Экспансия 4`13 (СИ) - Богданов Сергей - Страница 21

— Подайте пару монет бедному калеке. — Протянул он, прижимаясь все ближе. Правая рука отсутствовала почти по локоть. Он едва слышно добавил. — Какие новости командир?

— У нас есть работа. — Так же тихо ответил Анрак, с недовольным лицом потянувшись в карман.

— Какая оплата? — Спросил попрошайка.

— Хорошая. — Коротко ответил Анрак и украдкой показал кошель.

— Ого! — Восхитился попрошайка. — Когда начинаем?

— Сбор на рассвете, в оранжевой точке. Нужны трое добровольцев для пикника. — Анрак отсыпал несколько серебристых монет. Попрошайка недоверчиво потер одну из них о внутреннюю сторону своих одежд. Там была закреплена тонкая металлическая пластина. На пластине остались несколько заметных царапин. Монета нисколько не пострадала. Попрошайка едва заметно кивнул и убрал монеты.

— Принято командир. Что-то еще?

— Пикник с отставкой. — Нехотя ответил Анрак. У попрошайки слегка вскинулись вверх брови. Он снова коротко кивнул и валкой походкой удалился распевая, старую кабацкую песню о чарке на столе.

Всю ночь Анрак не мог как следует уснуть. То и дело просыпаясь, от каких-то странных снов, где ему все время приходилось бежать. За ним почему-то бежала кривозубая девица из кабака, то и дело норовя поцеловать. Анрак отмахивался от нее по примеру Фарука, но она все время оказывалась рядом. В конце концов он встал, до рассвета оставалась еще достаточно времени и Анрак решил размяться. Взяв меч, он провел несколько боев с тенью мысленно представляя себе сражение с тремя противниками. Как не странно он проиграл. Быть униженным собственным воображением оказалось совсем уж смешно. Идти до оранжевой точки было около часа, времени хватало и Анрак решил пройти мимо фонтана, чтобы умыться его холодной водой. Этот ритуал он использовал крайне редко, когда предчувствие беды было сильнейшим. Сейчас наоборот, дело казалось не сложным и это настораживало еще больше. Если бы все было просто, Фарук не стал бы нанимать его.

