Цветочек для двух альф (СИ) - Ребехар Реста - Страница 9

— Знаете, доктор, — заявил он. — Я нестабилен. Моё психическое состояние не позволяет начать консультацию, пока мне не компенсируют то, что я недополучил.

И он положил обе руки на мою грудь. Я шумно выдохнула.

Первым порывом было крикнуть, что я не позволяла распускать руки. Но всё-таки действительно сама виновата. В этом подобии терапии, которое я устроила, важно было не выделять ни одного из оборотней. Теперь Вячеславу казалось, что я выделяю Мирослава. В следующий раз нужно быть предусмотрительнее. Дразнишь одного — дразни и другого.

Так что я выгнулась, подставляя грудь его горячим ладоням. Они слегка сжались. У меня чуть не вырвался стон, я закусила губу. Оборотень смотрел прямо в моё лицо. Его большие пальцы начали поглаживать соски сквозь ткань футболки и бюстгальтера. Я позволила ему проделать это… чуть больше тех нескольких секунд, на которые рассчитывала. Просто не смогла раньше вырваться из его хватки.

Потом отстранилась, выскользнула из кресла и встала.

— Вы получили компенсацию, Вячеслав, — строго заявила. — Теперь, пожалуйста, сядьте в кресло и настройтесь на рабочий лад.

Он притих, получив желаемое, и безропотно опустился в кресло.

— Я очень хорошо настроен на рабочий лад, — не мог не заявить о себе. — А что я получу после этого?

— Зависит от того, как вы будете стараться, — произнесла я и без паузы потребовала: — Закройте глаза. Расслабьтесь. Позвольте своим мыслям спокойно течь. Что вы видите перед собой?

— Течь, говоришь, — пробормотал он. — Да… Я вижу перед собой чудесную картину. Я вижу своего голого психотерапевта. Она подходит ко мне. Её аппетитные сиськи покачиваются на уровне моего лица. А потом она раздвигает ножки… Садится ко мне на колени… Я кладу руки ей на задницу и хорошенько сжимаю, чтобы скулила от похоти… Потом глажу её мокрую киску и проникаю пальцами внутрь. Выглаживаю её изнутри. А потом она садится на мой член и начинает скакать…

Черт побери! То, что он говорил, было ужасно, абсолютно грязно и невообразимо для работы с психотерапевтом. Ни один нормальный врач не потерпел бы домогательства. Но мне уже стоило смириться с тем, что я ненормальный врач. Потому что я отреагировала на его слова и между ног действительно стало горячо и чуть влажно. Сердце сильно забилось, дыхание участилось. Я тоже представила всё то, о чём он рассказывал… Хотя я была девственницей, на мгновение мне даже представилось, каково это, когда твёрдый и горячий член входит внутрь, когда мужчина прижимает тебя к своему сильному телу, его руки стискивают тебя и жёстко ласкают, как будто ты его собственность, не давая в этом усомниться…

Постаралась бесшумно перевести дух, пользуясь тем, что оборотень не видит, как кровь прилила к моему лицу и как я теперь дышу ртом.

Глава 1.11

— Что ж. Понятно, — постаралась произнести как можно спокойнее. — Выход эмоций через сексуальную сферу. Таким образом вы сублимируете свои переживания. Нет, не открывайте глаза! — поспешила предупредить, видя, что Вячеслав хочет посмотреть на меня. — Оставайтесь расслабленным. Постарайтесь не думать о сексе, это заставляет вас напрягаться. Что вы видите перед собой, когда расслаблены полностью? Не думайте о женщинах. Что еще приходит вам на ум?

Но реакция клиента оказалась совершенно неожиданной. Он распахнул глаза, вскочил и одним прыжком оказался вплотную ко мне. В следующий момент его руки легли на мою талию, прижимая к твердому телу именно так, как я представляла себе минуту назад.

Дернулась, стараясь отшатнуться и вырваться, но ничего не получалось. Оборотень схватил добычу и был не готов ее отпустить.

— Легко тебе говорить «расслабьтесь полностью, не думайте о сексе»! — бросил он. — Я не могу думать ни о чём другом, когда ты инструктируешь меня этим своим сексуальным голосом! Я хочу, чтобы ты кричала им моё имя! Чтобы говорила мне на ушко, как сильно хочешь, чтобы я тебя трахнул! Мне не нужна вся эта херня, которую ты заставляешь меня делать! Хотя в общем-то мне плевать, что именно ты говоришь. От твоего голоса у меня стоит, что бы ты ни болтала.

