Невеста драконьего принца (СИ) - Шторм Елена - Страница 61

— Но драконы проигрывают тоже! Заставлять своих женщин страдать только для того, чтобы получать сильных детей, из страха перед прошлым — какой народ может гордиться, что наказывает сам себя? Война ушла, а мы до сих пор живём в её тени, и эта тень только сгущается!

Всевидящий продолжает тихо рычать.

— Ты не мешал Сейдеру, — чеканит Тейнан. — Не помешаешь и мне! Просто признай, что она права — человеческая женщина права.

Исполинский дракон раскрывает крылья, раскраивает ими небосвод.

Ветер, оторванная трава, листья вновь собираются в смерчи вокруг нас.

В небе всё мигает и сияет, картины гаснут и вспыхивают вновь.

— Хорошо! — неожиданно бросает Всевидящий. — Ты достаточно показал сегодня! Получишь свой шанс. Но распорядись им правильно, потому что если не сможешь — я сожру твой жалкий дух после смерти, которая придёт за тобой очень скоро.

И небо начинает проясняться.

Я почти не верю своим глазам. Ушам! Тем органам чувств, что ведут меня во сне! Тучи расходятся, миражи растворяются — и на небе появляются солнечные всполохи.

— Я скажу, что ты чиста.

— Вы серьёзно? — вырывается из меня.

Он не врёт?

— Ставишь под сомнение моё слово?!

Гнев на сверкающей в свете дня драконьей морде заставляет замереть. Я не знаю, что и думать! Смотрю на Тейнана. Тот выглядит настороженным, но ещё больше — удивлённым.

Сердце начинает биться часто-часто.

Если всё это так, я готова сесть на траву, заскулить от счастья. Или обнять драконьего принца. Он моргает. Первым делает шаг. Я тоже шагаю, ему навстречу. Протягиваю руки…

Но в этот миг мир меркнет — и меня выдёргивает из сна.

Пробуждение получается резким.

Я распахиваю глаза. Часто моргаю. Дышу, уставившись на морду статуи с погасшими глазами. Пытаюсь понять, почему она такая… тусклая, неяркая, почему всё вокруг потеряло краски.

— С возвращением, леди, — говорит жрец рядом.

Я сажусь и поворачиваю голову.

Он держит в руках пластину — какой-то белый кусок камня, на котором, как мне сказали, должны проявиться ответы обо мне.

— Простите, много времени прошло?

— Всего пара минут.

— И… могу я узнать, что сказал обо мне Всевидящий?

Жрец не улыбается, его лицо — та часть, что не скрыта капюшоном и тенью — бесстрастно. Но мне чудится лёгкое одобрение в глазах, когда он разворачивает пластину ко мне.

— Ничего. Белый цвет. Значит, он не нашёл в твоей душе ни намёка на зло.

Я откидываюсь на ложе и даже выдохнуть толком не могу.

***

Через пару минут меня выводят на задний двор, прилегающий к белым скалам. Туда, где собрались остальные невесты — а ещё несколько жрецов и Сейдер.

Не могу сказать, что я успокоилась. Сердце по-прежнему гулко бьётся, в ногах осталась предательская слабость. Надеюсь не оступиться на ровном месте, просто смотрю по сторонам, привыкаю к нормальному миру заново. Где Тейнан? Он в порядке наяву? Эта мысль волнует, терзает — больше других!

“Мы обманули драконьего бога”, - шумит ещё одна.

Сейдер резко оборачивается, когда меня выводят. Сразу обращается к жрецу. Я вижу, как сжимаются его пальцы на краях моей пластины. Зол ли он? Раздосадован ли? Может ли заподозрить подвох?

Наследник отрывает взгляд от камня, что-то мелькает в ртутных глазах — недовольство? Тревога?

— Илина, надо же. Я очень рад.

На искренность не похоже, но держать лицо у него всё же получается.

Стараюсь не реагировать слишком бурно, держу плечи ровно и подбородок высоко. Во дворе оживление. Невесты стоят порознь, смотрят друг на друга волчицами. Нас призывают к порядку, но даже не выстраивают по-особому — старший жрец просто выходит вперёд и объявляет то, от чего волоски у меня на теле встают дыбом.

