Опасный вкус (СИ) - Мэйз Евгения - Страница 49

Я держусь за голову, потирая ушибленное место. Я злюсь! Я не собираюсь оставаться здесь!

- По твоему тону и выражению лица я поняла, что еще и умнее! - перебиваю я его. - Прискорбно, что ты забыл кто я и кем мог бы быть ты!

Раф прожигает меня слабо воспламеняющим взглядом всего лишь мгновение, потом закрывает глаза и делает медленный, размеренный вдох. Как жаль, что щель между ним и дверным проемом так мала. Я бы повторила попытку. Я не собираюсь оставаться здесь! Только не так!

- Хочу сказать тебе, что здесь нет и не будет чертовой демократии, к которой ты так привыкла! Хватит!

Я привыкла? Я в ней выросла. Я в ней родилась. Идиотизм - ставить мне это в вину или в заслугу и тем более обвинять!

- Вот только не надо! Ты сам только что предложил мне выбор, чертов монархист!

- Ну так ты его сделала!

Приверженец тоталитарного режима выходит из каюты, громкая хлопая дверью. Мне бы начать радоваться что все закончилось.

Нет!

Дверной замок щелкает и гремит от двух оборотов прокручиваемого в нем ключа!

Алекс еще с минуту тупо пялится на дверь, не веря в произошедшее. Ей бы давно перестать удивляться, но она сохранила в себе эту прелестную способность. Забывает, что одни стали свободными людьми и наплевали на все известные законы, а другие просто плевали на них или возвращались только тогда, когда им это удобно.

- Дура!

Она садится на обжигающую холодную кровать, закрывая лицо руками. С ней что-то не так.

Чего она разошлась? Ей бы быть осторожнее, приглядеться к нему. Было глупо думать что все будет как раньше. Она бы стала смотреть на Лизу, ждала бы от нее чего-то подобного и не поворачивалась к ней спиной, вот и Раф...

- Ты тупая! - говорит она себе под нос. - Он ведь не дурак.

Она расслабилась, перестала ощущать градус опасности.

С Джейком, Алекс всегда знала, когда стоит остановиться как бы не была зла на него, как бы не кипело все внутри от обиды. Он большую часть ее жизни в новом мире был ей чужим. Не был ни другом, ни приятелем, ни знакомым, разом стал любовником, но как до так и после Алекс всегда знала, когда нужно притормозить, потому что чувствовала приближение той самой грани в словах, поступках, интонациях, превышать которые было бы неразумно.

Она не боялась его, но и не стремилась окончательно испортить отношения, а могла бы уйти, но сходить с ума в одиночестве - ей совсем не хотелось.

Сколько раз он выгонял ее? Сколько раз говорил ей убираться и не возвращаться? Много. К утру он обязательно остывал и не вспоминал о прошлых угрозах.

С этим же вампиром все как-то по-другому. Вот что она Джейка с крыши не скинула? Ведь было время, когда он доводил ее до белого каления!

Джейк не мучал ее морально, не вынуждал выбирать из двух зол наименьшее. Он либо делал, либо молчал, скрывая от нее что-то. Это злило, уязвляло и заставляло страдать.

Сейчас же…

“Он не бросит их! Не оставит здесь!”

Алекс поднялась, забарабанив кулаком в дверь. Та даже не дрогнула, не прогнулась и, кажется, сделала удары тише. Не иначе сделана из пробки.

Она повертелась на месте, оглядев пространство каюты со спрятанными ящиками и шкафичками, принялась обшаривать их, но ничего полезного в них так и не нашла. Теплых вещей нет, обуви тоже, перемороженные крема и шлепанцы “вьетнамки”. Когда-то над койкой висела не то шпага, не то сабля, но сейчас оружия нет и одному Богу известно кто позаботился о том, чтобы его здесь не существовало - прежний хозяин или новый капитан.

Весело.

Она села обратно, стягивая с кровати какое-то псевдонатуральное меховое покрывало, укутываясь в него с носом.

- Что дальше?

