Демон или тихоня (СИ) - Морозова Вероника - Страница 61

Надо сказать, что хватило меня всего на полтора круга. Силы, данные ненавистью, быстро покинули тело, а в глазах снова заплясали огоньки, только уже гораздо активнее. Нельзя останавливать. Нельзя.

Глаза полностью заволокла тьма. Кажется, я споткнулась о собственную ногу. Где-то раздались крики, но слышались они будто сквозь стенку, почти неясно и тихо. Меня встретил холодный и твердый пол. Тихо… Так тихо… Тишина — это хорошо. Она не предаст, она поможет, она никогда не оскорбит тебя. Она готова выслушать все. Я отдалась этой тишине.

Тьма… Здесь темно… Темнота — тоже неплохо. Она не слепит тебя, помогает абстрагироваться от всего мира и не видеть этих жалких, ненавистных людей. А их здесь слишком много.

Я провалилась в тьму и тишину, казавшимися вечными. Здесь было хорошо. Здесь не было того пронизывающего холода, который я чувствовала весь день.

Потолок. Такой белый и чистый. Интересно, почему потолок всегда должен быть белым? Можно же его покрасить в любой цвет. Он может быть желтым, как солнце. Голубым, как небо. Зеленым, как листья деревьев. Говорят, зеленый успокаивает? Вполне возможно. Так почему бы не покрасить его в зеленый? А ведь на потолке можно нарисовать целую картину, если очень захотеть. Правда, это тяжело будет, но ведь здесь можно нарисовать что-то интересное. Например, звезды, планеты и галактики. Я бы хотела потолок с млечным путем на всю площадь. Разве это не здорово?

Но, как ни крути, потолки всегда белят.

— Ого! У нее очень высокая температура! Тридцать восемь и шесть. Странно, что ей не стало плохо раньше, — услышала я добродушный голос нашей медсестры. Было понятно, что говорят обо мне, но почему в третьем лице? Я же здесь, я все слышу…

— Ну, Ника говорила, что ей было холодно… — фраза прозвучала достаточно растерянно. Так, это Семен вроде.

— А чего ж она раньше-то не обратилась сюда?

— Говорила, что нормально все! — а этот испуганный возглас явно принадлежит Свете. — Мы не знали, что она в обморок упадет…

Стоп! Стоп-стоп-стоп, какой обморок? Ребят, вы о чем?

А, да. Логично же, что из спортзала я не телепортировалась в медкабинет, а меня таки дотащили. И, вероятно, поводом для данного действия как раз-таки послужил обморок. Логично.

— М-м-м… — я застонала, поворачивая голову и глядя на тех, кто стоял у входа, потому что на медсестру было смотреть не интересно. Надо же, какие люди! Сема, Света и Орлов собственной персоной! Почто же он решил почтить меня своим присутствием? Я ж как те шлюхи…

— Ника! — заорали все трое. Звук ударил по перепонкам, а ощущение больше походили на кувалду по голове. Зачем ж так орать-то, придурки…

— Ты в порядке? — Евглевская схватила меня за руку.

— Да, в полном. Я просто так взяла и упала в обморок, а так у меня все хорошо, — язвительно ответила я, но тут же вздрогнула и приняла позу эмбриона. Как же здесь холодно…

— Блин, ты реально хреново выглядишь, — заметил Орлов.

— Пошел в жопу, — тут же ответила я. Только твоих комментариев мне не хватало здесь.

— Думаю, лучше тебе пойти домой, — обратилась медсестра ко мне. — Мальчики, вы же поможете своей подруге до дома добраться?

— Да! — блондин мгновенно вскочил.

— Успокойся, лучше этим я займусь, — отрезал Комаров.

— Но… — Саша почти начал спорить, но его перебили.

— Сколько ты раз там был? Один. И то дом нашел случайно. А я несколько и дорогу знаю, так что отдыхай.

Орлов еще некоторое время постоял здесь, потом, что-то зло пробормотав, удалился. Я нехотя села на койке и со стоном почувствовала новый приступ головной боли. Да когда же этот день закончится?

— Пошли, я вещи возьму, — я встала и направилась к выходу. Меня не интересовало больше ничего, кроме дома и кровати. Ни еда, ни интернет, ни книги. Дом. И. Кровать. Больше я не нуждалась ни в чем. Только бы не свалиться где-нибудь по дороге.

Глава 27

POV Саши.

