Этот мужчина (ЛП) - Малпас Джоди Эллен - Страница 77

Я сажусь рядом с ней, Том присоединяется к нам, Салли протягивает список платежей от клиентов, затем наливает чай и садится. Я просматриваю список счетов: все с пометкой «оплачено» или «не оплачено», веду пальцем по странице, пока не натыкаюсь на выделенный раздел «просрочено». В колонке один клиент, всего один.

Что?

Внутренне содрогаюсь. Все мои надежды уклониться от упоминания о «Поместье» и мистере Уорде только что потерпели сокрушительное фиаско. Этот идиот не уплатил первоначальный взнос за консультацию. Чем он только думал? Поднимаю взгляд и вижу Патрика, пробегающего глазами по тому же списку, что и я. Виктория и Том в унисон смотрят на меня с одинаковым выражением на лице. А-ля «бог ты мой». Я сползаю в кресле в ожидании ответа.

— Ава, тебе нужно связаться с мистером Уордом и поторопить его. На какой стадии проект? — спрашивает Патрик.

Ох… божечки. Я не заполняла никаких бланков заказчика — за исключением ведомости с первичными требованиями, — не посылала никаких предложений, не установила свою функцию в проекте, будь то дизайн или дизайн и управление. Я ничего не делала.

Точнее делала, но ничего такого, что могло бы быть связано с работой. Я даже не подала заявку на счет для так называемой второй встречи, заставившей меня сбежать без лифчика. Кстати... а где этот лифчик?

О, я потратила несколько воскресных часов на наброски дизайна, отсидев зад в пристройке, но вряд ли смогу выставить за это счет. Я не работаю по воскресеньям, и Патрику достаточно заглянуть в мой ежедневник, чтобы не увидеть никакой встречи с мистером Уордом. Единственное, что я вынесла из общения с мистером Уордом, — это то, что он не способен действовать профессионально.

Ох, черт возьми. Я откашливаюсь.

— Пока мы разговариваем, я консультирую и составляю разбивку по ценам.

С хмурым видом он неодобрительно смотрит на меня.

— Ваша первая встреча состоялась почти две недели назад. С тех пор была и вторая. Ава, почему так долго?

Меня бросает в холодный пот. Перечень структуры оплаты — это простая задача, согласно индивидуальным контрактам, и обычно выполняется до второй встречи. У меня нет абсолютно никаких оправданий. Чувствую взгляды Тома и Виктории.

— Он был в отъезде, — выпаливаю я. — Попросил меня воздержаться от любой переписки.

— Когда я разговаривал с ним в прошлый понедельник, ему не терпелось приступить к делу, — возражает Патрик, сверяясь с ежедневником. Черт бы его побрал за то, что он все записывает!

Я пожимаю плечами.

— Думаю, дела возникли в последний момент. Я позвоню ему.

— Позвони. И я не хочу, чтобы ты тратила на него время, пока он не раскошелится. А теперь расскажи, как обстоят дела с мистером ван дер Хаусом.

Облегченно выдохнув, с энтузиазмом рассказываю о «Здании жизни» и радуюсь, что тема с владельцем «Поместья» закрыта. Я его убью!

***

Я выхожу из кабинета Патрика. Том, проходя мимо, толкает меня в плечо и хихикает.

— Не надо! — предупреждаю я.

— Ава, могло быть и хуже, — замечает Виктория. Она права. Все могло обернуться катастрофой.

Я выхожу из офиса и иду по улице туда, где Джесси высадил меня сегодня утром. Приближаясь к Беркли-сквер, я до смерти пугаюсь какого-то придурка на мотоцикле, с визгом проносящегося мимо. Успокаиваю бешено колотящееся сердце и продолжаю путь, останавливаясь и прислоняясь к стене. Достаю из сумки телефон, чтобы проверить сообщения. Есть два от Кейт.

Мне нужна помощь. Можешь, пожалуйста, заскочить домой и развязать меня?

Таращусь на телефон, быстро просматривая детали сообщения и отмечая, что оно было отправлено в одиннадцать. Она все еще там? Открываю следующее.

Без паники! Сэм ведет себя как болван. Как бы мне хотелось увидеть твое лицо. ХХХ

Сэм — настоящий комедиант. Однако сомневаюсь, что в его шутке нет доли правды. Джесси вот ничуть не удивился, когда я ему об этом рассказала. Кейт твердит, что им весело. Хм. Не сомневаюсь.