Он притянул меня к себе еще плотнее, опустил голову, впиваясь поцелуем в шею. Я ощутила как в пах упирается его твердое возбуждение, и пискнула. Работа пошла не по плану! Совсем не по плану!

Его горячие обжигающие поцелуи, которые продвигались по шее всё выше, не давали возможности подумать. Сердце продолжало колотиться, а внизу живота набухал горячий ком. Мне захотелось раздвинуть ноги и потереться промежностью о твердую, как сталь, выпуклость, что в нее упиралась…

Нет! Это совершенно непозволительно. Терапия пошла не по плану, значит, нужно как-то исправлять ситуацию!

— Отпустите меня немедленно! — зло потребовала я, с силой оттолкнула его и вырвалась из объятий. Оборотень, как ни странно, подчинился. Я отбежала в сторону, прячась за стол так, чтобы он отгораживал меня от разгоряченного мужчины.

— Что я вам говорила? — заявила строго. — Вознаграждение вы получите, только если будете хорошо работать над собой. Вы плохо держите себя в руках и не готовы работать, поэтому не прикасайтесь ко мне!

На миг в глазах оборотня загорелась неподдельная ярость. Он даже оскалил зубы и сжал кулаки. Я испугалась, что сейчас он прыгнет на меня и всё-таки повалит на пол, не давая сопротивляться. Но он сумел взять себя в руки и шагнул назад.

— Я понял тебя, доктор Лина. Ты решила быть крепким орешком и серьезно настроена. Что ж, посмотрим…

И он вылетел из кабинета, хлопнув дверью. Я тут же подскочила к ней и заперлась на ключ. Нужно было привести мысли в порядок и подумать.

Нет, так не пойдёт. Такая терапия обречена на провал. Но что же делать, если клиент настолько глубоко загнал своё горе и подавил его? Оно разъедает его изнутри, заставляет грубо вести себя, не дает строить нормальные отношения…

Подумав, решила больше ничего сегодня не предпринимать, дать оборотням успокоиться и обсудить это, раз уж они обсуждают всё происходящее друг с другом. А с завтрашнего дня начать с ними групповую терапию. Вот только лучше не говорить при них слова «групповая», на него они тоже реагирует неадекватно… Ох, ну и работенку же подбросила судьба!

Так, Лина, думай о деньгах и о том, что папа сейчас получает всё необходимое лечение. Итак, групповая терапия… С чего начать?

Из того, как вели себя клиенты, я поняла, что им совершенно необходимо повторное переживание утраты. Значит в следующий раз я соберу их вместе и буду бомбардировать именно теми острыми вопросами, которых сегодня старалась избегать. Им придется рассказать мне всё о своей Лидии. О том, как они познакомились, как развивался роман, что изменилось в жизни с её появлением, каким человеком она была, и так далее, и тому подобное. Всё, вплоть до того момента, как они узнали о её смерти. Им будет, конечно, тяжело и больно, Но это необходимо, чтобы они смогли вернуться к нормальной жизни.

На следующий день я встала пораньше и спустилась к завтраку. Не ожидала встретить там ни одного из оборотней. Насколько я поняла из рассказа Оксаны Никитичны, они не были ранними пташками и предпочитали алкоголь здоровой пище, которой она их потчевала. Но сегодня оба мужчины сидели за столом, как примерные мальчики, а довольная кухарка подкладывала им на тарелки ароматные стейки с кровью.

Заметив меня, оборотни заулыбались и украдкой переглянулись. Я с трудом сдержала усмешку. Это было так по-мальчишески! Но они еще не знали, что их сегодня ждёт, и я не стала рассказывать заранее. Поэтому поздоровалась, получила свою порцию овощного рагу, на которое оборотни посмотрели с невыразимым презрением, и принялась за еду. Затем последовал горячий кофе и апельсиновый сок.

Я знала, что в ходе сегодняшней терапии оборотни просто не смогут больше меня домогаться. Впереди ждал спокойный день, и я немного расслабилась.

Глава 1.12

Ближе к вечеру, я уговорила Никитичну устроить небольшую уборку в одной из комнат, где пока что никто не жил. Перемещалась по дому я без труда, так что давно присмотрела небольшое помещение как отличный аэродром для психологических практик. Совместными усилиями из комнаты мы вынесли диван, кресла и всю остальную мебель, оставляя только небольшой круглый столик, четыре стула и пару шкафов. Убрали даже ковры, оголяя паркет. Всё это — для того, чтобы у братьев не было и шанса меня уложить. Ну, и где теперь будет происходить процесс? Стулья маленькие — на них можно только опереться, столик для воды и прочих мелочей. В общем, помещение пригодное исключительно для психологических переговоров.