По следам большой смерти - Сертаков Виталий - Страница 6

У них было очень мало времени, чтобы добраться до катакомб.

Коваль не мог отделаться от ощущения, что с каждым часом становится всё теплее. После похода во Францию он полагал, что ничему уже не удивится, но здешнее пожарище внесло коррективы в его представления о мироздании. Огнеметчики клялись, что идут строго по прямой, и шоссе, которое они "откапывали", тянется по стрелочке.

Однако хвост колонны заметно изгибался влево…

В третий раз по колонне передавали команду подтянуться. Задние позже клялись, что изо всех сил погоняли лошадей и выжимали всё возможное из паровых котлов, но никак не могли догнать авангард. Иногда догоняли и шли компактно, но чаще между фургонами ни с того ни с сего появлялся разрыв, и сократить его они не могли, даже когда пытались передвигаться бегом.

Позже свыклись. Знатоки сказали - время рваное…

Солдаты убили десятка два крупных насекомых, но несколько коней были укушены, прихрамывали и слабели на глазах. Люди обмазывали себя и животных вонючим настоем, не обращая внимания на запах. Пока что это помогало, однако одежда слишком быстро высыхала. После того как у отставших всадников начались насморк и резь в горле, полковник приказал всем закутать лица мокрыми тряпками. Теперь к аромату конфетной фабрики добавился кислый запах брожения.

Как только дорога пошла в гору, огнеметная вышка наткнулась на первый скелет.

Инженерам на головном паровике было приказано сигналить, если заметят что-то необычное. Когда Артур добрался до места, техники и солдаты, дочерна закопченные, стояли молча, сбившись в кружок, и разглядывали что-то белое под ногами. Среди ядовитой растительности всё чаще встречались каменистые прогалины. На одном из таких голых пятен покоились кости удивительного существа. Передние конечности были раза в два длиннее задних. С первого взгляда Артуру показалось, что перед ним обглоданный труп большой обезьяны. Если существо было прямоходящим, то рост его достигал полутора метров.

Один из солдат подцепил пикой желтое ребро. Скелет перевернулся, потеряв одну из передних лап, и все увидели голову, доселе скрытую в тени камня.

– Святая Ксения! - забормотал кто-то молитву заступнице.

К обезьянам это создание имело отношение весьма отдаленное. Вытянутый вверх череп, с мощными роговыми наростами на месте ушей, длинная нижняя челюсть и полное отсутствие глазных впадин. Вокруг шейных позвонков монстра была затянута проволочная удавка, другим концом она крепилась к железному костылю, вбитому в расщелину камня. Видимо, передние конечности несчастного зверя тоже стягивали путы, но он сумел от них освободиться после того, как отгрыз себе большой палец на левой лапе.

"…Или на левой руке?" - мысленно спросил Коваль, приглядываясь к раздробленным фалангам с обломками саблевидных когтей.

Как бы то ни было, те, кто приковал местного йети к скале, несомненно, принадлежали к роду человеческому. Они знали, что пленник умрет, и хотели доставить ему максимум мучений.

За второй линией колючей проволоки показалась низкая каменная стена. Когда-то она достигала высоты в два человеческих роста; на гребне еще висели кое-где шашечки изоляторов. Потом в зарослях поганок возникли ворота с полустертым знаком ограничения по высоте "не более четырех с половиной метров". Сегодня в эти ворота без затруднений мог бы проехать разве что гоночный карт. Потом вышка с огнеметами остановилась, потому что нечего стало жечь. Затих грохот обитых металлом колес, в уши ворвались потрескивание, скрип и шуршание, точно кто-то настраивал громадный ламповый радиоприемник. Летучие обитатели мхов продолжали свои визгливые переговоры.

Может быть, они договаривались об атаке. Артур хорошо помнил, как способны действовать мирные пчелы Хранителей. А внутри пожарища никому нельзя доверять. Здесь самая невинная бабочка может нести смертельную опасность.

