Неженка для олигарха (СИ) - Тимофеева Лилия Викторовна - Страница 6

— Настя, а че колбаса разного размера. То куски с палец толщиной, то просвечивают. И с сыром-хлебом такая же фигня!

— Не нравится кривой бутерброд, не ешь, нам больше достанется.

— Да нравится, нравится, — испугался пасынок и неожиданно задал неприятный вопрос: — А что мы делать будем, когда еда закончится?

— Новую купим.

— На что?!

— Я же сказала, что добуду денег.

— Как, Настя?

— На работу устроюсь!

— Ты?

— Я!

— Но ты же ничего не умеешь.

— Знаешь что, Стас, учиться никогда не поздно! Я уже нашла вакансию домработницы и начала осваивать ее азы. И совсем скоро я стану… профи!

Стас отвернулся, делая вид, что беспокоится о еде на сковороде, но я-то догадалась, что пасынок просто старается сдержать смех.

— Ну если не получится, замуж выйду! — рявкнула я.

— За кого, Настя? У тебя же нет парня!

— Это не у меня нет парня, — пробурчала я. — Это ни у одного парня нет меня. Пока! Но я обязательно найду этого счастливчика. Аня, Ваня, идите кушать!

Близнецы примчались на зов.

— Мама, а где тут столовая? — поинтересовался Ваня.

— А кто нам еду подавать будет? — добавила Анечка.

— Никто не будет. Вот стол, на нем еда. Налетайте!

Анечка тут же протянула руку к печенью. Но Стас отодвинул тарелку с вкусняшкой и велел младшим:

— Э, так не пойдет. Сначала суп хлебайте!

— Это хлеб хлебают, а суп супают, — пробурчал Ваня. — А когда я весь суп ссупаю, ты печеньку дашь?

— Дам, — смилостивился старший брат.

Стас быстро поел и вдруг заявил:

— Настя, я пойду, погуляю.

— С кем? С товарищами?

— Нет, с Таней… — пасынок смутился и покраснел.

Понятно. Прекрасная Татьяна, видимо, еще одна причина побега Стаса из отчего дома. Несси была категорично настроена против этого романа и велела охране просто не выпускать старшего внука по вечерам.

— Иди. Только не допоздна! Иначе назад отправлю, — ответила я и вернулась к близнецам. Мы продолжили трапезу.

— Мама, — спросила Аня, — мы тут жить будем?

— Пока да, Аня! — отрезала я.

— А в трущобу когда переедем?

Я чуть не поперхнулась:

— В какую еще трущобу?

— Ну бабушка нам сказала: "Будете теперь жить в трущобе! Сами виноваты, надо было любить бабулю"!

Внезапно меня озарило. Снял-то квартиру Кирилл, но не вслепую, как я думала. Место моей будущей ссылки выбирала сама свекровь! И она прекрасно видела, что тут творится. Ну, гадина!!! Хоть бы молчала, а то ведь наговорила детям всякой ерунды, а я теперь объясняй!

— Бабушка пошутила, — ответила я. — А жить, как я уже сказала, мы будем в этой квартире. Мне кажется, тут довольно неплохо, вы даже игрушки нашли…

— А я думал, что трущоба — это такая скала за городом! И мы там поселимся! — вздохнул Ваня.

— Сынок, ты спутал трущобу … с пещерой!

Тааак, детей надо отвлечь от неприятного разговора. Я, словно фокусник, открыла еще одну упаковку от поварихи и вытащила два шоколадных яйца:

— Смотрите, что Светлана вам положила!

— Вау, киндер! — обрадовалась Аня.

— Но бабушка говорит, что они вредные, их кушать нельзя! — смутился Ваня.

Мой сын довольно послушный мальчик, а вот его сестра-близнец — настоящая маленькая оторва, и в шесть лет у нее всегда есть собственное мнение.

— Бабушка много чего говорит, но никогда ничего хорошего и приятного! — парировала Анютка и протянула руку за угощением. — Мама, можно мы еще поиграем?

— Да, бегите!

Близнецы умчались, но вскоре Анечка появилась вновь. Протянула мне свое яйцо:

— Мама, держи, тебе, наверное, тоже хочется.

Я даже прослезилась. Вот что значит дочь. Душа нежная, тонко чувствующая, о маме подумала. Я слежу за фигурой, сладкого не ем, но решила изменить правилам, чтобы не обижать ребенка.

