Святилище (ЛП) - Рене Камео - Страница 11

— Почему? — спросил он.

— Потому что ты находишь удовольствие в простых вещах.

— Понимаешь, Эбигейл Парк, так получается, что простые вещи приносят мне больше всего удовольствия.

— Например? — Я пристально посмотрела в его глаза шоколадного цвета.

Он губами коснулся моего уха, и это вызвало каскад чувств внутри меня. Затем он нежно прошептал:

— Например, запах твоих волос, или твоя рука в моей, или когда ты кладешь голову мне на грудь, или тепло твоего тела рядом со мной, и мысль о том, как твои губы крепко прижимаются к моим.

От его слов моё тело завибрировало от удовольствия.

— Ты такой романтик, — я покраснела.

— Только по вторникам, — он улыбнулся.

— А в остальные дни недели? — спросила я.

— В остальные дни — я крутой. Какой же ещё?

— И уж точно, не скромный.

— Неа. Скромность я оставил на воскресение, — сказал он саркастично.

Я засмеялась. Он умел заставить меня улыбнуться, даже в самые тёмные времена.

— Финн, что случится, если нас разделят, когда мы приедем туда? Что если они не позволят нам быть вместе?

Я ничего не могла поделать с собой, все мои мысли были о нашем будущем.

Он вздохнул, после чего взял меня за руку и поцеловал её тыльную часть.

— Наша любовь найдёт обходной путь. Если нас когда-нибудь разделят, я обещаю, что найду способ вернуться к тебе.

Я кивнула и обхватила его руками.

— Так что насчёт нашего оружия, — вдруг сказал он. — Нам придётся избавиться от него где-то, перед тем как мы доберёмся до места сбора.

— Да, но это должно быть место, которое мы легко сможем найти. И как мы вообще найдём место сбора? Чтобы добраться до Блэк-Хилс придётся пройти ещё приблизительно двести миль.

— Эби, ты можешь отдать Адище мне, — предложил Пайк. — Мы можем поменяться оружием, прежде чем они заберут нас. Они конфискуют твоё оружие, потому что ты из гражданских, а я солдат, они должны позволить мне сохранить моё оружие. Попытка не пытка. По крайней мере, у тебя будет хоть какой-то шанс. Если ты оставишь его снаружи, вероятней всего, ты никогда его больше не увидишь.

— Я тут единственная, кому кажется очень странным то, что вы говорите о пистолете как о живом человеке? — спросила Тина.

— Ш-ш-ш. Ты можешь обидеть его, — сказала я, стиснув Адище.

— О, Боже. Ты совсем сбрендила, — она закатила глаза. — Я собираюсь отдохнуть перед походом.

Он отвернулась и положила голову Пайку на колени.

— Эй, Пайк, а что если они узнают? — спросила я.

— Не узнают. Наше оружие не регистрируют. В самом начале солдатам фактически раздали оружие и попросили смотреть за ним, пока оно не придет в негодность или в нём не потребуется заменить какие-нибудь детали.

— Ну вот, — сказал Финн. — В бункере с ним ничего не случится.

— Я ценю это, Пайк. Спасибо, — сказал я.

— Без проблем, — он кивнул.

— Видишь? Адище нам почти как член семьи, — Финн усмехнулся.

— Я видел, как она стреляет из этого пистолета. Он стоит этого риска, — добавил Пайк.

— Чувак, ты даже не представляешь. С этим пистолетом у Арви не будет ни единого шанса, если у Эби будет достаточно патронов, — Финн повернулся ко мне и подмигнул.

Я почувствовала, как мои щёки покраснели.

Он поцеловал меня в макушку, и по всему моему телу побежали мурашки. Одним из моих самых сильных желаний было заморозить моменты вроде этого, и не беспокоиться ни о чём вокруг нас.

Я мечтала о будущем с Финном, особенно последние несколько месяцев. Когда я закрывала глаза, я могла на мгновение представить, как мы лежим на мягкой траве, а вокруг нас цветут цветы. Цвета вокруг такие яркие, прямо как в Райском саду. Мы свободны. Свободны от переживаний. Свободны от правил. Мы свободно можем любить и быть любимыми.

Когда я закрывала глаза, я чувствовала, как солнце греет лицо, а прохладный ветерок обдувает нас. Я видела себя в объятиях Финна, я тоже обнимала его, не заботясь о том, что происходило в мире.

