Поцелованная богом (СИ) - Озолс Агата - Страница 56

— Мадмуазель, — напомнила ему Лиса.

— Простите, провалы в памяти.

— Так это для того, чтобы ваш приятель мог поговорить с женой, мы несемся, как угорелые? — иронично уточнила Лиса.

— У вас никогда не было жены, — ответил Пашка, — мадемуазель.

— Это да, — согласилась рыжая.

Темп, взятый ЦАРскими спецами, принес отличный результат — около полуночи мы были в Банги.

— Мои ребята отвезут френчей, — предложил Кир. — А мы двинем сразу на базу.

Софи перецеловала всех, включая ЦАРских спецов, Поль долго тряс руку уставшему Пашке и благодарил за спасение. Наконец сцена прощания закончилась, и мы разъехались.

— Вы двое, — сказал Кир, когда мы, наконец, приехали на базу, — можете занять ту же комнату. А девушку я провожу.

— И я провожу, — я забрал у Лисы рюкзак.

— Тогда прошу, — покачав головой, ответил Кир.

Мы довели рыжую до комнаты, Кир пожелал нас спокойной ночи и ушел.

— Ты не останешься? — спросила Лиса.

— Нет, здесь не принято.

— Что именно?

— Это база. Мальчики направо, девочки налево. И никакого интима.

— Совсем? — она удивленно подняла брови. — Целибат?

— На базе, да.

— Я могу выходить из комнаты?

— Конечно. Ты можешь свободно передвигаться по базе. Ничего не бойся, здесь все свои.

— А где мне искать тебя утром?

— Спросишь первого встречного.

— Тогда спокойной ночи?

Вместо ответа я коротко ее поцеловал и ушел, от греха подальше.

— Ну, ты и праведник, — прокомментировал мое появление Пашка.

Я сделал вид, что не понял, что он имел ввиду.

— Скромник и постник, — продолжал Африканец.

— Дам в морду, — заявил ему и ушел в душ.

А когда вернулся, Пашка курил, сидя на кровати. Я устроился напротив и тоже закурил.

— Как твое сердечко? Туктукает? — Пашка поставил пепельницу посередине.

— Потихоньку.

— Ты бы поаккуратнее, побереги себя, — серьезно сказал Пашка.

— Уж постараюсь.

— О женщине своей не беспокойся. Ее никто не тронет.

Я посмотрел на него, как на больного.

— Вот в этом я ни минуты не сомневался.

— Это я так, на всякий случай.

— Что будем делать дальше?

— Завтра купим билеты в Хартум, — Пашка зевнул.

— Опять через Найроби?

— Это уж как получится. Можем прямо сейчас купить.

— Нет уж, — я затушил сигарету и вытянулся на кровати. — Давай все отложим на завтра.

Пашка не ответил. Спустя пару минут он уже вовсю сопел.

Утром я нашел Лису в столовой. Сидя с парнями, она, как примерная девочка, ела кашу. Заметила меня, улыбнулась:

— С добрым утром!

Я присел за стол.

— С добрым. Как спала?

— Спасибо, все было просто восхитительно. Какие у нас планы на сегодня?

— Купим билеты и летим в Хартум.

— В Хартум? Но зачем?

— Проводим Пашку.

— Это обязательно?

— Там моя машина. Заберем машину, поедем в Каир. А оттуда — домой.

— Я сегодня говорила с дедом, — начала Лиса.

— И как он?

— Прекрасно. Вообще мне сейчас все прекрасно. И постель, и еда, и душ. А то, что есть связь, просто волшебно.

Связь. Да, со связью опять было все хорошо. Еще рано утром, не успело рассвести, мне позвонили из Москвы. Ребята, которых вывез Пашка, и о которых я все забывал его расспросить подробно (мне достаточно было одной его фразы «все путем»), благополучно добрались до Москвы. Софи и Поль ночевали в своем консульстве, но известие об их спасении уже дошло до Парижа. МИД Франции сердечно поблагодарил нас за участие в судьбе французских врачей. Мне даже намекнули, что президент Рутендо встретился со своим сыном и тоже выразил благодарность некому русскому за спасения отпрыска. Кстати, вместе с благодарностью он высказал просьбу о дальнейшем участии этого русского в судьбе его родины. В этом месте я честно ответил «никогда» и предложил поискать для этой миссии кого-нибудь другого. В Москве к моему ответу отнеслись с пониманием. Так что в принципе моя миссия в Африке окончена.

