Есть ли жизнь после свадьбы (СИ) - Козьякова Наталья Дмитриевна - Страница 23

— Леди Силла, давайте больше не будем говорить на эту тему, — решительно прервала я. — Что было-то было, и не мне судить бабушку. Сейчас у меня другие заботы, леди. А вот через год мы посмотрим — что будет.

Леди покачала головой, с грустной улыбкой глядя на меня и жмущегося к моей юбке Артура.

— Либо ты сдашься, и пойдешь на поводу у его сиятельства, либо сломаешь его. Вопрос: а нужен ли тебе муж — слуга?

А вот тут вы ошибаетесь, леди. У меня есть еще один путь: забрать мальчика, и пойти собственной дорогой. Особенно, если за год я смогу избавиться от печати, запирающей мой дар. Маги в нашем государстве пользуются свободой независимо от пола… Но сказала я другое:

— Леди Силла, Артур признался мне, что в его бывшей спальне есть какой-то злой зеленый камень. Это просто страхи запуганного ребенка, или что-то еще? Но он и в самом деле боится заходить туда даже со мной. И все время старается как можно быстрее убежать. Мы собираемся разместить в тех комнатах библиотеку старого графа, деда Тариэла. Не повредит ли это книгам, да и всем, кто в усадьбе живет?

Леди задумалась. Нянюшка, повинуясь молчаливому приказу, накрыла стол к чаю, и вот теперь леди задумчиво колыхала в руке чашечку с горячим напитком. Наконец подняла глаза на меня.

— Не знаю, Лели. Никогда не слышала о таком, но виконт — маг, пусть и совсем маленький. Надо смотреть… Знаешь, а пригласи — ка меня в гости! Скажем — тебе понадобился маг, чтобы очистить дом от непонятных тебе… М-м-м… Нет, лучше я сама напрошусь в гости к его сиятельству. Скажем, чтобы понаблюдать за малышом. Так сказать, в природных условиях. Малыш будущий маг воды, значит, и наблюдать за ним надо у воды. Я намекнула графу, что Артура надо будет подготовить к школе, и пять лет — подходящий для этого возраст…

И вот мы в имении… Никак не могу называть это полуразрушенное строение домом. Дом — это в Бризоне. Там можно бегать босиком по свежей траве, можно подолгу сидеть на теплом от солнечных лучей крылечке, перебирая раннюю клубнику и засовывая самые красивые и сладкие ягодки в радостно распахнутый ротишко ребенка. Там можно быть самой собой, а не чопорной леди с постоянно обнаженным кинжалом… И дело тут вовсе не в разрухе. Это вопрос вполне решаемый. Дело в хозяине… Граф встретил нас так, будто мы сбежали, а потом раскаялись и вернулись. И теперь напряжение стало почти осязаемым. Спасало лишь то, что его сиятельство уезжал сразу после завтрака и возвращался поздно вечером. Иеремей дожидался его в гостиной, готовил ванну, кормил ужином и укладывал в постель. Чем граф занимался днем, где бывал — мне никто не докладывал, да и я не интересовалась, по уши увязнув в ремонте бывшей библиотеки — граф через управляющего передал мне вексель на весьма приличную сумму. Я пожала плечами. Напомнила себе, что у меня роль экономки, воспитательницы и библиотекаря. Хорошо подумала, пощупала ту стену, где Артур видел злой камень. Стена и стена… Но решила, что не буду пока трогать эту комнату, чтобы потом не пришлось переделывать. Рабочие штукатурили стены, проверяли трубы, чистили и ремонтировали большой камин, меняли подгнившие оконные рамы, а я вместе с Иеремеем сортировала книги, вспоминая — как именно выглядела Большая Городская Библиотека. Мы выбрали время, пока были в городе, и съездили туда вместе с малышом. Артур был в восторге. Главным образом потому, что там обнаружились большие акварии в простенках между окнами.

— Лели, а мы купим? — теребил он меня потом. — У нас тоже будет такое? И рыбки?

Месяц пролетел незаметно. Виконт загорел, постоянно бегая по саду в одних трусиках, поздоровел и еще больше стал походить на графа. Садовник Керт по моей просьбе установил на самом солнцепеке большую деревянную лохань, наполнил её водой, и Артур целыми днями плюхался в теплой воде, вылезая оттуда чтобы поесть. Он даже спать укладывался в саду, со слезами выпросив на это разрешение. А вечером вся вода уходила на полив цветов и деревьев.

