Вернуть мужа. Стратегия и Тактика (СИ) - Володина Жанна - Страница 81

- Он ревнует, - говорит баба Лиза, гладя меня по голове.

- Меня?! - визжу я от радости. - Ревнует?!

- Тяжело ему с тобой будет, - вздыхает бабушка.

- Со мной? - возмущаюсь я. - Со мной ему будет легко! Я не дам повода для ревности. Мне, кроме него, никто не нужен.

Глава 34. Настоящее. Ночь со среды на четверг. Мужчина и Женщина.

Завтра никогда не бывает сегодня!

Разве можно проснуться поутру и сказать:

"Ну вот, сейчас наконец завтра?"

Льюис Кэрролл "Алиса в Зазеркалье"

Слабый пол сильнее сильного

в силу слабости сильного пола к слабому.

Нинон де Ланкло - французская куртизанка,

писательница и хозяйка литературного салона

Проснувшись сегодня рано утром, позавтракав с Михаилом Ароновичем волшебными вафлями, съездив к отцу и Рите на дачу, получив от папы номер телефона мамы, позвонив Максиму и договорившись о встрече, сбежав от Ермака, я не представляла себе, как закончится этот насыщенный событиями день. Последние пару часов я вообще подгоняла время и ждала наступления "завтра". Как говорится, хочешь рассмешить бога, расскажи ему о своих планах.

И вот мы втроем, я, Сашка и Лерка, сидим в гостиной Михаила Ароновича и прячемся от Сергея-Филиппа. На минуточку, час ночи.

- Мне кажется, дорогой сосед, - смеюсь я, подавляя зевок, - что такой насыщенной жизни за последние сорок лет у вас определенно не было.

- Чтобы в моей квартире ночью находилось одновременно столько красивых и молодых женщин? - улыбается Михаил Аронович. - Вы правы, Варенька, такого удивительного стечения обстоятельств у меня еще не было.

- Простите, ради бога, еще раз, - снова начинает извиняться Лерка.

- Оставьте, дорогая, - машет рукой старый врач. - Я счастлив, что, несмотря на приличный возраст, полезен таким прелестным дивам. Настаиваю на слове "приличный". Первый раз в жизни участвую в таком интересном мероприятии.

- Мероприятие! - фыркает Сашка, с восторгом разглядывая многочисленные фарфоровые фигурки в шкафу. - Это грандиозный шухер, вот что я вам скажу! Варька, все хотела тебя спросить, что такое шухер?

Меня веселит Сашкино любопытство:

- По-моему, это на идише "черный". Михаил Аронович лучше объяснит.

Михаил Аронович тут же подхватывает тему:

- Представители моей нации, красавицы, не всегда имели возможность легально заниматься своим бизнесом.

- Контрабандой? - уточняет Сашка, зачарованно глядя на фигурку джентльмена Викторианской эпохи: элегантный молодой человек с тростью в одной руке и шляпой в другой. - На вас похож. Английская?

- Великобритания, - уточняет врач. - Так вот, за участие в нелегальном бизнесе они подвергались преследованиям полиции. В Российской Империи, мои дорогие, полицейские носили черную форму. Крик "Шухер!" означал приближение полицейского, а после вообще стал синонимом опасности.

- Саш, - иронизирую я, - может, тебе еще про ксиву и шмон рассказать?

- Заметут, расскажешь, - смеется Сашка. - Он еще на Макса похож.

- Кто? - удивляюсь я.

- Да вот этот красавчик! - Сашка продолжает любоваться фигуркой.

- Все так серьезно? - беспокоится Михаил Аронович. - Я про "заметут".

- Надеюсь, что нет, - успокаиваю я его и грожу пальчиком подруге. - Сашка шутит так.

- Ага! - соглашается она. - Люблю пошутить в чужом доме в час ночи, заняться больше нечем!

- Чтоб он провалился! - ругается Лерка, бледная и расстроенная.

- Так он и провалился, - констатирует Сашка, садясь за стол. - А можно кофе сварить, а то я засыпаю?

Пять часов назад.

- А где Лерка? - спрашиваю я Сашку, когда мы добираемся до города. - На работе или дома?

- На работе, выйти с нее не может, орангутанг во дворе бродит, - смеется Сашка. - Мы с ней когда по телефону разговаривали, она в окно кабинета смотрела, Сергея-Филиппа увидела. Решила, что через другой выход после работы выберется, а он под кабинетом уже сидит.

- И что? - не понимаю я. - Вышла да пошла.