Зачем надо было менять лодку? Перед глазами встал ряд канистр. Она вновь стала злиться и в очередной раз отругала себя за собственную не то недальновидность, не то наивность, не то эгоизм. Раф стал готовиться к смене судна заранее, не может быть, чтобы оно ждало его в таком виде; выходит он ждал или предполагал, что разговор повернет в такую сторону, а может у него просто не было времени, не представилось случая сказать ей, что они “переезжают”.

“Да, черт с ней с лодкой, - думала Алекс, залезая под тонкое одеяло, не предназначенное для холодного времени года, и обкладываясь подушками, - что с этими двумя?”

Она не верила и не верит, что Раф оставит этих двух вот так просто, не для того он спасал их! Он живет не первый день на этом свете, чтобы удивляться поведению людей, пусть и таких маленьких как Паоло и Лиза.

- Алекс!

Раф потряс ее за плечо, откопав в ворохе одеял и подушек. За всеми приготовлениями он совсем забыл, а точнее не хотел и вспоминать с чего началась перемена судна. Он думал, что просто предложит ей этот вариант, распишет несомненные достоинства, такие как водоизмещение, скорость, другие технические характеристики, тот же простор и она согласится с ним. Мозги у нее на месте и упрямиться в его мыслях она бы ни за что не стала.

Но общение свернуло в другую колею, мигом напомнив обо всех тех причинах, по которым он решил провернуть свой отличный от Алекс план.

Свернуло и мигом разозлило. Эти ее извинения. Он действительно понимал все, мог(и сделал это) найти оправдание ее поступку, но только не желал мириться с враньем.

То что всегда ему нравилось в общение с ней, одна из причин, вдруг обернулась против него и показала ему средний палец со словами: “ты дурак и наивный малый, Раф!”.

Не надо обманывать его и пытаться дурить, не надо выставлять его идиотом!

Эти эмоциональные всплески от горечи к радости, от злости к нежности, от бешенства к веселью порядком вымотали его, но надо признать, что положительные моменты заставляли отступать все и ощущать себя беспечным, забыть обо всем и чувствовать себя счастливым.

Здесь. В этом аду. Невероятно.

- Алекс, просыпайся, - он провел по ее щеке. - Что ты будешь делать ночью?

За всеми приготовлениями он забыл, у него совершенно вылетело из головы, что она в отличие от него голодна и исправить это самостоятельно ну никак не может. Он не беспокоился, что она сбежит: световые люки и на этой яхте слишком маленькие, а дверь Алекс не выбьет даже если очень этого захочет, у нее не та весовая категория.

- Спать, - бормочет она сонно, отмахиваясь от его руки, прячет холодный нос под одеяло.

Скоро во всех каютах станет тепло и отпадет необходимость прятаться под семь одеял.

- Может поедим? Ужин уже готов. Глазунья и лепешки.

Ужин, который как завтрак, но это неважно. Алекс тянется к нему и прячет нос в его боку, практически сразу отодвигается, ее глаза распахиваются и она несколько секунд смотрит перед собой, потом только трет глаза и поднимает взгляд на него.

- Мы на “Коджи”?

- Нет, на “Escape”.

- Который час?

- Половина шестого.

Алекс подскакивает с кровати спустя мгновение, до этого просто прислушиваясь к происходящему. Раф не меняет своего положения в пространстве, наблюдая за ней. Таких моментов, с ее пробуждением, в его копилке воспоминаний еще нет.

- Где они? Ты и в самом деле оставил их там?

Он не отвечает сразу же, только тогда когда она оборачивается, Раф кивает ей. Он знает, что она видит, и чувствует, и даже в курсе того о чем она думает.

Уже поздно. Слышны крики монстров. Алекс вздрагивает и даже отступает назад.

- Не верю.

Девушка выбегает из каюты, напоследок обозвав его скотиной.

- Кто бы мог подумать, что это милая Алекс, - выдает он, обращаясь неизвестно к кому. - Столько прозвищ и ругательств за столь короткое время!

Он поднимается с кровати и следует за ней. Алекс стоит у лейерсов, вцепившись в них, смотрит на темный берег, по которому мечется небольшая группа существ. Они как обычно кричат, но избегают заходить в воду.

- Их стало больше.

- Больше?

- Да, - он закуривает сигарету, глядя на темный берег с еще различимыми контурами яхт и мачт.