Настроение с утра пораньше было самым что ни на есть дерьмовым, поэтому я пришел только к третьему уроку. Все равно там было две математики, а я не сильно люблю математику. Пришел я уже к химии, без лишнего шума заходя в класс.

— Явление Христа народу, — мрачно прокомментировал мое появление Олег. Со мной тут же начали здороваться, я пожал руки почти всем парням. Чуть позже в классе показались Света с Семеном, и оба как-то очень странно уставились на меня, заставив опустить глаза и сделать вид, что я ищу что-то в телефоне. Только их мне не хватало. После вчерашнего случая мне не хотелось разговаривать ни с кем, а тем более с ними. Хотя, видимо, придется. Надо же понять причину, почему Ника оказалась в таком состоянии.

В голове снова прокрутились события вчерашнего дня, хоть я этого и не хотел. В общем-то, я не ставил себе целью обидеть Макарову, просто меня реально бесят девки, которые говорят, что у них что-то болит и просиживают всю физ-ру на жопе. Это так тупо, но такие есть в каждой школе, поэтому я подумал, что Ника из той же оперы. В принципе, конечно, она не похожа на человека, который станет страдать подобной фигней, но все-таки… В итоге я, в силу своей гениальности, решил разозлить ее, при этом не думая о том, что скажу. Благодаря этому сразу после обморока Макаровой мы с Семеном чуть не подрались. Получив свои оплеухи, мы потащили ее в медкабинет. Сколько шуму поднялось из-за этого… Но свою ошибку я все-таки осознал уже позже, когда Ника проснулась. А как меня Комаров материл Вконтакте потом! Это был срач всей моей жизни. В конце концов, мне все-таки пришлось признать свою ошибку, тем более выяснилось, что Макарова заболела. Пока не понятно, чем, но Евглевская думает, что это грипп. Оттуда и температура, и больное горло. Но разве с гриппа падают в обморок?

Семен сел почему-то не передо мной, а на вторую парту первого ряда. Евглевская тем временем пристроилась на четвертой парте третьего ряда. Только сейчас я понял, что что-то здесь не так. Все сидели на других местах. Так, нас что, пересадили? Я наклонился к Свете, которая сидела неподалеку.

— Привет.

— Привет, Саш.

— А я не понял, нас что ли пересадили?

— Да. Список в журнале есть, можешь посмотреть.

Я уже хотел встать и пойти смотреть, куда меня посадили, но что-то заставило все-таки помедлить.

— Кстати, что с Никой?

— Заболела, — ответила ее подруга, доставая из сумки учебник химии.

— Это понятно, чем? — спросил я, стараясь не обращать внимания на очевидность заявления Светы.

— Не знаю. Она вчера вечером не заходила Вконтакт и на звонки не отвечала. Не представляю, чем она таким могла заболеть, но думаю, завтра уже выйдет на связь, — Евглевская задумалась, видимо, размышляя над неведомой болезнью Макаровой.

— Ну, ладно, — я встал и уже было направился к журналу, как в класс вбежала стайка девушек, среди которых показалась и Марина. Когда я подошел к учительскому столу, она бросилась мне на шею.

— Саша! Я думала, ты уже не придешь! — воскликнула Тропина. Я быстро чмокнул ее в губы.

— Привет, солнце. Как ты?

— Все просто прекрасно! Главное, что ты рядом, — она улыбнулась во все тридцать два зуба. Я ответил ей легкой полуулыбкой и снова повернулся, чтобы все-таки посмотреть, где я сижу. Так, третий ряд, третья парта, первый вариант. Рядом со мной сидит Марина. А Ника опять рядом с Семеном. Видимо, у них это стабильно. Один вопрос: зачем я смотрю, где она сидит?

Захлопнув журнал, я сел на место, и в это время как раз прозвенел звонок. На уроке я просто скучал и почти ничего не делал, только записал кое-что. Мысли крутились где-то далеко от реальности, поэтому я даже не заметил, как прошли сорок минут. Очнулся только тогда, когда народ начал собираться и выходить из кабинета. Я тоже встал и непривычно медленно для себя сложил учебник и тетрадь в портфель. Целая толпа отправилась смотреть расписание, я примкнул к ним. Далее мы все вместе отправились к следующему кабинету. В голове было пусто ровно настолько же, сколько и в душе. Сбегать, что ли, покурить? Ладно, на следующей перемене.