Пара для несносного альфы (СИ) - Ребехар Реста - Страница 26

Конечно, про таблетки я соврала. Но какая разница, если я все равно не могу иметь детей, а объявлять ему об этом сейчас было неуместно.

Отдышавшись, я поняла, что мне легче. И намного. Боль почти ушла, по телу разливалась приятная истома и расслабленность. Тяжесть мужского тела давила, и это тоже было приятно. В этом было что-то первобытное. Я ощущала себя довольной самкой, которую покрыл самец, и даже не приходила от этого в ужас.

Тепло и вес Дейма постепенно будили новую волну желания. Я вздохнула и приподняла бедра ему навстречу, потираясь всем телом. Он вздрогнул и скатился с меня, заставив недовольно захныкать.

— Эй, ты что, жалеешь? Нашел время ломаться! — капризно пробормотала я, прижимаясь к нему всем телом.

— Дана, — вздохнул он. — Я хочу тебя и всегда хотел, но это должно было произойти не так…

В голове шумело и туманилось. Но не от возбуждения. Я сама не понимала, что со мной творится. Похоть никуда не делась, и я с удовольствием повторила бы, в какой-нибудь другой позе. Кстати, я еще не пробовала, каково это, когда его огромный член вонзается в меня сзади… Но руки и ноги все больше наливались тяжестью. Я снова потянулась к Демиану, однако так и не смогла ничего сделать.

Успокоительное, которое он мне дал, подействовало, и я провалилась в беспокойный сон.

Просыпаться было тяжело. Болело абсолютно все. Голова, тело, душа. Всё неприятно ныло, доставляя жуткий дискомфорт. Во рту точно кто-то сдох, а мысли перемещались с таким скрипом, что он оглушал. Меня начало мутить.

Чёрт! Что со мной? Почти ничего не помню. Последнее воспоминание о том, как я выпила воды, а потом у меня подскочило давление. И дальше только странные отрывки, будто вырезанные из порно-фильма, где главными участниками были я и мистер Штейн.

Тори! Что с малышкой? Я подскочила с постели и тут же со стоном рухнула обратно. Черт, такое ощущение, что я вчера вагоны разгружала, а не сознание потеряла. Стоп! Почему я без одежды?

Скосила глаза вниз, приподняв одеяло, чтобы убедиться в своих ощущениях. Потом оглядела комнату, которая для меня была совсем незнакомой. Чуть повернула голову в сторону и увидела примятую подушку. Сегодня я спала не одна. И я была не уверена в том, что просто спала. Неужели те горячие обрывки, это правда? О нет! Не может быть! Я не могла! Он не мог! Мы не сделали этого? Мы же не потрахались, нет? О великие боги, я сейчас сгорю со стыда.

Попыталась снова встать с кровати. В голове зашумело. Поселившаяся внизу живота тяжесть упорно намекала… Да что там! Кричала, что мой сон не сон.

Пошатываясь, добрела до зеркала и громко застонала.

Да, я была голая. И по всему моему телу рассыпались яркие отметины засосов. Теперь сомнений быть не может. Демиан Штейн воспользовался мной! Я переспала с оборотнем! Я, как ненормальная, отдалась ему, трахалась, наслаждалась.

Я наслаждалась? Муть в голове рождала только странные образы, из которых ничего нельзя было понять, кроме очевидного. Что ж, единственный вариант, спросить напрямую у виновника вчерашнего!

Злость взяла верх, и пока я надевала брюки и свитер, она только набирала обороты. Вещи трещали по швам, когда я судорожно их тянула, стараясь одеться как можно быстрее.

Как он мог со мной так поступить? Я няня его ребёнка! Няня! А не любовница, не девочка по вызову. Он отымел меня и ушёл! Так могут поступить со шлюхой, но я же… Я же…

С трудом проглотила вставший в горле ком. Не дождётся он моих слез. Ещё один оборотень, доказавший, что доверять этой расе нельзя. Они животные, настоящие животные, не умеющие себя контролировать.

На полу в беспорядке валялись мои вещи. Нужно будет выбросить их в мусор, чтобы они не напоминали о случившемся. Но пока мне даже отвратительна сама мысль, что я могу к ним прикоснуться. На моем теле его запах, и это сводит с ума. Хочется вымыться, оттереть напоминание о моем позоре. Но сначала я должна все выяснить. Разобраться в том, что вчера случилось. И уволиться, как бы ни была нужна Тори моя забота.

