Экспансия 4`13 (СИ) - Богданов Сергей - Страница 12

— Прости меня грозный Фарук, я забылся. Такого больше не повторится. Прими этот скромный дар в знак моих извинений. — Сказал Аурх, уже совершенно не шутливым тоном, и протянул кошель. На тряпичном кошеле, маслянисто поблескивали в свете факелов несколько капель крови. Фарук взял кошель, не отводя глаз от Аурха, сунул его в потайной карман своего плаща, затем едва заметно кивнул и ушел. Аурх простоял так еще некоторое время, не в силах сдвинуться с места. Смотрел в сторону куда ушел Фарук и думал, что сегодня он заглянул в лицо Богине Смерти, и та его пощадил.

Снова холод. Ледяная пустыня. Снова никого вокруг. Энни стояла на льду и смотрела на свои ноги. На них были надеты красивые сапоги, высокие, до самых колен. Синий цвет и переплетающийся узор, создавали впечатление будто сапоги тоже сделаны изо льда. И не только сапоги, вся одежда была разукрашена ледяным узором. Странный звук раздался за спиной и Энни обернулась. В нескольких шагах от нее горел костер. И как только кто-то умудрился зажечь здесь костер? У костра, спиной к Энни, сидел человек. Он кутался в красный, выцветший халат. Порывы ветра, которые никак не влияли на костер, все время раздували полы халата, и человек нервно их поправлял.

— Эй. — Крикнула Энни, и человек у костра вздрогнул от испуга. Он обернулся, увидел Энни. Оказалось, что человек очень стар. Все его лицо изрыто морщинами. Проявив весьма завидную, для такого возраста, ловкость, человек вскочил на ноги и оббежал костер, так что он остался между ним и Энни.

— Не бойтесь, я просто хочу спросить. — Стараясь говорить как можно дружелюбнее, произнесла Энни. Человек заговорил. Певучим, сильным голосом, он произнес длинную речь, на непонятном языке. И тут в голове у Энни что-то произошло, она точно понимала, что не знает языка, но будто смысл сказанного передался ей прямиком в голову.

— Ты пришла за мной? Не может быть. Я не могу. — Человек продолжал говорить, но смысл был тот же.

- Что вы не можете? Кто вы? — Спросила Энни. Человек снова заговорил и смысл его слов вновь обрел форму в голове Энни.

— Я не могу. Нет. Почему ты пришла за мной? — Он говорил еще что то, потом его будто осенило, он упал на колени и смотря вниз запричитал. Слов было много, но смыл оказался короток.

— Я не смотрю, прости мою дерзость. — У Энни начинала болеть голова, а еще этот человек почему-то очень сильно ее раздражал.

— Да что тут происходит? — закричала она и голова заболела еще сильнее. Человек заговорил, но все вокруг темнело от боли, и сильный шум в ушах заглушал его голос. Последнее что мозг Энни успел передать сознанию была фраза.

— Я все понял. Я понял. –

Энни проснулась. Она чувствовала себя необычно хорошо. Сон был крепким, хоть под конец и снилось всякое. Она лежала еще какое-то время, наслаждаясь пробуждением. А затем память, словно бревно на берег, выплеснула события прошедшего дня. Но технология которой Ридл усыпил ее, действительно работала хорошо. Она уже не чувствовала обиды или злости. Стресс от пережитого крушения прошел бесследно. Лежала она на какой-то кушетке. Похоже из того самого композитного материала, который так рекламировали на Земле. Под действием излучение, которое, разумеется, было секретной разработкой, этот материал мог ужать в несколько раз. Некоторые образцы показывали значение двенадцатикратного уменьшения. Но в среднем, те, что пошли в серию ужимались в десять раз. Так кушетка метр на два ужималась до двадцати сантиметрового кубика. Насколько Энни могла вспомнить двенадцать таких были найдены в багажном отсеке вместе с четырьмя палатками.

— Очухалась, мисс истеричка? — Услышала Энни довольный голос Ридла.

— Куда тебя послать, так что бы ты долго не возвращался? — Ответила Энни но без явной злобы.

— Да мы и так уже черт знает где, и неизвестно когда вернемся. — Ридл присел на край кушетки.

— Это из за тебя? — Спросила Энни.

— То что мы здесь? То что мы рухнули на эту планету? — Ридл скептически улыбнулся. — А не слишком ли ты высокого мнения обо мне?

