? – Падди кивнул наверх.

– Там идёт молебен так что вряд ли. В худшем случае кто-то сегодня получит крайне неясные наставления свыше. Пошли дальше. Если захочешь что-то спросить, хлопни меня по плечу и говори на ухо. И аккуратнее – впереди лестница.

– С чего ты взял?

– Часовня под скалой на которой стоит монастырь. Не думаю, что мы наткнемся на лифт…

Несмотря на предупреждение, лестницу, вырубленную в толще камня, Падди нашёл больно и внезапно и, с шипением растирая шишку на лбу, начал подниматься по спиралью уходящим вверх ступеням.

– Может включим фонари? Жалко голову – я в неё думаю.

– Просто иди аккуратнее… Свет демаскирует. Тут в стенах глазки для подглядывания и будет очень нехорошо если кто-то, лежа в темноте, увидит, что у фрески на стенах глаза светятся.

– Далеко ещё?

– Почти пришли. Ещё одна лестница и мы у цели…

– Ещё одна…

К апартаментам Предвозвестника вёл небольшой боковой отнорок. Осмотрев через глазок помещение Старпом уступил место Падди, а сам, включив, наконец, фонарь, принялся внимательно изучать изнанку потайной двери.

– Как думаешь? – Падди задумчиво проследил за его манипуляциями, – Этот выродок знает, что в его спальню есть ход?