— Спасибо, милая. Только давай его напополам съедим? Мне кажется, так будет правильно.

— Хорошо, — согласилась дочка и заснула в рот половинку шоколадного яйца.

А еще через минуту в кухню вбежал возмущенный Ванька:

— Аня, где мой киндер, ты его съела?!!!

— Нет, это мама твой киндер съела! — ответило прелестное создание, глядя на брата невинными глазами. — Ну и мне кусочек дала!

Ох, Анька, ну и пройдоха! Получается, и свое яйцо слопала, и еще у брата отполовинила, а виновата мама. Это у дочери явно Нессины гены. Кирилл — безвольная тряпка, а я доверчивая и простодушная. И что мне делать с предприимчивой дочей? Отругать или нет? С таким характером Анька точно не пропадет. Зато Ванька теперь на меня смотрит с обидой: мама, ну как ты могла! Я в идиотском положении, и рядом больше нет няни с образованием психолога, что разрулит ситуацию за минуту. Придется самой. Подумала и сказала:

— Прости, сынок! Яйца больше нет. Давай так сделаем. Я сейчас дам тебе шоколадочку, а яйцо завтра купим. Только тебе.

Ваня сразу заулыбался.

— А мне завтра яичко? — спросила Аня.

— Нет, Анна, ты сегодня свое съела. И еще половинку. Много сладкого вредно. И запомни: хитрить со своими близкими нельзя.

— А я папу попрошу купить! — тут же нашла выход из положения Анютка и вдруг задумалась. — Мама, а папа с нами тут будет жить?

— Не будет, Аня. Мы расстались. Иногда в жизни так случается, — неожиданно для себя сказала я правду и испугалась, как отреагируют дети.

Но не заметила на одинаковых мордашках и капли расстройства. Впрочем, это неудивительно. Кирилла за всю свою сознательную жизнь они видели нечасто. Он заходил пожелать им спокойной ночи перед сном. И… все! На этом его отцовские обязанности заканчивались. Я только сейчас осознала: никто из троих детей никогда не был нужен моему мужу. Раньше это не было так заметно. В прошлой жизни день детей был расписан практически по минутам, а Кирилл постоянно на работе. Да, он всегда по утрам спрашивал "Как дети, Настя?". Я старательно рассказывала, что Анька уже выучила все буквы, у Ваньки выпал еще один зуб, сегодня мы ездили в аквапарк… Муж кивал, изображая заинтересованность, и… лазал в своем телефоне. Зато в скотском отношении козлины есть один плюс: дети не переживают из-за его отсутствия!

— Тогда я буду главарь семьи! — вдруг заявил Ванечка.

Ого, в сыне проснулись амбиции!

— Нет, это я буду главарихой! — закричала Аня.

— Вы оба будете уборщиками игрушек, которые раскидали. Ну что меня так смотрите?

— А горничная на что? — фыркнула Аня. И интонация точь-в-точь как у бабушки.

— Какая горничная, Анна? Даша осталась в бабушкином доме.

— Так давай ее заберем! — предложил сын.

— Не заберем. Нам самим тут тесно. И спать ей негде. Все, вперед, за уборку!

Близнецы умчались. Я вздохнула. Пока для детей все ново и похоже на игру. Но, возможно, скоро им будет не хватать прежних комфортных условий. Выхода у меня нет. Либо начать охоту на оленя с миллиардами, как советует Ритка. Либо работу. Но достойную оплату предлагали только домработнице, на вакансию которой я отправила свое фото-резюме. Марго сказала, что шансов у меня нет. Но на всякий случай я решила заглянуть в почту. И обомлела. Мне пришел ответ с положительным решением.

Глава 4

Дима

Меня разбудил телефонный звонок. Толян, едрит его корень! Время всего семь утра. Нормальные люди еще спят. А ненормальные, типа Толика, возвращаются с тусовок и будят трудовой народ. Кстати, Толяну уже тридцать, пора остепениться, но…

— Дрыхнешь еще, что ли, Димыч? — заорал не совсем трезвым голосом друг.

— Я еще — да, а ты, как водится, еще нет. Из клуба недавно вернулся?

— Так точно! И решил узнать, как дела у моего лучшего друга. Не стух еще окончательно?

— Не стух. И я, между прочим, влюбился!

Толян онемел от удивления. Я слушал тишину и готовил себе кофе. Наконец в трубке раздалось:

— Наконец-то, брат! В кого?

— В сиськи! — честно признался я.