Герои Вопреки. Часть I (СИ) - Заров Антон - Страница 12

Выбравшись на тракт, он вызнал у первых же встреченных путников название ближайшего крупного города.

Сперва его положение казалось просто идеальным. Выбросило то прямо возле мирного захолустного Триптана. В дне пути, от которого, торчал возле баронского замка ближайший древний портал.

По соглашению с владетелем, его привели в рабочее состояние игроки. Они же поддерживали свою инфраструктуру вокруг и дорогу, построенную ими от ближайшего тракта.

Едва оказавшись рядом со здоровенным каменными глыбами, образующими подобие огромного дверного проема, размером с городские ворота, Еремей быстро нашел пару игроков, что следили за работой портала.

Быстро показав личный журнал и пустые запястья без полагающегося новичку браслета, он убедил их открыть для него портал до ближайшего астрального острова.

В два счета Еремей оказался в довольно крупном кармане реальности для игроков. Целая обширная долина с озером и ручейками, стекающими с крутых холмов.

Небо озарялось ярким магическим огнем, обеспечивающим вполне сносное освещение. Довольно благоустроенный городок в центре и полноценная арка портала, из которого непрерывно входили и выходили игроки. Место называлось Астафие и было вполне мирным и спокойным.

Предназначенное не только для новоприбывших, оно служило заодно и тамбуром для игроков с поверхности.

Здесь можно было безопасно и спокойно оставить любые вещи на хранение. Переместиться к другому порталу в другом кармане реальности, или даже на земле, если в твоем браслете есть его координаты.

Достаточно просто договориться об этом с дежурным распорядителем порталов.

Поэтому главной целью посещения было все же получение причитающегося каждому колонисту портального браслета. Что связывал его с любым посещенным местом на астральных дорогах.

Иначе после смерти тело вновь и вновь возвращалось бы к духу носителя. Туда, где игрок с ним впервые воссоединился при таком способе входа в мир, какой использовал Еремей.

Умирали игроки частенько, в силу живости отношения к игровому миру, что приводило к впустую потраченному времени.

Много горя хлебнули первые игроки, бросаемые сразу в незнакомые и недружелюбные объятия чуждой реальности.

Настолько реальной, что далеко не каждый захочет вернуться в нее на роль безродного пришельца, непонятного и опасного для местных жителей. Без возможности сбежать или спрятаться от угроз в уютном и контролируемом уголке.

Отстояв короткую очередь, Еремей получил все причитающееся новичку и первым же делом направился в сторону учителей для желающих освоить воровские навыки.

Собственно, большего ему и не требовалось для исполнения плана. Носитель ощущался вполне подкованным во всяких магических делах. Настолько, что даже думать об этом было пока жутковато. Такими потусторонними и непонятными понятиями веяло из его памяти.

Осваивать новые для носителя навыки воровства да скрытного проникновения на объекты, пришлось вполне натурально ползая в тенях и разбирая примитивные замки с помощью ржавых инструментов.

А опытный инструктор, за неполные шесть часов, позволил скрестить практику и теорию во вполне ощутимые навыки. Чтобы каждый в их группе из десятка прохиндеев и одного бледного умника мог вполне уверенно, по мнению наставника, забраться в торговую лавку и спереть учетную книгу, не потревожив стражников.

Роль которых выполняли забавно квохчущие куры. Забавно, если они поднимали тревогу другому адепту взлома. Если они кудахтали на тебя, то ты с гарантией ловил спиной палку наставника. И после уже мог сколько угодно сомневаться в его словах о том, что это дает прибавку к скорости получения опыта.

Будучи уверенным в своих планах, твердой походкой, Еремей проигнорировал боевые курсы для начинающих, сразу вернувшись порталом обратно в Триптан.

Вызнал расположение книжной лавки. И совершил дерзкий ночной набег. Завершившийся триумфальным обретением широкой и увесистой тетради в порыжелом, кожаном переплете.