Президент спрыгнул на добротный тротуар. Дюжина телохранителей уже высыпала наружу, образовав круг. Анна Третья не ошиблась. Маленький городок явно не жилого назначения был построен на скальном основании. Под прямым углом расходились две широченные улицы, только вместо верхушек домов из земли торчали полукруглые крыши ангаров. На торце каждого имелись мощные стальные ворота, к ним вели железнодорожные пути. Многочисленные рельсовые рукава сливались в один, по центру проспекта, затем узкоколейка ныряла под длинный дырявый навес, спускалась по насыпи и растворялась в глубинах пожарища. За дальним ангаром ржавели трубчатые ноги упавшей осветительной вышки. Бетонные плиты, выстилающие улицу, кое-где разошлись; сквозь щели пробивались подозрительные ростки ползучей крапивы.

Коваль ожидал встретить горы гниющего мусора и вонь, обычно сопровождавшую стойбища шептунов. Но городок светился чистотой и порядком.

Артуру это не очень понравилось. Слишком уж всё было зализано и прибрано - прямо-таки образцовый трудовой лагерь. Он присел, потрогал отполированную сталь рельсов. Осторожно снял повязку, вдохнул сладковатый пыльный воздух. Несомненно, в атмосфере кружились миллионы мелких спор, вызывавших аллергию. И хорошо, если только аллергию. Артуру постоянно хотелось проморгаться и сплюнуть. Будто попал на цементный завод! Ничего удивительного, что внучке Прохора показалось здесь неуютно. Шепот волосатой саранчи в городок почти не доносился, даже ветер стих.

Зато появился новый звук. Очень низкий, на границе слышимости, будто глубоко под землей кто-то продувал одну за другой басовые трубы органа.

– Смотри, господин, - там паровик!

Действительно, в тупичке между двумя серыми одинаковыми кубами без окон доживал свой век маневровый тепловоз. От доисторического трудяги остались одна платформа и кусок двигателя. Металл осыпался вокруг рыжей пылью. "Кто же катается по этим рельсам?.." К задней площадке тепловоза толстой проволокой были прикручены еще два "обезьяньих" трупа, на сей раз достаточно свежих. Солдаты сгрудились вокруг чудовищ, опасаясь приближаться.

– Этот еще дышит, господин капитан!

– Мать честная! А когти-то, прям как у президентских тигров…

– То ночной демон, не слыхал про таких? Глянь, от солнца-то аж пузырится!

– А, не нравится солнышко, сволочь?!

Кто-то из конюхов потрогал демона хлыстом. Офицеры разогнали любопытных, и Коваль смог внимательно осмотреть связанных уродцев. Их сходство с уральскими тиграми не ограничивалось когтями - оба были альбиносами. Тот, что слева, умер несколько дней назад; по его белой свалявшейся шерсти ползали мухи; влажная кожа лоснилась, из разинутой пасти, вытянутой вперед, как рыльце муравьеда, свисал раздутый язык. Второй пленник медленно поводил яйцевидной безглазой головой. Огромные бледно-розовые уши испещряли десятки прожилок, точно кленовые листья. Его могучие кисти, раза в два шире человеческих, были затянуты над головой с такой силой, что кожа полопалась во многих местах. В многочисленных ранах копошились черви. Перед тем как привязать зверя к тепловозу, его, несомненно, мучили огнем и кололи остриями ножей…

"Похоже, мы нашли тех, против кого держат оборону шептуны. Подобный слуховой аппарат позволяет ориентироваться в полной темноте…"

– Отвяжите его и отнесите в тень! - повернулся Коваль к ближайшему офицеру. - Его предки были людьми, только их что-то изменило. Он страдает от солнечных лучей…

Когда осмелевшие бойцы перерезали путы, зверь рухнул в пыль, а затем приподнял узкую морду и издал тот самый высокий дребезжащий вой, что не давал всем спать в прошлую ночь. Словно натянулась и лопнула гигантская скрипичная струна. Находившиеся поблизости вояки со стонами схватились за уши.

– Полковник, прочешите местность! Взять под контроль каждую щель! Занять высоты!

"Кстати, насчет щелей. Земля под плитами залита желтой гадостью, вроде смолы. Кто-то очень старался сохранить здесь всё в порядке. Каждую травинку выпололи, даже на крышах…"

Рядом присел Даляр, заглянул в расщелину.

– Не похоже на шептунов, командир. Они засранцы знатные…