Любить друга отца (СИ) - Ульянова Таня - Страница 22

Снова слезы предательски защищали в глазах…

Взяв телефон, я набрала его заученный наизусть номер, но услышала банальное.

"Абонент недоступен или находится вне зоны действия сети"…

Швырнув телефон в стенку, я уткнулась в подушку, снова в кровь кусая губы. Но неожиданный настойчивый толчок в животе заставил замереть на месте.

Даже слезы мгновенно высохли. Сев на кровати, я прижала ладонь к животу, пытаясь снова прислушаться к ощущениям, и снова почувствовала толчок. Мои ощущения меня не подвели… Моя малышка… Моя девочка впервые пошевелилась и напомнила мне, что я не одна… Что я нужна ей.

Глава 22

Вика.

Проходили дни и недели, с каждым моментом боль становилась все меньше, и я чувствовала, что мне становится легче дышать. Так пролетели еще несколько месяцев. Я научилась засыпать без слез. Моя жизнь понемногу вернулась в свой привычный ритм.

Сегодня у меня было очередное УЗИ и визит к нашему любимому доктору. После процедуры узистка, ничего не сказав, в срочном порядке отправила меня ко врачу, который ведет беременность.

— Виктория, я же вас предупреждала… — смотря в описание УЗИ, проговорила врач, постукивая пальцами по столу. — Никаких стрессов…

Я встревоженно смотрела на нее, прижав ладонь к животику.

— Что-то с ребенком? — испуганно спросила я, боясь услышать что-то страшное.

— У вас нарушение плацентарного кровотока… — отложив результаты обследования, женщина сняла очки, пристально смотря на меня. — Я настоятельно рекомендую лечь на сохранение, потому что это состояние угрожает жизни и здоровью ребенка. Нарушение не очень серьезное, но вам нужно пройти дополнительные обследования, сдать ряд анализов и только тогда мы назначим подходящее лечение. Вы сейчас идите оформляйтесь в стационар, сегодня сможете поехать домой, а завтра вас будут утром ждать на анализы.

Я даже не думала отказываться от госпитализации. Только бы с моей девочкой все было хорошо. Только бы с моей малышкой ничего не случилось…

Врач написала направление, а я пошла оформляться в стационар. Как она и говорила, мне разрешили сегодня поехать домой.

Получив все рекомендации, я вышла из отделения и направилась к выходу из клиники, но, заметив знакомую женскую фигуру, просто замерла на месте, не веря своим глазам.

Передо мной стояла Лариса собственной персоной, пристально разглядывая меня.

— Ну, здравствуй, — с нескрываемой улыбкой проговорила она, подойдя ко мне ближе.

Ее взгляд упал на мой живот, отчего мне стало не по себе.

— Здравствуй, — проговорила я, прикрывая руками свою еще нерожденную дочь в защитном жесте.

Видимо ее это позабавило и вызвало на красивом лице улыбку.

— Его ребенка носишь? — теперь улыбка исчезла с ее лица, смотрела женщина совершенно серьезно и даже показалось угрожающе.

Не став отвечать на глупый вопрос, я молча хотела уйти, но мне не дали этого сделать, грубо ухватив за руку.

— А он о тебе и не вспоминает, — ядовито проговорила она. — Спокойно живет в Париже и ждёт пока мы с Машей к нему приедем.

Сжав свободную ладонь в кулак, я судорожно вздохнула, стараясь держать себя в руках.

— Ты не нужна ему, — снова ядовитый тон, а сердце колотится так, словно сейчас выпрыгнет из груди. — Он сам сказал, что очень ждёт меня, после того, как узнал, что станет отцом. Я беременна от него, мы снова вместе. И у нас будет ребенок. Слышишь?! Ты не нужна ему! Не нужна!

Глаза защипало от слез, но я сдержалась только, чтобы при ней не показать как мне больно слышать эти слова.

— Мне уже все равно… — как можно убедительнее соврала я. — Что ты еще от меня хочешь?

Бросив в меня злобный взгляд, Лариса не по-доброму улыбнулась.

— Даже не мечтай, что ты вернёшь его! — ее ледяной тон говорил, что от этой персоны нельзя ожидать ничего хорошего.

