Экспансия 4`13 (СИ) - Богданов Сергей - Страница 45

Герк решил не расстраивать старика, обозначая свою способность прочесть текст. Но тот, все же, что то заподозрил и как то очень пристально всматривался в Герка.

— Твое лицо кажется мне знакомым, послушник. — Медленно проговорил он. — Как давно ты в обители?

— Сегодня первый день. — Ответил Герк, поднимая уже собранные обратно в стопку книги.

— Я так и подумал. — Нервно бросил старик.

Герк мысленно пожал плечами. Что у этого странного человека на уме, понять было не возможно. Но он, видимо, сделал какие-то одному лишь ему известные выводы и более разговоров не заводил. После того, как они все же добрались до места, старик еще долго не отпускал Герка, что-то бормоча над книгами. Через время он всучил Герку несколько книг и наказал отнести их обратно и сдать библиотекарю. В итоге, нагруженного книгами Герка, старик бесцеремонно вытолкнул за дверь, захлопнув ее прямо тому перед носом.

Герк посмотрел на книги. Прямо сверху лежала та самая, которая открылась, упав на пол. Мысль пробила сознание, словно летящая стрела. Времени на то, чтобы несколько лет мыть полы в обители, ожидая пока умудренные старцы в жреческих рясах сочтут его достойными своих тайн, у него нет. И если он на ночь оставит книги себе и попытается прочесть хоть что-то из того, что там написано, то завтра можно будет попробовать сказать, что просто забыл их отнести. Все равно никто не допустит возможным способность Герка что-то прочесть. Внутри зажглось ощущение правильности принятого решения и он, улыбаясь, направился назад в зал с читающими.

Книги он просто положил на один из столов, казавшийся ему самым неприметным и занял свой привычный пост около стены. Вскоре вернулся наставник и повел его на прием пищи. Обеденный зал уже не отличался столь впечатляющей конструкцией, и Герк, особо не вглядываясь, быстро поел и ушел назад. Стоять в зале, изредка прерываясь на помощь всем, кто его окликнет, пришлось до самого вечера. И только когда света из окон, подкрепленного сиянием кристаллов, стало недостаточно, читающие нехотя начали расходиться. Самые упорные из них имели при себе личные кристаллы, в обыденной жизни особо ценные, светившиеся белым светом. Кристаллы эти были обрамлены в чашу из металла, направлявшую свет в одну сторону, дабы не слепить того, кто им пользуется.

Мимо, не сбавляя скорости, прошел наставник, сообщая, что на сегодня он свободен и может отправляться спать, и сообщил о запрете послушникам появляться в залах после захода солнца. Герк вытянул шею убеждаясь в том, что наставник скрылся за дверью и, прихватив со стола книги, постарался максимально спрятать их. В ученической рясе, не имевшей ни карманов, ни каких-либо пазух, сокрыть что-либо было невозможно. Но, к удивлению Герка, внимания никто на него совершенно не обратил. Постоянно оглядываясь и озираясь, он прошел по каменному полу, лавируя меж стоящими столами прямо с книгами в руках. Вышел в коридор без окон и быстрыми шагами дошел до своей комнаты. Войдя внутрь, он с сожалением осмотрел дверь. Никаких запорных механизмов внутри не имелось. И подпереть ее чем-либо не имелось возможности, открывалась она наружу. Герк обошёл комнату, внимательно осматривая. Под кроватью спрятать ничего не получится, нижняя часть выполнена сплошной тумбой до самого пола со всех сторон. Сама она стоит в углу. Герк попытался было ее сдвинуть, но то ли в силу ее веса, не то по какой еще причине, сделать этого ему не удалось. Выходит и за кровать что-то спрятать тоже не удастся. Если бы еще решетки на окнах, то комната эта, скорее напоминала бы тюремную камеру. Герк ухмыльнулся собственным мысля. Окон здесь и вовсе нет. Он решил особо не усердствовать в скрытности и просто оставить книги на столе. Если он не уснет за чтением, то накроет их рясой перед сном. Вошедший наставник посчитает его неряшливым, н не будет слишком вдаваться в размышления.