— От как! — радовался Керт, наполняя лохань свежей водой. — И маленькому господину радость, и саду польза.

Наступил час "Х". То есть, открытие графской библиотеки. Я в последний раз обошла весьма просторные комнаты: собственно хранилище книг, заполненное стеллажами. Эта комната была без окон, зато под потолком и по стенам располагались магические светильники, срабатывающие на движение. И зал, заполненный уютными креслами, журнальными столиками и большим письменным столом у одного из окон. На нем расположился откопанный в недрах кладовых письменный прибор: бронзовый дракон сжимал в одной лапе перо, а хвостом придерживал чернильницу. Тут же лежала пачка писчей бумаги, стояла бронзовая же карандашница с остро заточенными карандашами, ластиками и линейками. А на прочной деревянной подставке между окон красовался большой стеклянный ящик — такая желанная для Артура аквария со множеством разноцветных рыбок. Мне даже пришлось несколько раз съездить в Браск: закупить все потребное, и получить пару уроков по уходу за дивным подводным садом. И теперь меня очень интересовало: как воспримет новшество виконт. Что скажет граф — я примерно представляла.

Глава девятнадцатая. Лето… Ах, лето…

Первый летний месяц для Тариэла выдался жарким. Во всех смыслах. Он подскакивал в немыслимую рань, когда солнечные лучи еще только-только выползали из — за горизонта, окрашивая небосвод розово — желтыми мазками. Наверное, это было красиво, вот только Тариэлу было не до любования природой. Он быстро умывался, натягивал на себя какую-то рвань, почти не чувствуя вкуса, съедал то, что ставили перед ним, и, выскочив из дома, вскакивал в седло Воронка. С женой он старался не встречаться, хотя это удавалось плохо: леди Апрелия оказывалась в столовой ровно в то же время, что и сам граф. Он кидал на неё несколько косых взглядов, отмечая, как она выглядит. Неизменные косы, спускающиеся на грудь, светлое утреннее платье, выгодно обрисовывающее фигурку, спокойный взгляд серых глаз и усталая улыбка в уголках маленького рта… Она ничего не говорила, если он не спрашивал. Лишь один раз упомянула, что библиотека все же вернется на свое законное место: денег достаточно, чтобы сделать полноценный ремонт. Граф не стал интересоваться, почему она приняла такое решение. Лишь кивнул, добавив, что по всем вопросам ей надлежит обращаться к управляющему.

Завтрак завершался в молчании. Потом леди уходила в комнаты, а он скакал в Прудки. Там, плюнув на то, что он — граф, впрягался в работу. Восстановление одного, самого обширного, пруда шло полным ходом. Тариэл, после "дружеской беседы" с Роксидионом, несколько дней провел за расчетами. Посетил Большую Городскую Библиотеку. Отыскал там книги по рыбоводству, прикинул свои возможности и решил, что один-то пруд он восстановит. Плюнув на свою гордость аристократа, пошел на поклон к тестю. Тот подумал, хмыкнул… и свел его со своими деловыми партнерами. Вскоре в Прудки потянулись возы со стройматериалами, в которых граф не понимал, но вынужден был начать разбираться. Управляющий только качал головой, слыша, какими ласковыми словами честит его сиятельство неповоротливых и ленивых мужиков.

— Что ты собираешься делать с этим богатством? — Гери кивнул на внушительную кучу сапропели, поднятую со дна спущенного водоема. Граф пожал плечами, жадно припав к кружке с водой.

— А что с ним делать? Есть идеи? Давай сюда.

— Есть. Донный ил, да будет тебе известно, весьма неплохое удобрение. У нас есть неподалеку парочка заброшенных полей. Помнится, капуста там родилась знатная…

— Я становлюсь заложником сельского хозяйства, — хмыкнул граф, выливая на загорелые плечи остатки воды. — Если хочешь — забирай богатство и развози по полям, по лугам… Да хоть на ярмарку вези.

— Кстати, о хозяйстве! Наш сосед, барон Крост, продает десяток телочек мельской породы. И цена вполне приемлемая. А в Карповке луга простаивают без дела.

— Чего это барон продает их сейчас?

Гери усмехнулся.