Демон или тихоня (СИ) - Морозова Вероника - Страница 77

— Слушай сюда, умник. Вероника у меня. Если хочешь, чтобы с ней все было в порядке, тебе придется в течение получаса явиться домой. А иначе… — Александр Николаевич весьма жутко ухмыльнулся, и мне стало слегка не по себе. Что он собрался делать со мной?

Еще секунду стояла тишина, после чего из динамика полился такой плотный поток искуснейшего мата в купе с угрозами, что я невольно испугалась, что мои уши сейчас реально свернутся в трубочку. Божечки… Что здесь вообще происходит? Сумасшедшая семейка, честное слово! Не хватает только больной на голову мамаши для полного комплекта. Жуть.

Орлов старший равнодушно прервал дальнейшие изливания сына тычком в соответствующее место на сенсорном экране и сразу же вернул гаджет мне. Я медленно протянула руку к нему. Шок от услышанного не хотел никуда уходить.

— Ч-что Вы со мной собрались делать? — дрожащим голосом пропищала я, вжимаясь в спинку сидения.

— Ничего.

Эм… Стоп, что?

— Но… Вы же только что сказали…

— И что? Мне просто нужно, чтобы он пришел. А в том, что он придет, я не сомневаюсь.

— Но зачем тогда Вам я?

— Чтобы он убедился, что ты в целости и сохранности.

— Эм… Ясно.

Да блин, нихрена не ясно! Заче-е-ем, господи, было делать все это? Впрочем, так он сам припрется, даже не придется ловить его по всему городу и все такое… но блин! Это же… Так странно. Даже по-детски несколько. Как же они похожи все-таки. Я бы посмотрела на мать Орлова. Нет, правда, интересно же, какая она?

— Я все-таки не понимаю, — после достаточно продолжительной паузы я все же решилась вновь подать голос, — если у вас такие плохие отношения с Сашей… Зачем Вам возвращать его?

Глупый, наверное, вопрос. Но ведь надо же прояснять ситуацию!

— Он же мой сын, — мужчина пожал плечами.

— То-то Вы ему гадостей наговорили столько, — невольно вырвалось у меня. Никогда еще так не хотелось дать самой себе по губам. Лицо Александра Николаевича слегка изменилось, сделалось абсолютно каменным, так что читать какие-либо эмоции на нем стало невозможно. Интересно, это такая защитная реакция? Несмотря на все это, меня уже было не остановить:

— Серьезно, у вас такие отношения странные! От Вас ушла жена, так это наоборот должно было Вас с сыном как-то сплотить, но нет, вы разосрались! Как так-то? Причем ведь уже столько времени прошло! Целых десять лет! И ведь за это время, насколько я поняла, так ничего и не поменялось, ситуация только ухудшилась. Это же нелогично! Почему Вы элементарно не можете относиться к Саше чуть уважительнее, уделять ему больше внимания? Я понимаю, что Вы много работаете и все такое, но сейчас все много работают, тем не менее, как-то выкручиваются. Вы вообще знаете о Саше что-нибудь, кроме того, что он плохо учится?

В салоне в который раз установилась полная тишина. Казалось, даже водитель был в шоке. «Ни-ика-а-а», — раздался угрожающий голос в голове. Мысленно я медленно обернулась, а обладатель голоса со всей дури треснул меня битой по башке. И правильно сделал. Еще одна моя странная привычка: дробить свою личность на части, одна из которых разговаривает с другой или что-то с ней делает. Чаще всего бьет. Конечно, все это происходит в моей фантазии, но черт, вдруг я на самом деле псих?

Впрочем, сейчас это было не так важно. Только что я повысила голос на взрослого человека, который намного выше меня по статусу и вообще круче по всем статьям. А еще он как бы отец моего друга и все такое… В общем, только что я подписала себе смертный приговор.

Молчание было таким гнетущим… Аж жутко становилось. Какая же я дура! Нужно извиниться, пока не поздно. Но стоило мне открыть рот, как Александр Николаевич заговорил сам:

— Ты его девушка, я прав?

— Н-нет, — еле выдавливаю из себя одно слово, поразившись, в какое внезапное русло перешел наш разговор. Похоже, Орлов старший опять удивился своей неправоте, так что я не преминула уточнить:

— А что?

— Просто я удивлен, что он тебе рассказал обо всем.