Больше ничего ей не сказав, я на подкашивающихся ногах вышла из больницы, еле сдерживая слезы. Нет… Ее слова не могут быть правдой. Матвей не мог после всего случившегося взять и вернуться к ней…

Слезы предательски покатились по щекам от обиды. Я верю ей? Не знаю. В порыве злости, чтобы насолить другому и сделать в несколько раз больнее, человек может сделать, что угодно, лишь бы удар удался и оправдал себя.

Лариса.

Обернувшись ей вслед, несколько минут смотрела на закрывшуюся за ней дверь. Снова эта гадина маячит перед глазами, только теперь со своим щенком. Интересно, по какой причине она была в этой клинике? Наверняка какие-то проблемы с беременностью… Так ей и надо. Пусть сдохнет. Пусть сдохнет вместе со своим щенком, а я буду очень этому рада.

Решив узнать, я прошла к своей знаком на ресепшене, к которой собственно и заглянула, потому что была недалеко.

Все же эта дурочка поверила в мою ложь, что мы с Матвеем снова вместе. Вот же наивная дура. Матвей тоже хорош. Все мои звонки и попытки помириться поставил на игнор. Ну что ж, мы еще с тобой встретимся, милый. Я тебе обещаю.

— Привет, Марин, — проговорила я, войдя в сестринскую и закрыв за собой дверь.

Подруга была сейчас здесь одна, поэтому поговорить мы могли спокойно без лишних ушей.

— Привет, — поставив чашку с кофе на стол, девушка пристально посмотрела на меня. — Ты чего такая взвинченная?

Присев за стол, я внимательно посмотрела на подругу, и тут меня осенила мысль. Она же здесь работает, наверняка может узнать нужную мне информацию о пациенте.

— Марин, слушай… — положив ногу на ногу, я слегка улыбнулась. — У вас есть одна пациентка… Вика Гранина.

— Да, — непонимающе проговорила она. — Сегодня положили на сохранение.

Достав из сумочки пятитысячную купюру, я протянула ее ей.

— Получишь в два раза больше, если предоставишь мне всю информацию ее истории болезни, — улыбнулась я.

Она не раздумывая согласилась, лишь попросила подождать около двадцати минут, а затем мы вместе вышли на улицу и прошли за здание, опасаясь, что кто-то услышит разговор.

— Короче, — начала подруга, оглядываясь по сторонам. — Пациентка, Виктория Гранина, двадцать лет. Первая беременность, срок двадцать восемь недель. Ее положили с нарушением плацентарного кровотока. Большая угроза срыва беременности. Но это еще не все. У девушки обнаружили порок сердца, который, предположительно, она могла унаследовать от покойной матери. Врачи категорически против, чтобы она рожала сама. Только кесарево сечение.

Я смотрела на девушку прекрасно понимая, что получила очень ценную информацию. Ну очень полезную. Это пригодится.

— Спасибо, Мариш, — ещё раз поблагодарила подругу и направилась к своей машине, на ходу набирая номер своей знакомой.

Узнав нужную информацию, заехала в аптеку, приобрела определенный препарат и по дороге домой прикупила фрукты и сок, чтобы завтра передать красавице в больницу.

Утром следующего дня поехала больницу, но совершенно забыла, что Марина сегодня после дежурства.

Увидев первую попавшуюся на глаза медсестру, подошла к ней, приветливо улыбаясь.

— Здравствуйте, — улыбнулась я, подойдя к девушке. — У меня здесь лежит подруга на сохранении. Вика Гранина. Не могли бы вы передать ей фрукты и сок? Я бы не хотела ее сейчас волновать, вдруг она спит.

— А от кого передать? — взяв пакет, вопросительно изогнула бровь девушка.

— Скажите от Тани, — ляпнула первое попавшееся имя.

Пообещав мне, что передаст, медсестра удалилась, а я так и осталась смотреть ей вслед. Широкая улыбка сама по себе растянулась на губах.

Ну вот и все, Вика. Скоро ты не будешь путаться у меня под ногами. Совсем.

Глава 23

Вика.

Долго отходила после разговора с Ларисой, пытаясь взять себя в руки, а утром следующего дня поехала в больницу на госпитализацию, как и планировала.

Меня поместили в одноместную палату, достаточно комфортабельную. Удобная кровать, холодильник, небольшой телевизор, вай фай роутер, все условия для комфортного времяпрепровождения в больнице.