Невеста драконьего принца (СИ) - Шторм Елена - Страница 31

— Нет, с призывом я тебе тоже помогу.

— Дар опять сыграет роль? Хочешь, чтобы ко мне пришёл сильный зверь?

— Это тоже. Но в первую очередь — чтобы ты не призвала гигантского паука или ещё что-нибудь злое и ядовитое.

Пару секунд мне кажется, что это тоже шутка — просто из дурацких. А потом я оцениваю слишком серьёзный взгляд дракона и руки, которые он сложил на груди.

— Послушай, о обиженный принц, — выдаю раздражённее. — Я провалила два испытания специально, но ты правда думаешь, что если я постараюсь сделать всё наоборот, понравиться вашим напыщенным мужчинам, мне не хватит ума и сил?

— Правда.

Это спокойное замечание — слишком уверенное, слишком простое, выбивает меня из колеи. Тейнан добавляет:

— У тебя нет качеств, которые оценят на этом отборе.

Почему-то это коробит. Любые положительные впечатления от беседы начинают меркнуть.

— Ох. Я всё слышу про учтивость и покорность, но, может, ты опишешь, какой должна быть идеальная человеческая жена?

Дракон прислоняется бёдрами к креслу, глядя на меня пристально. Его лицо мрачнеет тоже.

— У каждого из нас свои предпочтения, но если учитывать их все, не хватит никакого времени. Кому-то из нас может приглянуться определённая невеста, но расчёт испытаний — не на это. Есть общие критерии. Во-первых, конечно, одарённость магией. И прочие способности: хорошо, когда человечка красива, в меру умна. Умеет поддерживать светский разговор, не запинается и не болтает глупостей. Когда умеет танцевать, петь или играть на каком-нибудь инструменте, сможет вести хозяйство и послужит украшением дома. Что до характера, тут мало и всё не про тебя.

— Быть скромной, вежливой, ненавязчивой? — Знакомый зуд наливается в груди.

— Уж точно не мстительной. Не наглой. Человеческая жена должна искренне уважать дракона, а лучше — бояться его. Восхищаться мужем, интересоваться им, его землями, смотреть на всё с восторгом и радостью. Полюбить его вторую жену, если таковая будет, и принять её превосходство. И не сверкать глазами, когда ей указывают на недостатки, а чувствовать стыд, вину и желание исправиться.

Я понимаю, что впиваюсь пальцами в покрывало.

Унизительно. Даже если я ожидала подобного, как же это… безумно унизительно!

Я вспоминаю — как вчера большинство драконов разговаривали с нами только на общие светские темы. Как мало в самом деле интересовались нами!

Злость и правда просыпается — что-то во мне вертится, переворачивается! Я рада, если проклятый принц передо мной не видит во мне этих качеств. В памяти мелькают его слова. Намёки на то, что его привлекает в женщинах совсем другое. Но вспоминается и как он угрожал, оскорблял, ронял меня с неба!

— Это отвратительно, — выпаливаю я. — Поэтому ты не хочешь жену-человечку? Потому что считаешь нас вот такими — на всё готовыми идиотками?

Сиида назвала его противником традиций — но сейчас это не утешает!

— Во многом поэтому, — роняет Тейнан, и что-то откалывается в груди следом, падает прямо в чан закипающей ярости. — И да, я считаю, что традиции брать чужих слабых женщин, привозить вас в наши дома и унижать тем самым дракониц, предлагая им в лучшем случае роль вторых жён — отвратительны.

— Тебе самому не тошно? Тебя же тоже родила человечка, одна из нас была твоей матерью!

Принц усмехается — с каким-то хмурым снисхождением.

— Моя мать — драконица, единственная жена моего отца. И да, сколько бы мнений ни было на этот счёт, я этим горжусь.

Я замолкаю. Чувствую, как вытягивается лицо — потому что правда поражена.

Серьёзно?

— Такое… возможно? А правила?

— Раньше, до указов отца Сейдера, они были мягче.

Зажмуриваюсь, думаю об этом ещё несколько секунд — но потом резко вскакиваю с кровати. Тейнан отрывается от спинки кресла и тоже подаётся вперёд. Мы почти сталкиваемся, замираем друг перед другом. Я смотрю в его кошмарные зелёные глаза.