Если бы нам удалось уничтожить Арви, я бы хотела простой жизни. Ничего сложного. Я бы хотела маленький дом, где можно было бы отдохнуть. Практически всю свою жизнь я была ограничена пространством подземного бункера. Я хотела провести остаток жизни на поверхности. И я хотела сад, такой же, как Райский сад. Прогулка по тому саду была невероятным подарком, и оставила большой след, повлиявший на мои ожидания. Воспоминания о нём наполняли меня надеждой на будущее. Я знала, что мы можем сотворить прекрасный рай посредине постапокалиптического мира. Я знала, что это было возможно, потому что я видела это своими глазами.

Конечно, нам придётся много и тяжело работать. Нам придётся начать с нуля. На земле всё ещё оставались огромные площади, непригодные для жилья. Но были и места, где можно было строиться и начинать всё с начала.

Но пока я только и могла думать, что о выживании... и о нашей надежде. Без надежды у нас не было ничего. 

ГЛАВА 4

Я положила Адище в сумку и приникла к Финну. Его близость давала мне внутреннюю силу, которую только усилили наши отношения.

Я слышала, как врачи за нашими спинами давали пациентам лекарства, так как должно было пройти какое-то время, прежде чем они смогли бы получить новую дозу. Я постаралась успокоить свои нервы, по крайней мере, на оставшееся время полета.

У нас было ещё тридцать минут до посадки, когда Тина повернулась ко мне с улыбкой на лице. Я улыбнулась ей в ответ, поскольку была рада видеть её счастливой. Помимо Финна, она стала мне одним из самых близких друзей. И я ценила нашу дружбу.

БУМ!

Вертолет сильно тряхнуло, и он начал терять высоту.

В то же мгновение разразился хаос.

Тина кричала. Пайк обхватил ее руками и говорил, что всё будет хорошо.

Штурман запрашивал помощь по радиосвязи.

— Всем пристегнуться, — воскликнул пилот.

Финн быстро удостоверился, что я крепко пристегнута, после чего обернулся. Доктор Бэнкс пытался зафиксировать пациента, поэтому Финн пошёл к нему, желая помочь.

Я выглянула в окно и увидела чёрный дым, клубящийся за нами.

Меня охватил страх, когда я поняла, что мы вот-вот разобьёмся.

Пилот отчаянно пытался удержать вертолет в воздухе, перекрикиваясь со штурманом. Похоже, что мы отклонились от курса.

Нас отделяло множество миль от зоны высадки.

— Финн, — позвала я и попыталась отстегнуть ремень, но его заело.

— Оставайся там, Эби. Я буду через минуту.

Моё сердцебиение и пульс ускорились, но я испытала чувство гордости, когда увидела, как он затянул ремень на последнем пациенте. Он удостоверился, что доктор Бэнкс зафиксирован, и вернулся ко мне.

— Мы снижаемся! Всем приготовиться к жёсткой посадке, — воскликнул пилот.

Вертолет начал двигаться по спирали, за окном все помутнело.

Тина продолжала кричать, и я её не винила.

Финн быстро пристегнулся рядом со мной, обхватил меня руками и пригнул. Я схватила сумку, зная, что она понадобится, если мы выживем. И поскольку мы совсем отклонились от курса, мы не знали, с чем мы столкнемся. Поэтому я не собиралась рисковать.

Пилот отчаянно пытался вызвать помощь по радиосвязи, но не получал ответа. Штурман совсем обезумел, что только усложняло ситуацию.

Я закрыла глаза, слушая какой хаос творился вокруг меня. Тина рыдала. Один из пациентов постоянно кричал:

— Я не хочу умирать. Я не хочу умирать.

Доктора оставались спокойными и пытались уверить его, что всё будет хорошо.

— С нами всё будет в порядке, Эби, — прошептал мне на ухо Финн.

Я застыла в его объятиях и лишь ещё крепче вцепилась в него.

Несмотря ни на что, с нами всё должно было быть в порядке. Нам надо было выжить, и дойти до места сбора. Нам надо было добраться до другого бункера, чтобы быть рядом с родителями. Они нуждались в нас, так же как и мы в них.

Я надеялась, что в бункере поймут, что мы пропали без вести, и отправят за нами спасательный вертолет, или кого-то, кто бы мог нас забрать. Они должны были.