Есть ли жизнь после свадьбы (СИ) - Козьякова Наталья Дмитриевна - Страница 41

— Вы — граф Андре Тишинский? — спросил он, поздоровавшись и представившись. — Я хотел бы узнать — могу ли я стать учеником вашей школы? Хотелось бы освежить в памяти все то, чему меня безуспешно пытался обучить мой дед.

— Иными словами, вы хотели бы продолжить развитие своего Дара? — улыбнулся лорд Андре. — Да вы присаживайтесь. Занятия начнутся через несколько дней. Есть ли еще желающие из вашего круга?

— Думаю, что есть. Моя хорошая знакомая, леди Апрелия Тарская уж точно захочет учиться. У нее есть пятилетний сын, которого определили как мага воды буквально два месяца назад. Леди Силла настаивала на обучении всех нас. И меня, и леди Апрелии, и её… мужа, графа Тарского.

— А что сам граф?

Роксидион потер переносицу.

— Видите ли, с графом все сложно. Я не могу сам ничего рассказать — леди Силла взяла с нас магическую клятву. Но после обнаружения родового артефакта он настолько изменился, что стал меня тревожить. Я не все понял из объяснений леди Силлы, все же маг я так себе. Но дело там в запутанных потоках, которые каким-то образом блокировали искру Тариэла. Он никогда не проявлял магических способностей. А теперь же рвется в столицу. Даже выставил на продажу все свои земли и само имение. Никаких доводов не слушает. Да и… Странный стал.

Лорд Андре машинально повторил жест своего визави — потер указательным пальцем переносицу. Побарабанил по столу.

— Лорд Роксидион, а не могли бы вы представить меня вашей знакомой, леди Тарской? — решился он наконец. — Дело в том, что я долго отсутствовал, но когда-то был хорошо знаком с семьями Тарских, Контре, да и вашей. Ведь я не ошибаюсь — вы внук моего друга, Сезариона Чесского? У вас его глаза и улыбка.

Г лаза Роксидиона загорелись восторгом.

— Простите, лорд Андре, вы и есть Тот Самый Великий Маг Андре Тишинский?! Мой дед всегда приводил вас в пример, когда пытался научить меня хоть чему-нибудь… Хорошо, я сегодня же поинтересуюсь — сможет ли леди Апрелия принять вас.

Глава одиннадцатая. Знакомства и загадки

А сейф открыть оказалось куда сложнее, чем мне представлялось сначала.

Пять букв и три цифры. И ни одного намека на шифр, код, или как это еще можно назвать. Я никогда не увлекалась детективами. И ведь не спросишь — что это может быть. Сижу в кресле напротив стены с отогнутой в сторону картой, смотрю на серую стальную дверцу и думаю. Думаю. ДУМАЮ! Если бабуля так старательно спрятала свои тайны — может — ну их? Хотя… Что я — дурнее нашей старой кошки Цветки? Вон она — разлеглась на бумагах, которыми я уже успела захламить стол в кабинете. Все ищу неизвестно что. Понять хочется. И бабулю, и себя. Может, у нас тоже где- нибудь родовой артефакт завалялся, и теперь делает из меня Ледяную Деву. Не зря же я на все Роксидионовы попытки отвечаю скептической улыбкой. Нет, он меня не соблазняет. Во всяком случае — так, как об этом пишут в романах. Мне достаются лишь полевые цветы, которые я очень люблю. Самый дорогой подарок он сделал не мне — Артуру. Аквария заняла прочное место в нашей гостиной, где по вечерам собиралось все беспокойное семейство. Уж как два ребенка — маленький и большой — пересаживали ярких радужных красавиц из банок в акварию! Мы устали над ними хохотать. Роксидион священнодействовал, пытаясь сачком попасть в неширокое горлышко банки. Артур, не в силах устоять на месте, приплясывал и вопил:

— Дядя Рокси, дядя Рокси! Я сам! Я сам хочу! Дядя Рокси!

И, конечно же, Дигги внес свою долю веселья, подтолкнув сначала Артура под колено, а потом ухватив Роксидиона за штанину острыми молочными зубками. Как у них банка не разбилась — знает лишь Светлейшая. Но воду они все-таки вылили. На пол. За что тут же получили мокрой тряпкой от нянюшки. Оба. Пришлось вмешаться.