Герк снял рясу, надел свою одежду, и сел за стол, раскрыв на нем ту самую книгу. Ровный свет не дорогого желтого кристалла мягко освещал старинные страницы. Герк аккуратно пролистал несколько, некоторые и вправду были выполнены из чин. Как и говорил старый жрец, сохранились они гораздо лучше тех, что были только лишь из бумаги. Но сделать слой чин столь тонким, пожалуй, стоило не малых усилий, а значит, такая работа должна была высоко оплачиваться. Старик, безусловно, был мудр и весьма умен, но назначение таких станиц полностью все же не постиг. Уверенность в этом Герк ощутил сразу же. От попыток самому понять: для чего нужно было делать страницы из чин, почему-то начинала болеть голова и перед глазами появлялись непонятного вида вещи, более всего походившие на карты, со странными ровными дорогами. Герк тряхнул головой, и видение нехотя отступило. Он вновь открыл первую страницу. Символы, казавшиеся ему вначале обычной письменностью, сейчас были совершенно не знакомы. Он с удивлением понял, что не узнает ни одного из них и не может сказать, что они означают. Но при всем при этом, где-то внутри, он понимал смысл написанного целиком, не зная слов или символом по отдельности. В глазах начинало мутнеть и все вокруг плыло, когда, выхватывая из вереницы смысла отдельный символ, он пытался познать его значение. В конце концов в голове возник ответ, который Герк принял сразу же. Мозг его слишком низок и несовершенен, а знания о мире ничтожны и потому символы ему не распознать, ведь написаны они на языке древних богов. Дар языков, что был дан ему, был дан в спешке и не полон.

Герк с точностью мог сказать: это не его выдумка, но также было очевидно, что никакого чужого голоса у себя в голове он не слышит. Разбираться с этой загадкой ему придется слишком долго, понимание этого так же пришло, и он все же решил приступить к чтению основательно.

Россыпи символов в голове чудесным образом обрастали смыслом, и вчитываться в отдельные он не стал.

«Восхождение Рэнгон Джина началось, когда пустота вокруг него прояснилась» гласила первая строчка. Эту фразу знали многие, кто когда-либо интересовался религией. Рэнгон Джин верховный Бог, отец всех богов, что из металла бай создал Арса. Но в голове сейчас имя его менялось, и скрытый смысл его никак не мог дойти до Герка. Что-то было сокрыто от него в самом этом имени.

«Но Демурги, вечные спутники и соратники Тьмы, возжелали вернуть Рэнгон Джина обратно в пустоту» Вторая строчка так же была Герку знакома. Неужели это обычная старая религиозная книга, давно уже переведенная?

«Но Он не возжелал более возвращаться в небытие и создал себе в помощь сына и назвал его Разящий» Это Герк так же помнил. Но только имя сына Рэнгон Джина было Арс. Возможно, ранние тексты имели более образное описание, а жрецы перевели и упростили их.

«Демурги были хитры и коварны, они создали невидимые сети, которые невозможно порвать и пленили Разящего». Герк задумался. Этой строчки он не видел в других книгах. Для того, что бы быть допущенным к прохождению испытания, выучить «Песнь о восхождении Рэнгон Джина» было обязательно.

«Сети оказались слишком крепки, даже для самого Рэнгон Джина, и опутали они его, и был он пленен» После этой строки Герк уже не отвлекался на сторонние рассуждения.

«Он рвался и бился в путах, но выбраться не мог, но и Демурги не могли вернуть его в Тень. Много времени шла битва, и не было в ней победителя. Тогда Рэнгон Джин измыслил хитрость. Он притворился, будто силы покидают его, и взмолился к Демургам дабы те не отправляли его в Тень. Он обещал служить им взамен, и согласились они. Демурги потребовали отдать им его сына, могучего Разящего, и Рэнгон Джин отдал его. Демурги возрадовались и отправились праздновать победу, а Рэнгон Джин должен был прислуживать им. Тогда он отделил от себя часть и отправил ее в священные воды, где та часть размножилась. Пока Демурги праздновали, из частей тех незаметно росло войско. Когда Демурги уснули, устав от праздника, войско Рэнгон Джина устремилось в атаку. Демурги были сильны и, даже спящие, они успели проснуться и вступили в бой. Они поняли, что не смогут сразить воинов своего врага и предприняли самую страшную подлость. Они заперли Рэнгон Джина в темнице и спрятались высоко в небесах. Когда Войско пришло освободить Его, Демурги низвергли на них огонь с небес. Три дня и три ночи лился тот огонь. Когда спустились они с небес, то увидели, что земля вся выжжена огнем, но войско Рэнгон Джина все прибывает. Испугались тогда Демурги и ушли навсегда в небеса. Но Рэнгон Джин так и остался в своей темнице. Самые сильные воины пытались взломать двери, самые хитрые пробовали вскрыть замок, а самые ловкие старались влезть в окно. Но ничего не помогло. Рэнгон Джин ослабел в своей темнице, и воины его с каждым днем все хуже слышали его голос. Много прошло времени, и однажды голос Рэнгон Джина стал звучать совсем тихо. Теперь слышали его лишь некоторые, остальные стали и вовсе забывать о нем. И вот настало время, когда лишь немногие помнили о темнице и о том, кто томится внутри. Остальные разбрелись по свету, наладив жизнь и позабыв обо всем. Изредка к ним приходили их прежние собратья и говорили о темнице, в которой томится создатель. Обсмеянные и обруганные уходили они ни с чем. После Рэнгон Джина стали почитать как бога, создавшего все, а говорившие о его заточении стали признаваться еретиками.»