Первый трактат, на основании которого предстояло осваивать тайные науки или науки о тайном, «мистика прогенитор», как подсказало ему псевдо-знание.

До того момента, когда ему станут подвластны первые страницы из зарытого в тайнике бесценного хранилища тайн, предстояло самостоятельно осваивать мастерство.

По крайней мере, чтобы просто суметь укрыть астральный след опасной вещицы. А путь теперь будет лежать на север, к границе вольных городов. Через баронские земли поля и холмы. И по самому краю дремучих восточных лесов. Что стояли на страже фронтира и излома, который зрачком кошачьего глаза протянулся с севера на юг, через весь континент.

На обретении первого трактата триумфы Еремея закончились и пришла затяжная череда поражений. Невзгоды швыряли и кувыркали так, будто его с лестницы спустили за то самое воровство, запретной между прочим литературы, и он задом пересчитал все ступеньки до самого подвального дна.

Сперва выперли из города, как голодранца. Едва стража обнаружила его бредущим по улице утром. Затем он еле сбежал от волков, переждав ночь на дереве.

Селяне отказались пустить его за околицу, а детишки едва завидев принимались плакать. Целую неделю он, после основной работы, погружался в игру и добивался хоть какого-то прогресса по своей новой профессии.

Выходя из игры, Еремей был вынужден оставлять бесчувственного аватара в древесных кронах, от мелких хищников и бандитов. В свободное время осваивал трактат и внимательно переписывал для себя важное в личный журнал.

Наворованные, еще во время обучения воровству, вяленные куриные ножки позволяли пока не тратить время на поиски пропитания. Но так не могло долго продолжаться.

Без средств к существованию придется возвращаться назад в долину и искать черную работу, что означало огромную потерю времени.

Начинающему мистику казалось, что иначе как изгоняя нечисть и снимая привороты-отвороты для благодарных селян, он научиться ничему не сможет.

Очень уж мало у него было опыта самостоятельной игры в этом проекте. Служа в гильдии, делаешь что скажут и не думаешь лишний раз «почему».

Но, вот он, момент истины. Первое дело и первый успех. И первое лобовое столкновение как мистика с реалиями данного мира. Никто не видел в нем заклинателя банок с водой, гипнотизера и повелителя тайн мироздания.

А видели странного и вредного «колдунишку», от которых один вред. С другой стороны, и бед то никаких в округе по его профилю не случалось совершенно. Далеко от фронтира, беды все исключительно от людей.

***

Еремей мысленно прокрутил в голове весь свой путь от зажатого в боевой перчатке черного переплета, до пыльной дороги на зубах. И полностью успокоился да пришел в себя. Выходило, что он сам загнал себя в тупик. Который вовсе не тупик, раз из него есть аж два выхода.

Забыть про бесценную «книжулю», обнулиться еще раз и больше не страдать ерундой, попытавшись выслужиться в каком-нибудь другом клане, сев на нормальный оклад и долю в трофеях.

Или сжать в кулачки пальцы на ногах и продолжить идти к успеху на руках, раз уж перевернул всё с ног на голову. Поставив неопределенный успех впереди игрового пути к нему.

Медленно поднимаясь на ноги, он осмотрел то, обо что споткнулся. Если бы не облепившая губы пыль, он бы криво ухмыльнулся. Грязным комом оказался драный плащ, выкинутый видимо каким-то обозником прямо на ходу.

По причине ветхости, он мог разве что наготу прикрывать. И именно этого парню сейчас и не хватало.

Посчитав это хорошим знаком, Еремей завернулся в грязную тряпку. И побрел вперед уже значительно бодрее. Кто-то не сильно требовательный, мог бы даже предположить по его походке уверенность в завтрашнем дне, но это не точно.

***

«Радует хоть, что дороги тут отсыпают речной галькой. Мелкой и обкатанной. Не то чтобы приятно, но лучше, чем щебень или по кустам да буреломам прыгать, — размышлял Еремей, флегматично топая на восток по тракту. Все дальше от баронских селений, появляться в которых теперь было однозначно опасно.»