— По результатам дознания у Всевидящего мы узнали следующее. Леди Лира. Напала на леди Илину сзади и уколола её иглой с сонным ядом. Также обсуждала, как можно помешать другим невестам пройти отбор. Леди Нерика. Строила планы нападения на леди Илину, но не исполняла их. Леди Гелла…

Он берёт таблички одну за другой из рук соратника рядом — и говорит, говорит!

Что Гелла, Ала и даже Вилана участвовали в каких-то обсуждениях. Думали, как убрать меня с дороги. Как испортить жизнь друг другу! Вокруг воцаряется странная пустота, я моргаю, невольно щипаю себя за мочку уха.

Слова жреца вроде бы понятны, но в голове укладываются плохо, заставляют морщиться и гадать, точно ли я проснулась.

Затем я смотрю на девчонок.

На Лиру и Нерику, от которых ждала бед, увы. На Геллу и Алу, которые казались мне весьма разумными. На Вилану, которой я помогала вчера.

— Почему? — спрашиваю в пустоту.

— Прости, Илина, — миниатюрная девушка ловит мой взгляд и ёжится. — Я просто обсуждала, как… как бы оказаться лучше тебя. Я не знала, что ты вступишься за меня, вообще не знала о тебе ничего.

Лира и Нерика, такие языкастые обычно, молчат. Но это не помогает.

Я здесь… я пошла к Всевидящему, зная, что могу погибнуть. Я только что боролась с драконьим богом. Тейнан боролся. Я кричала на Всевидящего, запирала свои страхи так далеко, как только могла — и я делала это определённо не только ради себя!

Я думала о них. О том, через что им приходится проходить, о том, что они пережили вчера, на треклятом вечере провокаций. О том, за кого они выйдут, как сложатся их судьбы. А что они?

— Леди Кара. — На её имени служитель в балахоне хмурится, и моё сердце замирает. Но драконий жрец лишь продолжает: — Выказывала неуважение.

Я перевожу взгляд на брюнетку. Сейдер тоже, с каким-то тёмным видом.

Что это значит?

А ещё жрец не сказал ни слова про каблук Кары.

И про лампу тоже. Лишь размытое “собиралась вредить другим невестам” тут и там! Потом он объявляет мой результат: порочащих мыслей Всевидящий не нашёл.

— Спасибо. Кто и что получит за свои заслуги, мы узнаем во дворце, — без тепла, строго роняет Сейдер. — А сейчас идём.

С этими словами он направляется вперёд, обходным путём вокруг храма. Жрецы следом, а вот невесты немного мнутся. Всё воодушевление, готовое окрылить меня после выхода из храма, пошатывается, грозит пойти трещинами.

В этот момент Кара делает несколько шагов ко мне.

— Я должна извиниться, — говорит вдруг быстро, порывисто. — Наверное. Ты ничего против меня не замышляла, а я надумала ерунды.

— Что за “неуважение”? — спрашиваю вместо ответа.

— Я много думала во время последнего бала, — шепчет она. — Слушая подколки. Глядя вокруг. И поняла, что и правда не хочу становиться женой наследника, о чём сегодня и сказала.

Что-то в груди разжимается.

Я выдыхаю. Вдруг очень хочу обнять её! Потому что она, кажется, только что не дала моей вере в людей разбиться. А ещё потому что она бледна и однозначно переживает.

Сжимаю её руку, но Кара лишь грустно улыбается — и идёт вперёд первой.

Я мотаю головой, оказываюсь в самом конце процессии, и этим неожиданно пользуется Лира. Когда она задерживается, чтобы поравняться со мной, в руки прыгает магия. На неё я смотрю зло. Вся напрягшись.

Особенно когда она шепчет:

— Как по мне, ты просто удачлива. Дар, внимание принцев, даже милость их бога — всё валится на голову. Никаких усилий с твоей стороны, и так думают многие. — Но когда я уже открываю рот, чтобы жёстко предложить ей убраться, блондинка продолжает: — Но раз уж меня выпнут отсюда через пару часов, послушай вот что: не полагайся всё время на удачу и следи за драконицей наследника. Она дала мне иглу, только об этом никто не скажет.

Резкие слова застывают на языке.

— Издеваешься? — цежу вместо них.

— Считай это предупреждением от проигравшей победительнице. Она здесь, чтобы убедить жрецов не зачитывать лишнего вслух.

Последний час приносит слишком много впечатлений. Я даже не киваю. Подхватываю юбку и быстро иду вперёд.

Мне надо вдохнуть глубже, надо осмыслить это всё!