Смотрю на часы. Пять минут второго. Ясно, он опаздывает. Я оскорблена. И как долго мне ждать? Думаю о том, насколько же отчаялась, раз стою здесь, но тут поднимаю глаза и встречаюсь с прекрасным лицом, которое так люблю. Он восседает на ревущем мотоцикле, который мне хочется разбить на миллион кусочков. Чувствую, как губы кривятся в ухмылке, когда я отталкиваюсь от стены и подхожу к нему. Джесси напоминает сверхсексуальную смертельную ловушку.

— Добрый день, леди.

Он сидит на мотоцикле, положив шлем между бедер. Никакой кожаной одежды, только джинсы и белая футболка. Не могу не думать, насколько это легкомысленно. Но выглядит Джесси восхитительно.

— Ты — ходячая угроза, — усмехаюсь я, останавливаясь перед ним.

Он вешает шлем на руль мотоцикла.

— Я тебя напугал?

— Да. Надо замерить у этой штуковины уровень шума, — жалуюсь я.

— Эта штуковина — «дукати-1098». Следи за языком. — Джесси обнимает меня за талию и тянет к себе на колени. — Поцелуй меня, — выдыхает он. Этот мужчина заявляет права на мои губы, устраивая на виду у всех эффектную демонстрацию обладания. Слышу смешки и хихиканье прохожих, но мне все равно. Обвиваю руками его шею и позволяю ему овладеть мной. Прошло всего несколько часов, но я соскучилась.

Внезапно мне приходит в голову, что мы находимся в сотне ярдов от офиса, и Патрик может выйти в любой момент. Если он увидит, как я развлекаюсь с мистером Уордом, то сразу же придет к очевидному выводу: я оказываю ему особое внимание в ущерб прибыльности компании. После совещания я уже скольжу по тонкому, как папиросная бумага, льду.

Я извиваюсь, чтобы освободиться, но Джесси только сильнее прижимает свои губы к моим. Чем крепче он меня держит, тем опаснее и отчаяннее становится моя попытка к бегству. Положив руки ему на грудь, я отталкиваю его, и он, в конце концов, отпускает мои губы, но не тело.

Джесси свирепо прищуривается.

— Что это ты вытворяешь?

Я отталкиваю его.

— Отпусти меня.

— Эй. Давай проясним одну вещь, леди. Ты не можешь диктовать, когда, где и как долго я буду тебя целовать, — заявляет он смертельно серьезным тоном.

Самоуверенный фанатик контроля!

Я прикладываю все силы, чтобы освободиться, но попытки тщетны. У меня перехватывает дыхание.

— Джесси, если Патрик нас застукает, то я окажусь в полном дерьме. Отпусти меня! — К моему величайшему изумлению, Джесси слушается, и я отступаю на тротуар, пытаясь привести себя в порядок. Подняв глаза, я встречаю самый хмурый взгляд в мире. Он пристально смотрит. И это выводит меня из себя. И как понимать его слова о поцелуях? Где бы то ни было и так долго, как ему заблагорассудится? Это выводит его одержимость контролем на совершенно новый уровень.

— Какого хрена ты несешь? — кричит он. — И следи за языком!

— Ты, — обвиняюще начинаю я, — не оплатил счет, и теперь я вынуждена вежливо тебе об этом напомнить. Пришлось соврать, что ты был в отъезде.

Можно ли считать поцелуй вежливым напоминанием?

Вероятно, Джесси так и думает.

— Считай, что напомнила. А теперь тащи сюда свою задницу.

О, если бы взгляды могли убивать.

— Нет! — с недоверием говорю я. Он действительно не любит, когда ему перечат. Я не рискну работой, только чтобы не расстраивать Мистера Надзирателя.

Джесси смотрит на меня с полным неверием, спешиваясь самым эффектным образом; джинсы плотно облегают его великолепные бедра. Переминаюсь с ноги на ногу. Я нахожусь под слишком сильным влиянием этого мужчины.

Он свирепо взирает на меня.

— Три.

Я разеваю рот. Он не станет. Только не посреди Беркли-сквер. Это будет выглядеть одновременно как похищение, изнасилование и убийство! Естественно, я знаю, что это не так, но для посторонних глаз не самое приятное зрелище, а мне ненавистна мысль о том, на что способен Джесси, если кто-то попытается оттащить его от меня.