— Дед просил передать тебе поклон, — продолжила Лиса, с удовольствием делая глоток кофе. — М-м-м, вкусно-то как! Знаешь, каждый раз после командировки, жизнь начинает играть совершенно новыми красками.

— Знаю, — кивнул, наливая себе кофе. Потом неожиданно даже для себя спросил: — Как ты смотришь на то, чтобы устроить маленький отпуск? Мы могли бы остановиться в Найроби, например.

— А как же твоя работа? — Лиса отставила чашку и посмотрела мне в глаза.

— Еще ночью связался с помощником, проверил, как идут дела.

Лиса внимательно выслушала и задала следующий вопрос:

— А моя работа?

— А что с ней? Уж отдых тебе точно положен.

— Егор, ты не сердись, — она погладила меня по руке, — но что-то я сыта Африкой по горло.

— Европа? — тут же предложил я.

— Я домой хочу. В свою квартиру. Отдохнуть немного, почитать, поспать.

— Немного? А потом?

— А что потом? Все, как обычно, — она пожала плечами.

— Ты опять уедешь, черти куда? — знал, что не нужно спрашивать, но спросил.

— Если нужно будет, то уеду.

— А я?

— А что ты?

Я оторвал от нее взгляд и понял, что парни как-то незаметно покинули нас. В столовой мы сидели одни.

— Мое мнение для тебя ничего не значит? — зачем-то спросил ее.

— Рок, это моя жизнь, — она даже подобралась вся, словно готовясь к бою.

И что ей сказать? Я не находил слов. Похоже, Лиса тоже не готова была продолжить этот бесполезный разговор, потому просто перевела тему:

— Пошли билеты искать.

Мы убрали за собой посуду, и вышли из столовой. Молча.

Африканец перехватил нас по пути в комнату Лисы.

— А, вот вы где!

— Доброго утра, — вежливо улыбнулась рыжая.

— Взаимно. Ну, что летим?

— Когда? — спросил у Пашки.

— Через четыре часа.

— Так быстро? — удивилась Лиса.

— Меня сын ждет. И работа, — ответил Африканец.

— Тогда я пошла за вещами.

— Не торопись особо, — посоветовал я. — До аэропорта пару минут езды, по любому успеем.

— Пойдем, купим билеты, — предложил Пашка.

— А ты не купил еще?

— А откуда мне знать номера ваших паспортов? — удивился Африканец.

— Лиса, дай паспорт, — попросил у рыжей.

— Сейчас принесу.

Лиса отдала мне свой паспорт и ушла к себе, сообщив, что хочет еще раз принять душ. Мы вернулись к себе, покупать билеты.

— Вы поссорились, что ли? — поинтересовался Пашка между делом.

— Нет. С чего?

— Мадмуазель, — Пашка выделил это слово, — очень самостоятельная. Тебе это вряд ли нравится.

— Мне это нравится до определенного предела, — заполняя форму для покупки билетов, ответил ему.

— И предел уже наступил?

— Еще нет, но уже маячит.

— Хочешь, угадаю?

— Ну, попробуй.

— Она ни за что не бросит работу.

— Я от нее такого и не требую.

— Да ладно, ты понял, о чем я. Кстати, она довольно известная личность.

— Ты наводил справки? — я оторвался от компьютера.

— Оно мне надо? Кир рассказал.

— А он откуда знает?

— Ты, Рок, совсем на своих финансовых вершинах соображать перестал. Конечно, врача такого уровня наши знают. Не все, врать не буду, но очень многие.

— Вот пусть и лечит в Москве.

— Да не ершись, я тебя понимаю, — Пашка хлопнул меня по плечу. — Место бабы, пардон, женщины дома. Семья, дети, домашний уют и яблочный пирог.

— С такими взглядами тебе будет трудно найти жену, — сообщил ему.

— А мне и не нужна жена. Мне гувернантка для Ваньки нужна, кстати. Но сейчас не об этом.

— Я понял, ты меня поддерживаешь.

— Она не согласится сидеть дома.

— Я этого и не прошу. Пусть работает в Москве.

— Все с тобой понятно, — вздохнул Пашка. — Упрешься, как баран. А в итоге, что?

— Что?

— Разойдетесь, как в море корабли.

— Не знаю, — ответил прямо. — Все может быть.

Мы купили билеты и через пару часов, попрощавшись с Киром, отправились в аэропорт.