Пара для несносного альфы (СИ) - Ребехар Реста - Страница 48

— Солнышко, я всегда считала тебя умненькой девочкой, но сейчас ты беспросветно тупишь, — хмыкнула матушка. — Никакая магия не может повлиять на истинность чьей-то пары. И если ты вянешь как цветок без влаги вдали от Штейна, значит, именно он твой истинный. Всё, поторапливайся, суд через час.

Раздались гудки, мама бросила трубку. А я стояла по среди комнаты и не могла поверить в услышанное. Сердце затрепыхалось, запело. И я сорвалась с места, сметая всё на своем пути и сшибая всевозможные углы. Но собралась в рекордно короткие сроки и вылетела из дому, тут же нырнув в такси. У меня словно крылья выросли, было ощущение, будто я то и дело поднимаюсь над землей. И судя по глазам свидетелей, так оно и было!

До здания суда добралась в рекордные сроки, не верится, что скоро я увижу… Его.

Сердце стучало, будто хотело вырваться из груди. Подумать только, моя мама захотела, чтобы я вернулась к оборотню!

По коридору шла медленно, понимая, что вся смелость вот-вот испарится. А потом увидела Демиана. Он стоял и разговаривал со своим адвокатом и выглядел настолько уставшим, что мне тут же захотелось увести его отсюда и…

Отбросила непристойные мысли и подошла ближе. Мистер Мурсайн меня заметил и что-то сказал.

— Наедине с кем? — не понял его мой оборотень.

— Со мной, — голос чудом не подвёл, но все равно показался мне чужим.

Демиан обернулся, и я чуть не задохнулась в том счастье, что увидела в его глазах. Восторг, в который так сложно поверить, несбыточная мечта. В один миг я стала для него всем.

А он и так был для меня единственным в мире.

Шею в том месте, где она переходила в плечо, вдруг слегка обожгло, но не больно. А от этого места по всему телу начал разливаться жар. Сердце заколотилось быстро-быстро, а внизу живота запульсировал ком. Я с изумлением поняла, что начинаю возбуждаться! Черт, Дана, нашла время и место! Демиан тут же учуял это и заговорщически улыбнулся.

Я скосила глаза и увидела, что то место, где он оставил метку, блестит золотом. Казалось, кто-то успел набить мне там татуировку в виде золотистого бутона. От его лепестков в воздух поднималась фейская пыльца. Потом я взглянула на свои руки и поняла, что с них тоже летит пыльца. Стало страшновато, но стоило мне захотеть, и пыльца исчезла.

Уже не контролируя себя, я шагнула к Демиану, и он сгреб меня в крепкие, как тиски, объятия. А потом наши губы встретились, и я забыла обо всем.

Мой любимый вторгался в мой рот своим горячим настойчивым языком, его руки прижимали меня к широкой груди. Я обвила руками его шею, а одна моя нога словно сама собой потянулась вверх, чтобы закинуть ему на бедра и стать еще ближе. Хотя ближе было уже некуда, мы тесно прижимались друг к другу, а в низ моего живота упирался его возбужденный член, большой и каменный даже сквозь ткань брюк. Мир вокруг перестал существовать. Я закрыла глаза и таяла в руках Демиана. Когда он нехотя отстранился, я не сразу поняла, в чем дело.

— Кхм, кхм, — донесся голос Мурсайна из бесконечной дали. — Заседание вот-вот начнется, мистер Штейн. Пожалуйста, поторопитесь.

Я оглянулась, но Мурсайн уже скрылся в зале. В коридоре было почти пусто. Немногочисленные клерки бросали на нас косые взгляды и шли мимо. Я снова устыдилась, но не сильно. Можно было позволить себе забыться, когда рядом оказался любимый мужчина, и теперь мы оба уже точно знали, что я — его истинная пара, а он — моя.

— Пойдем, — прошептала я в его приоткрытые губы. — Порви их всех, мой во-олк…

Он рыкнул и пять набросился на меня. Но этот поцелуй вышел недолгим. Как бы нам ни хотелось подольше побыть вместе, пришлось кое-как приводить себя в порядок и отправляться в зал заседаний.

Как и в прошлый раз, вы вошли и заняли свои места, оставаясь предельно спокойными, хотя внутри и царила буря эмоций. Сейчас главным было отвоевать нашу малышку, а всё остальное уже потом.