Я улыбнулась, вспоминая две обиженные физиономии. Надутые губы Артура и хитрую усмешку графа. Потом мы все вместе любовались ожившим подводным садом. Роксидион ухитрился пристроить магический светильник так, чтобы освещение шло сверху. Теперь Артур может часами сидеть, прижавшись носом к стеклу. Дал всем рыбкам имена, и уверял, что они с ним разговаривают… Может и разговаривают. У меня в детстве тоже была подружка кошка, в урчании которой мне слышались ответы на мои вопросы… Теперь со мной беседуют мои картины. Я начала новую работу — пытаюсь услышать и воду в акварии, и водоросли, и рыб…

А еще вспоминалось, как бережно придерживал ребенка Роксидион, когда мы катались все вместе в коляске по дорожкам парка, как ухитрялся за секунду до падения перехватить над камешком или трещинкой. Как страховал, когда Артур залез на дерево за зацепившейся шляпой, и не позволял мне сорваться на крик. И ведь понимаю, что напугать могу еще больше, а сил самой сдержаться не всегда хватает. А потом они вместе утешали меня, обещая, что больше никогда — никогда… И ведь сами понимают, что врут…

Что-то я отвлеклась. Сейф сам себя не вскроет. Что же это за буквы такие? Если я их угадаю-то и цифры поддадутся…

— Лелюшка! Ты тут ли?

В кабинет заглянула нянюшка, покачала головой, обозрев беспорядок, но ничего не сказала.

— Тут, нянюшка. Все пытаюсь понять — как это вскрывается. Должно быть, там страшные тайны спрятаны. Или клад. Как думаешь?

— Думаю, что тебе надо умыться — ишь, вся в пыли и паутине! И где только нашла-то? Не забыла, что к ужину гости ожидаются?

Я хлопнула себя по лбу. И впрямь забыла! Рокси же просил принять графа Тишинского, нового директора Школы. Что ж, такие знакомства весьма полезны. Тишинский, Тишинский… Уж не возлюбленный ли бабули моей?

Роксидион сиял, представляя мне графа. Тишинский мне понравился сразу: благородная седина в темных волосах, острый взгляд темных глаз, орлиный нос и неожиданно теплая улыбка на твердых губах. В плечах не широк, но видно, что не слаб. За спиной такого как за каменной стеной спрятаться можно. И что прадеду не понравилось?

— О, как давно я не ел таких вкусностей, — улыбнулся граф Тишинский, когда ужин благополучно отправился в наши желудки. В ожидании десерта мы все расположились в гостиной, где нянюшка и Лита споро накрывали низенький столик. — Всю жизнь кочую, а теперь вот решил осесть в родном городке. И прошу вас, ребятки — давайте общаться не чинясь. В среде магов как-то не принято сиятельствовать и лордствовать, разве что на официальных приемах.

Мы с Рокси переглянулись.

— Хорошо, — помедлив, сказала я. — Как нам вас называть?

— Зовите меня Андре. Тем более, что дед Роксидиона был моим близким другом.

А с вашей бабушкой, леди Апрелия, нас связывали более чем романтические чувства. Не расскажете ли мне о том, как сложилась жизнь госпожи Аксиньи?

— Что ж, вы можете называть меня…

— Мама Лели! — высунул любопытный нос Артур. И тут же спрятался за Рокси.

— Пусть будет Лели, — согласилась я. Вот нравится мне граф Тишинский! — А вы, молодой человек, ступайте с Иеремеем в детскую.

— Ну, мама! Я больше так не буду! — тут же надул губы молодой человек. Граф рассмеялся.

— А как мне вас называть? — обратился он к Артуру, вытаскивая его из-за спины приятеля и ставя перед собой. — Знакомиться будем?

— Я-Ар-р-тур-р! — прорычал молодой человек, с интересом рассматривая графа.

— Называй меня дедушка Андре, Артур. А когда ты придешь в школу — будешь звать меня, как и все ученики — лорд Андре. Договорились? Ты же хочешь стать магом?

— Мама?

Я кивнула. Хочет. И станет.

— Вот и хорошо. Через несколько дней начнутся занятия. Мы уже набрали в подготовительный класс пять ребятишек твоего возраста. Так что будет и с кем уроки делать, и с кем пошалить.

— Но леди Силла говорила мне, что с малышами занимаются дома, — удивилась я. — А кстати — куда она делась? То шагу мне ступить не давала, а теперь вдруг исчезла.

Г раф перебил меня, предупреждающе поднял руку.

— А теперь, когда мы познакомились, Артур, послушайся маму, и беги в детскую. У нас будет много времени для бесед.