Предрассветный час был у Анрака самым любимым временем. Кристаллы освещения работали слабо, истратив заряд за ночь. Он шел по улице в полном снаряжении. Возле фонтана никого не было и Анрак подумал, что это хороший знак. Вода, тонкой струйкой лилась на статую, растекаясь по ее формам и стекая вниз. Статуя изображала женщину, покорно склонившую голову под потоком воды. Вся композиция олицетворяла таинство приобщения к вере. Анрак сложил ладони, набрал воды и вылил себе на голову. От прохладной воды разум прояснился и в голове наступила умиротворяющая пустота. Даже мысли, обычно в изобилии снующие туда-сюда, затихли и растворились. Анрак глубоко вздохнул. Кристаллы совсем погасли. Самый темный час и вправду был перед рассветом. Анрак зашагал в сторону от фонтана. Впереди были кварталы бедняков. Высокие стены, разделяющие кварталы и опоясывающие город остались позади. Дома, постепенно становились меньше, ниже и беднее. Здесь жили те, кто мог заработать хоть что-то. Работники мелких лавочников, портные и подмастерья кузнецов. Семьи шахтеров горных рудников. На самой окраине тянулись ряды землянок. Искатели удачи и лучшей жизни стягивались со всех окрестностей в поисках лучшей жизни. Кто-то её даже находил. Но что бы один жил в роскошном особняке на улице Квартала Знати, сотня бедняг должны гнуть спины в рудниках и ютиться в донельзя переполненных бараках. Кулаки Анрака сжались от бессильной злобы. Он ненавидел это место всей душой. Пусть землянка, в которой он вырос уже давно рухнула, на том месте даже кто вырыл новую. Пусть она находилась на другом краю города, все это неважно. Каждый раз бывая в подобном месте, Анрак едва сдерживался что бы не убить одного из этих червей. Он вспомнил детство. Бесконечный запах сырости, казалось, въелся в кожу. Постоянная грязь, хлюпающая под ногами после каждого дождя, никогда до конца не высыхавшая. Кашляющая мать, буквально выплевывающая легкие. И отец. О да, отец. Шахтер кристального рудника, всегда возвращавшийся домой поздней ночью. Даже если Анрак бы захотел, ни за что не смог бы вспомнить его трезвым, а Анрак и не хотел. Отец буквально светился приходя домой. Кристаллическая пыль обладала слабой способностью излучать свет, и прекрасно липла к одежде. Заходя домой, отец первым делом вытряхивал свою рабочую куртку, и вся землянка наполнялась едва заметным свечением. Других источников света никогда не бывало. Если у него было плохое настроение, то начинал бить мать, а потом добирался и до Анрака. Если настроение было хорошим, то мать он не трогал. Анраку же доставалось в любом случае. Сначала Анрак пытался защищать мать, тогда его били оба. Мать Анрака ненавидела сильнее, но она была слабой и сразу начинала задыхаться. Потом мальчик пытался прятаться от отца, но в землянке, в которой не было даже кровати, спрятаться было не где. И тогда он просто забивался в угол. Ели он засыпал до прихода отца, то он будил криками и долго пинал, пытаясь попасть в лицо. Потом Анрак пытался убегать. Первый раз он сбежал, когда ему было восемь. Отец конечно же его нашел и избил так, что он не мог встать несколько дней. Это было лучшее время, отец испугался что мальчик умрет и не трогал его все это время. Но мальчик не умер. Мальчик даже стал очень устойчивым к боли, научился не замечать ее, смирился. Боль была как неизбежная составляющая жизни, вроде дыхания. В двенадцать лет, он прибавил себе пару годков и поступил в армию. Его взяли сразу и без вопросов, большие и малые войны королевство вело постоянно. Армейский контракт был заключен на десять лет, после его можно было продлить. В армии его тоже били, но еще научили давать сдачи. Оказалось, что, не боясь боли можно добиться больших успехов в военном деле. Спустя десять лет Анрак вернулся в родной край. Мать к тому времени умерла, но отец был жив. Ублюдок даже не узнал его. «Что нужно господину от простого шахтера?». Когда руки Анрака, сомкнулись на его шее, глаза у отца расширились от ужаса. Он пытался сопротивляться, и Анрак даже чуть ослабил хватку что бы насладиться моментом. А потом он умер. Анрак не почувствовал ничего, никакого удовлетворения местью или горечи. Ничего. Только немного сожаления что мать была уже мертва и не видела этого. Очень интересно было бы посмотреть на нее. Он подрубил мечем центральный свод и когда вышел ударил по крыше. Та рухнула. Никто не будет разбираться почему очередной земляной черв умер в своей же земляной норе. На его место в шахту найдут с пол сотни таких же. Только хозяин кабака, может слегка расстроился от уменьшившейся выручки.

Воспоминания схлынули Анрак обнаружил что давно уже вышел из бедняцких районов. До оранжевой точки оставалось идти несколько сотен шагов. Точка была пуста. Так и должно быть, отряд не должен стоять на виду. Подойдя, он издал короткий свист. Мгновение и раздался ответ. Одиночный свист означал что все в порядке. Отовсюду стали появляться его люди. Двойной свист означал засаду, или что-то идущее не по плану. С Анраку подошел высокий человек, длинные волосы спускались на половину лица и почти полностью скрывали шрам от уха до подбородка.

— Все в сборе. Какие приказания? — Быстро проговорил он.

— Выходим сразу. Идем в лес, проходим через верхний мост. На первом привале я расскажу о нашей цели. — Ответил Анрак.

Человек со шрамом кивнул и быстро передал приказ людям. Тринадцать человек выдвинулись. От оранжевой точки до леса было совсем немного пути. Верхний мост показался быстро, и привал решено было утроить, отойдя от моста на пару сотен шагов. Когда мост остался далеко позади Анрак нашел место с хорошим обзором и велел остановиться на привал.

— Прошли то всего ничего, командир. — Весело спросил один из его людей.

— Еще набегаемся. — Котко ответил Анрак.

Люди заняли оборону, Анрак подозвал к себе троих доверенных людей, каждый командовал своей четверкой. У каждого в группе был один новобранец. Все трое молчали, ожидая, когда Анрак заговорит.

— Сегодня нам повезло. Нам нужно найти детишек аристократов, ходят где-то по лесу. Эти идиоты жрецы, отправили высокородных сопляков, гулять тут с голыми задницами. Видимо они заблудились. Найдем и приведем их к мамочкам. — Анрак замолчал.