Гилмор сверлил нас надменным взглядом, его адвокат нервничал уже слишком заметно, но мы вроде как и не обращали на это внимание. Безукоризненность прямо-таки волнами исходила от нас. Надеюсь, мы не перестарались.

Сначала появилась стенографистка и все присутствующие в зале встали. Потом появилась судья и заседание объявили открытым.

— Слушается дело об опеке над мисс Викторией Штейн, — стандартная процедура прошла как в тумане, вскоре наступило слушанье сторон. Первым дали высказаться Гилмору и его адвокату Грюнлиху, что было нам на руку. Они уже не смогут опровергнуть наши доводы, которые, судя по спокойствию Демиана, у него были. Откуда бы? Ах, нет, не нужно об этом думать. Я доверяла Дейму, потому что он не подводил меня. Ни разу. Он не позволит Тори оказаться в лапах Гилмора, тем более после всего того, что нам с оборотнем пришлось пережить именно из-за него.

— Ваша честь, — начал адвокат, едва ли не дрожащим голосом, — Мой клиент просит принять во внимание вновь открывшиеся факты.

Я затаила дыхание. Чего ещё они там открыть могли? Я даже начала беспокоиться.

— Нам удалось узнать, что мисс Дана Рейн, которая является невестой мистера Демиана Штейна, в возрасте девяти лет перенесла насилие со стороны оборотней и перенесла этот инцидент крайне болезненно. Судя по выпискам из истории её болезни, девушка панически боится представителей расы своего жениха. Смеем предположить, что помолвку с этой девушкой мистер Штейн заключил при помощи давления…

Договорить ему не дал мистер Мурсайн:

— Протестую! Эти данные никак не касаются дела.

— Протест принят, — судья стукнула молотком, но продолжила: — Однако хотелось бы услышать объяснения мисс Рейн.

Вся эта ситуация подействовала на меня будто удар под дых. Я, словно рыба, выброшенная на берег, пучила глаза и не знала, что и думать. Наглость!

Демиан, глядя на меня, хотел уже возразить, однако я собрала мысли в кучу и, придержав его за сгиб локтя, встала.

— Уважаемый суд, — начала я. — Факт из моего детства действительно имел место быть, как последствия. Однако, смею напомнить, что моя история болезни является врачебной тайной, и выписки из неё не могли быть оглашены без моего согласия.

— Возражение принято, — сказала судья.

— К тому же, мистеру Грюнлиху и мистеру Гилмору следовало бы подробнее изучить записи моего лечащего врача, раз уж они взялись это делать, и узнать, что на протяжении последних лет я спокойно контактировала с оборотнями, пусть это и давалось мне с трудом. Мистер Штейн стал лишь подтверждением тому, что не все оборотни желают причинить мне вред.

— Вам есть что добавить? — спросила судья сторону истца, после того, как я вернулась на своё место. Получив отрицательный ответ, она сказала: — Слово предоставляется представителю ответчика мистеру Мурсайну.

Наш адвокат засветился будто рождественская елка.

— Мистер Гилмор пытался очернить моего клиента и его невесту беспочвенными обвинениями. Однако, как мне стало известно совсем недавно, и суд об этом уже осведомлён, — ехидная ухмылка пробежала по лицу Мура и исчезла до того, как её смогли увидеть присяжные. — Мистер Гилмор является завсегдатаем игорных домов, скачек и тотализаторов. В связи с этим, сумма его задолженностей уже превысила несколько сотен тысяч, что, я надеюсь, вы понимаете, не может характеризовать его положительно. Мисс Гилмор оставила дочери после своей смерти наследство в размере миллиона и ста тысяч. Деньги находятся в созданном по её воле трастовом фонде, распорядителем которого будет назначен опекун юной мисс Виктории. Уважаемый суд! Я оперирую лишь фактами! Вчера мы предоставили расписки мистера Гилмора, заверенные нотариусом, в которых он обещает выплатить сумму задолженности в сроки, соответствующие продолжительности данного судебного разбирательства. Таким образом, этот человек руководствуются лишь личной выгодой, ставя жизнь ребёнка ниже своей собственной, а то и представляя этим самым угрозу.

Я в восторге смотрела на адвоката. Его слушали очень внимательно, и я понимала, что мы выиграли. Суд никогда не отдаст ребёнка игроку. Но откуда эти сведения? Как они сумели их достать?