При мысли о малышке сердце сжалось. Как я могу бросить кроху? Она не заслуживает этого. Но и остаться теперь я не смогу. Мой босс перестал быть просто боссом. Нет, нужно бежать отсюда! Бежать, пока не поздно.

Я спускалась вниз как на казнь. То же ощущение.

Мое тело не было храмом, я не берега себя для одного-единственного, мужские ласки не были табу. Но знание, что я не буду матерью, факт, что в этом виновны оборотни и то, что я все же переспала с одним из них, выгрызали внутри меня пустоту, наполненную отчаянием.

— Дана!

Я замерла на последней ступеньке, разглядывая мужчину, которого вчера ещё уважала. Который, что скрывать, мне нравился.

— Мне нужно с вами поговорить, — не отводя взгляд от него, произнесла я. Главное, не сорваться.

Я сильная. Я умная. Я профессионал. Просто скажу, что увольняюсь, соберу вещи и уеду. Просто. Никаких сложностей.

Демиан сделал шаг назад, словно приглашая меня идти первой. Как будто у меня есть выбор.

В кабинете пахло его одеколоном и свежей краской. Мой взгляд сразу же нашёл изменения — вмятину в дверце книжного шкафа.

— Дана, я…

— Я увольняюсь, мистер Штейн! — произнесла громко и решительно.

— Из-за того, что произошло вчера? Дана, позволь все объяснить.

Дейм попытался приблизиться ко мне, но я только сделала шаг назад. Нет уж, не позволяю. Для чего ему близость? Чтобы снова сделать своё грязное дело? Ну, нет, этого я снова не допущу! Мистер Штейн — оборотень. И кому-кому, а ему доверия уже нет. Никакого!

— Что объяснить? То, почему мы всю ночь провели в одной постели? — обхватила себя руками. До сих пор не могла поверить, что всё произошло вот так. Моё тело… Его касался оборотень. И я это ему позволяла. Не просто позволяла — ещё и добавки просила. Это точно была не я.

— Ты точно помнишь то, что произошло в парке?

— Какая разница? Я помню, что произошло после. О, боги, зачем я на это пошла, — опёрлась о какой-то шкаф с книгами. Меня что-то повело, воспоминания не из самых радужных. И, чем больше моментов из прошлого я вспоминала, тем более постыдно становилось.

— Нет, разница большая. Послушай! — повысил голос, но сделал это зря. Я только сжала зубы, а волна страха перед оборотнями, внутри начинала нарастать.

— Моё решение окончательное и обжалованию не подлежит! — почувствовала, как на глаза наворачиваются слёзы. — Ты воспользовался ситуацией, и если бы не эта вода… Ты бы изнасиловал меня.

— Вот именно, вода. Разве я виноват в том, что кто-то подлил тебе отраву и ты горела? Да ты выглядела как голодная суккуба. Если бы я не занялся с тобой сексом, ты бы сгорела от желания, — примял мои волосы, нежно поглаживая по голове. — Неизвестно, что бы с тобой случилось, если бы не я.

— Хочешь корчить из себя спасителя? — обиженно смотрела на него, чувствуя, как внутренний голос говорит его не слушать. Зачем? Он оборотень и воспользовался мной так просто. — Как знаешь. Но то, что я ухожу — это точно.

— Дана, почему ты не хочешь меня слышать? — говорил, а мне думалось, что всё это ложь. Даже нотка обиды в его голосе не спасала положение.

— Помните, когда я была здесь и тоже говорила, что уволюсь? В тот раз ты пообещал, что не тронешь меня и будешь сдерживаться. Всё ради твоей малышки, маленького оборотня, который сейчас уютно устроился в своей колыбельке, — вздрогнула, понимая, что её я должна буду оставить. Словно читая мои мысли, Штейн продолжил:

— Дана, подумай о Тори. Если ты не останешься с ней…

— … Вы найдёте новую няню, — не удержалась, сказала ему это и даже перешла на «вы» неожиданно для себя. — Более квалифицированную. Ту, которая не будет вам возбуждать.

— Дана! — попытался удержать меня, но разве это могло меня остановить? Когда фея что-то задумала, ею вряд ли получится уговорить остаться. Тем более если эта фея в плохом настроении.

— Что «Дана»?! — становилось ещё страшнее, потому что он стал ко мне вплотную. Вместо возбуждения, которое миновало уже давно, по коже бежали мурашки. Нет уж, нет, пожалуйста, я не хочу больше этого вспоминать.