- Ага! А он за ней?! А что у него на уме? Вдруг он решил, что она ему первому достаться должна? Говорю ж, маньяк!

- Может, полицию вызвать? - с надеждой говорю я.

- У тебя знакомые в полиции есть? - с сомнением спрашивает Сашка.

- У меня нет. Только у Максима, - качаю я головой.

- Ну вот! А кто ж поедет на вызов? Нормальный для всех остальных мужчина пришел поговорить со знакомой женщиной. И доказательств никаких. Молодой, трезвый, офицер в отставке, наконец. У него и должность какая-то сейчас немаленькая.

- Да! - соглашаюсь я. - Ситуация! Нет, точно не поедут. Можно, конечно, приврать, что пристает...

- Не стоит привирать, сомневаюсь, что прокатит, - усмехается Сашка. - Сейчас разберемся.

Частная поликлиника, в которой работает по нечетным дням Лерка, была новым двухэтажным кирпичным зданием. Я осталась в машине, а Сашка, как более уклюжая, пошла на разведку. Вернулась быстро.

- Сидит, животное! - доложила она, плюхаясь на водительское сиденье. - Прямо под дверью кабинета, брошюрки, гад, читает про детский понос.

- Почему про понос? - хихикаю я. - Откуда ты знаешь?

- Хочу, чтоб про понос! - говорит Сашка. - Принесла нелегкая.

- Может, мы рядом постоим, а он с ней просто поговорит? - предлагаю я. - Не будет же он при свидетелях в поликлинике на нее нападать?

- Да я ей по телефону три десятки вариантов предлагала. Этот первый был. Не хочет, боится. Говорит, что с пятнадцати лет только и делает, что с ним разговаривает. Каждый разговор все тяжелее и тяжелее. Ну придумал он себе, что любовь его взаимной должна быть...

- Любовь всегда взаимной должна быть, - тихо вздыхаю я, думая о Максиме.

- С чего? - спрашивает Сашка. - Про Макса думаешь? А Вовка? Тоже взаимная? А Ермак?

- Беру свои слова обратно! - быстро ориентируюсь я. - Ты в этом смысле?

- Я во всех смыслах за нее боюсь, - серьезно говорит Сашка. - Эх! Когда же Лерка встретит своего мужчину? Ты вон как в сору роешься!

- Поделиться? - огрызаюсь я.

- Нет уж! - отрезает Сашка. - Вовка теперь на всю жизнь обреченный. А Ермака мне не надо. Не мой типаж.

- А какой твой? Он есть? Описать можешь? - любопытствую я. - Тебе какие мужчины нравятся? Если детство и юность вспомнить, то разные какие-то. Тот вратарь футбольный совсем не походил на гитариста из политехнического.

Улыбаюсь, вспомнив добряка Леху, влюбившегося в Сашку летом перед одиннадцатым классом и бегавшим за ней в прямом смысле этого слова: Сашка - ветер, на месте на стоит. Сашка тоже расплывается в доброй улыбке: вспомнила.

- Хороший парень был, - подтверждает она. - Добрый такой. Он у нас дома перечинил все, что только можно было. Отец его какое-то время на порог пускать не хотел. Только, говорит, новый телевизор задумаю купить, так Леха старый починит. После Лехиного ремонта бабушкина стиральная машина, которая на дровах, по-моему, работала, стирала как новая.

- Не полюбила? - мягко спрашиваю я, погладив ее локоть. - Или?

- Нет. Не полюбила. Совсем. Никак не могла себя заставить даже поцеловаться с ним, - посетовала Сашка. - Ни уму, ни сердцу. Даже не подружились толком, как вы с Вовкой. О! Он меня кстати замуж дважды звал, когда я в город уже с Ванькой вернулась.

- Да?! - поражаюсь я. - А чего ты нам с Леркой не рассказывала?

- Не поверишь, - Сашка неловко улыбается мне. - Я забыла об этом рассказать! Вот он пришел - мы поговорили, он замуж позвал - я отказала, он ушел - и все! Я тут же забыла! Меня в это время начальник отдела сбыта доставал, даже уволиться хотела.

- Ну, и кто у нас тут в сору роется? - возмущаюсь я. - У тебя, если посчитать, тоже кучка наберется.

- Варь! У меня ожог на полсердца. Не зажил еще. Мне не до мужчин пока, - вдруг серьезно говорит Сашка.

- Прости! - пугаюсь я, что обидела подругу.

- Проехали! - грустно смеется она. - Пошли принцессу спасать! Вариант тридцать первый. Она на него согласилась.