- Ты ведь киборг. Я видела как ты убил тех… людей. Кибернизация запрещена уже сколько, лет тридцать? –

— Да, Я киборг. И нет кибернизация не запрещена. Оружие которое установлено, возможно запрещено, хотя сейчас это значения не имеет. В общем, я могу перебить пару десятков аборигенов, но лишь потому, что они были голые и вооружены примитивными палками с острым концом. Будь эта группа зажравшихся полицейских с обычными бластерами, скорее всего меня бы поджарили еще на подходе. –

— Что ты хочешь этим сказать? –

— Хочу сказать, что вывести из строя корабль у меня не хватит не сил не мозгов. –

— Ну разумеется ты теперь прикинешься маленьким и глупеньким и вообще ты не причем.

— Слушай, можешь сидеть тут сколько угодно и жалеть себя, обвиняя всех вокруг. А я пойду поем, по ощущениям не ел уже пару тысяч лет. — Ридл встал и не оборачиваясь вышел. Живот Энни будто проснувшись ото сна, решительно заявил о своей солидарности с Ридлом. Нос начал предательски улавливать запахи, чего-то очень вкусного или как минимум очень съедобного. Энни хотела было остаться в палатке, чтобы доказать Ридлу что он не прав. Но все внутренние органы решили дружно саботировать эту попытку мягко намекая на то, что доказательство собственной правоты не есть самое важно в данный момент. В чем именно Ридл был не прав Энни ответить себе так и не смогла. Грустно выдохнув, расписывая в собственном бессилии перед голодом Энни вышла из палатки. Непривычно яркий свет трех солнц бил в глаза.

— Энни, садитесь милочка, вам крайне необходимо поесть. — С добродушной улыбкой сказал Динк.

Он взял ее под руку и очень осторожно повел к столу, за которым уже сидели Ридл и Виктория. Сделанный из того же материала что палатка и кушетки, стерильно белый стол смотрелся инородно на фоне зеленеющих джунглей. Энни прищурилась смотря на стол.

— Все хорошо? — Спросил Динк. — Как вы себя чувствуете?

— На удивление неплохо, только глаза режет, немного. — ответила Энни садясь на предложенный стул.

— Ничего. Это быстро пройдет. А пока. Вот. — Динк протянул ей небольшой прямоугольник серебристого цвета.

— Что это? –

— Это еда. Высококалорийный пищевой концентрат. Он же ВКПК он же просто ПК. Очень интересная вещ. Имеет в себе весь необходимый перечень витаминов, минералов, микроэлементов в общем всего что надо. Отлично утоляет голод на ближайшие сутки и даже немного перебивает жажду. Им можно питаться на протяжении года, абсолютно без вреда для здравья, многие переселенцы так и делают, первый год питаются только им. — Рассказывал Динк пока Энни разворачивала ПК.

— А потом? — Спросила Энни

— Что потом? — недоуменно переспросил Динк.

— После года, чем питаются переселенцы? –

— Обычно больше года они не живут — С крайне серьезным лицом вставил Ридл. — Просто через год привозят новых.

Динк раскрыл рот и кусочек концентрата выпал на стол.

— Что вы такое говорите? — Ужаснулся он.

— Шучу Я, док.

— Что с Сержем? Как он после ранения? Мы так просто сидим тут, будто на пикнике, а что, если местные придут снова? — Спросила Энни. Что бы немного вернуть Динку способность мыслить, которой он явно лишился.

— Мне удалось частично заставить иммунов работать. Прямо в крио капсуле нам ввели новых. Специальная разработка для переселенцев. После отключения от корабельного контура Экспансии, они должны были войти в сеть Гефеста 2. И когда мы приземлились здесь, иммуны не найдя сигнала вошли в спящий режим. Мне удалось сымитировать сигнал при помощи технологий, которыми оснащена спасательная капсула. В целом, кое как все работает. Три солнца дают достаточно энергии, но я решил не рисковать. Через шестьдесят часов иммуны будут полностью выведены из наших организмов.

— Как выведены? Мы же снова заболеем. — Удивилась Энни.

— Дело сложное, но, не невозможное. Вы долго спали Энни. Пятьдесят три часа, почти двое местных суток. За это время мы много сделали. Я взял анализ крови у нашего пленника, — Динк неуверенно взглянул на Ридла. — необходимые антитела будут выработаны и интегрированы в нашу иммунную систему. Все займет тридцать часов и еще столько же на тестирование. Все должно получиться, другого выхода пока нет.