— О, прекрасно! — выпаливаю, забыв обо всём, не в силах больше держать это в себе. — То есть, твои собратья пользуются тем, что победили нас и завоевали, запечатали магию, сделали игрушками! Упиваются собственной властью, но не могут, не могут от нас отказаться! Потому что вы хотите ещё больше силы, и ради неё, ради сильных детей топчете и ломаете собственных женщин. А тебе, значит, это не по нутру? И что ты придумал — ненавидеть нас за это?! Знаешь, а по-моему, другие всё же лучше. Хоть некоторые из них пытаются вести себя нормально. А ты говоришь об унижении, но сам угрожаешь, запугиваешь, оскорбляешь на каждом шагу тех, у кого нет выбора!

Лицо проклятого дракона каменеет.

— Замолчи. Я же сказал, что у меня мало времени — особенно для твоих дерзостей и человеческих обид!

— Правда? Знаешь что? Подчинить тебя, доставить проблемы одному из вас — лучшее, на что я решалась. И мне плевать, что будет дальше. Может, я получу свободу — ты мне её дашь. Может, меня раскроют и убьют из-за твоих интриг. А может, мне самой надоест эта сделка — и у тебя никогда, никогда не будет детей от драконицы. Потому что презренная человечка так захотела!

Глаза Тейнана вспыхивают безумно. Зубы скрипят, руки сжимаются в кулаки. Вокруг всё загорается, сыпятся полупрозрачные искры. Я всё ещё вижу магию, и она бушует.

Мне кажется, сейчас он толкнёт меня. Или подхватит ближайшее кресло, стол, перебьёт и переломает мебель — даже если прибегут служанки. Но он делает совсем другое.

Подаётся вперёд — и рука обхватывает мой затылок.

— Хочешь доказать мне, что вы не такие, ты не такая? Запомнила, что мне нравится смелость? Надеешься поразить меня и потому распускаешь язык всё больше? Ещё раз пригрозишь мне, и сделку я закончу сам. Я найду способ снять заклятье, рано или поздно, а ты пожалеешь тысячу раз, оставшись женой дракона до конца дней.

Я… не боюсь его. Не сейчас. Он дышит мне в лицо. Я вижу, как вздымается и опускается его грудная клетка. А потом меня хватает ветер — и бросает на кровать.

Тейнан просто идёт к тайному ходу, открывает его — и уходит раньше, чем я успеваю ответить.

Но и говорить, в общем-то, я ему больше ничего не хочу.

Глава 13

Остаток дня я вновь пытаюсь успокоить нервы.

Даже когда нас собирают, зовут к принцу Сейдеру. Когда тот в свою очередь рассказывает об испытании — но не говорит ничего нового для меня.

Когда невесты переговариваются, возбуждённо задают вопросы.

Когда дальше нам разрешают гулять по дворцу и заниматься своими делами.

Я всё ещё зла.

Эта злость заглушает тревогу. Я всё понимаю: что шансов спастись себе не прибавила сегодня, что Тейнан может искать новые способы от меня избавиться. Но… мне правда почти всё равно.

И это освобождает. Немыслимо — словно я раскидываю руки перед своей треклятой пропастью, и принимаю, что она здесь, рядом, со мной. Вспоминаю слова о хорошей жене, слова драконьего принца при первой встрече — и не жалею, не могу.

Давит только неопределённость и мысль, что если я всё же не хочу прыгать в бездну сама, до завтра мне нужно как-то эту злость убрать.

Прогулка не помогает. Тогда я запираюсь в ванной — и решаю устроить “занятия” по магии.

Занимаюсь с каплями воды, с горсткой земли, принесённой со двора. Прислушиваюсь к жжению в груди, бужу его вновь и вновь — сейчас, когда я на взводе, выходит почти легко. Воскрешаю в памяти разговор с Тейнаном — и песок сметает с бортика. В воде поднимаются волны.

Иногда получается хуже.

Это крохи, всё равно. Магическое зрение и правда стало менее острым — мне приходится щуриться, напрягать глаза. И тем не менее. К концу дня, измотанная и выжатая, я усмехаюсь: кто знает? Может, ещё пара лет — и научусь управлять силой так, что её хватит на что-нибудь полезное?

Ещё всё это помогает заснуть. Быстро и без сновидений. Я высыпаюсь — кажется, впервые за прошедшую неделю.

На следующий день нас поднимают рано и ведут на площадку для полётов. Женихи уже там. Под очередные спокойные слова Сейдера, под улыбки невест и оценивающие взгляды драконов нас “разбирают”. Я почти жду сюрпризов, но Тейнан подходит ко мне. Мы молча, мрачно глядим друг на друга — из хороших новостей, совершенно не надо изображать ничего лишнего для публики.