— А… Ну… — я не знала, что здесь добавить. У меня, на самом деле, есть удивительный дар — располагать людей к себе так, что они мне рассказывают абсолютно обо всем. Даже в анонимном чате такое нередко случалось. Потом все они удивлялись, как так получилось, что они мне спокойно все выложили. Если честно, это и для меня загадка, но я предпочитаю не использовать данную способность в личных целях, потому что… Ну, потому что это мерзко! Нельзя так делать!

— Просто мы хорошие друзья, вот, — собравшись с мыслями, невесело усмехнулась я. Знакомы вроде всего ничего, а уже хорошие друзья… М-да. Еще одна загадка.

— Много кому он об этом рассказывает?

— Да нет, вроде помимо меня всего пара человек знает.

— А не тебя ли он попытался изнасиловать в кабинете директора?

Я захлопала ресницами. Нифига себе, помнит!

— Нет! Точнее, да, там была я, но он не пытался меня изнасиловать, просто вышло недоразумение! Ну, там долгая история… — я почесала в затылке и отвела глаза. Бред какой-то. Ох, блин, что ж я творю… Ладно, теперь мне терять точно нечего. Неожиданно мы остановились, и я поняла, что мы приехали. Вылетев из машины, я испуганно взглянула на Орлова старшего, ожидая увидеть злость или негодование на лице, но вместо этого увидела лишь какую-то печальную задумчивость. Чем дальше, тем меньше я понимаю, что происходит.

В молчании мы зашли в дом и поднялись в квартиру. Итак, мне предстояло находиться здесь до прихода Сани, насколько я поняла. Раздевшись быстрее его папы, я упорхнула в ванную и зачем-то закрылась. Быстро помыв руки, я сполоснула лицо, после чего внимательно посмотрела на себя в зеркало. Какой кошмар… Волосы можно было бы и расчесать для приличия. Теперь они казались почти черными и пошли мелкими волнами от еще не высохшей влаги, притом было прекрасно видно, что находятся они в полном беспорядке. М-да. Я, недолго думая, пальцами сделала себе более или менее ровный пробор, после чего начала присматриваться к раскрасневшемуся от горячей воды лицу. Хм, в принципе, ничего, прилично выгляжу. Вытираюсь полотенцем, висевшим около раковины, и выхожу в коридор. И нафига этим двоим такая большая квартира? Хотя, возможно, она была куплена еще до развода, когда молодожены еще планировали долгую и счастливую жизнь вместе, с кучей детишек и собакой. Или кошкой. Я бы предпочла все-таки кошку.

Пока отца Сани не было, я тихонько зашла на кухню и заглянула в холодильник. Эм… эм… М-да. Сразу видно, что женщины в доме нет. Удивительно, как у них чисто при этом. Сомневаюсь, что Саша уборкой в доме занимается, да и папа его тоже вряд ли. Кто тогда?

— Эм… Вы извините, но у вас в холодильнике мышь повесилась, — сообщила я, заглядывая в комнату, которая, похоже, исполняла роль гостиной. Там в кресле устало развалился Александр Николаевич, прикрыв глаза. О боже, какой мужчина… Блин, ненавижу эту песню. Услышав меня, Орлов старший приоткрыл глаза и как-то безразлично взглянул на меня.

— И что?

— Эм… Просто… — почему-то мне было искренне жаль обоих мужчин, проживающих в этой огромной, но пустой квартире. Хотелось чем-то заполнить эту пустоту. Например, запахом вкусной еды. — Хотите, я приготовлю что-нибудь? — правда, продуктов нет, но это мелочи, можно в магазин сходить.

Такого изумления в глазах другого человека я еще не видела. Н-да, не каждый день девка, которую ты едва знаешь, предлагает что-то приготовить тебе. Просто я помню, когда заглядывала в холодильник первый раз, там хоть что-то было, но чисто сырые продукты, никаких приготовленных блюд. По большей части это были какие-то полуфабрикаты, но кое-что там все-таки нашлось. Сейчас же даже полуфабрикатов не было. Впрочем, нужно внимательно посмотреть. С прошлого раза еще что-то оставалось, я помню, как мы с девками бегали в магазин и затаривались чуть ли не на годы вперед. Правда, весь этот годовой запас быстро иссяк под напором голодающей толпы. Веселый такой общепит.

— Зачем?

— Я… Ну, не знаю. Просто… вы с Сашей какую-то гадость едите, я видела все эти многочисленные полуфабрикаты… Без обид только, просто я за здоровый образ жизни! — примирительно поднимаю руки. Господи, куда я лезу? Дурочка. Надеюсь, это последствия болезни и они быстро пройдут.