Парамедик (ЛП) - Грей Рамона - Страница 3

— Не плачь, милая, — сказал я. — Все в порядке. А где твоя мама?

— Мама лаботает, — сказала она.

— Она здесь работает? — спросил я, когда нес ее обратно по аллее.

Она пожала плечами и уткнулась холодным лицом мне в шею. Я погладил ее по спине через куртку. Мне нужно отнести ее в грузовик и отогреть.

— Не засыпай, малышка.

— Я не малышка! — Она подняла голову и бросила на меня возмущенный взгляд. — Я уже большая девочка.

Я улыбнулся ей. Она была далеко не большой, на самом деле, она могла бы быть самым крошечным чертовым ребенком, которого я когда-либо видел.

— Ладно, милая. Не засыпай ради меня, ладно?

— Холошо, — ответила она.

Я вытер слезы с ее щек, прежде чем они успели замерзнуть на коже. Насколько мог судить, ее нахальное поведение и дрожь были хорошим знаком. Если бы переохладилась, она стала бы сонной и совсем не дрожала.

— Как тебя зовут, милая? — повторил я. — Не могла бы ты сказать мне свое имя?..

— Мэтт? Нашел там... святое дерьмо.

— Мия! — Воскликнула маленькая девочка у меня на руках.

Я моргнул, уставившись на Мию, когда она присоединилась к нам.

— Ты ее знаешь?

— О боже, — проговорила Мия. — Фиби? Малышка, что ты здесь делаешь?

— Я не малышка! — возмутилась Фиби.

— Знаю, — сказала Мия. Она протянула руки, и Фиби покачала головой.

— Нет, я останусь с Мэттом. — Она поцеловала меня в щеку и положила голову мне на плечо. — Холодно, Мэтт.

— Так и есть. Мы тебя согреем. Мия, откуда ты ее знаешь?

Мия уставилась на меня широко раскрытыми глазами.

— Она дочь Натальи Диксон.

Глава 2

Наталья

— Это было вкусно. Спасибо тебе, дорогуша.

Я улыбнулась Марте.

— Рада, что вам понравилось. Не говорите об этом повару Стэнли, но ваш пирог гораздо вкуснее.

— О, я знаю, — проговорила Марта со смехом. — Он никогда в этом не признается, но уже много лет пытается заполучить мой рецепт яблочного пирога.

Я улыбнулась, прежде чем взять ее карточку и пропустить через терминал. Она оставила мне приличные чаевые за чашку кофе и кусок пирога, и я благодарно улыбнулась бабушке Мии.

— Спасибо, Марта.

— Ты придешь в наш клуб по вязанию в эти выходные?

Пару месяцев назад Мия организовала клуб вязания. Она уговорила свою бабушку стать нашей учительницей, и теперь почти каждую неделю мы собирались в доме Марты, чтобы — как любила говорить лучшая подруга Мии Изабель – повязать и поболтать.

— Думаю, что да. Если вы не возражаете, я возьму с собой Фиби.

— Конечно, нет. Я люблю, когда в доме снова появляется малыш. Напоминает мне о том времени, когда Мия и Вайят были детьми. Я действительно люблю малышей. — В улыбке Марты промелькнула ностальгия. — О, ты слышала, что Мэгги открыла собственную юридическую фирму?

Я кивнула.

— Да, на днях мы пили кофе в ее новом офисе.

Новым офисом Мэгги стала свободная комната в доме Вайята, но я была до смешного взволнована за свою подругу. Пытаясь спастись от сумасшедшей преследовательницы, Мэгги переехала в наш маленький городок около двух месяцев назад. Мы подружились, когда она начала работать в закусочной, скрывая свое прошлое и тот факт, что она адвокат.

После того, как внук Марты, заместитель местного шерифа Вайят Рейнольдс, помог посадить преследовательницу Мэгги в тюрьму, они начали официально встречаться, и она переехала к нему. Я не удивилась, когда месяц спустя она уволилась из закусочной и открыла собственную юридическую фирму.

— Я так горжусь Мэгги, — проговорила Марта. — Она сказала мне, что у нее уже есть два клиента. Знала, что это не займет много времени. Борис совершенно бесполезен и был таким все последние десять лет.

Под Борисом она подразумевала Бориса Галтуэйта. В свои семьдесят пять он был единственным адвокатом в нашем маленьком городке за последние двадцать пять лет. Полгода назад я, наконец—то, наскребла достаточно денег, чтобы записаться к нему на прием.

Я еле сводила концы с концами и отчаянно нуждалась в помощи от отца Фиби, хотела, чтобы он снова начал платить алименты. Я сильно расстроилась, когда, узнав, что Эван переехал из штата, Борис сообщил мне, что взыскание алиментов — это проигрышная битва и не стоит даже начинать.

Но потом Мэгги переехала в город, и теперь я стала одним из двух ее клиентов, и она преследовала отца-бездельника моего ребенка, чтобы получить алименты со всей праведной яростью ангела-мстителя.

— Нат! — Ронда, хозяйка закусочной, стояла за стойкой. — Твоя смена закончилась, милая. Отмечай время ухода и иди домой.

Я улыбнулась и кивнула. Ронда — хороший начальник, но она не из тех, кто платит сверхурочные, даже за пару минут.

— Увидимся в воскресенье, — сказал я Марте, прежде чем направиться к задней двери. Наша комната для персонала на самом деле не была комнатой вообще, просто узкий коридор с маленькими шкафчиками, привинченными к стене рядом с полкой, на которой хранились наши карточки для записи времени работы. Я отметила время, затем открыла свой шкафчик и переложила чаевые из кармана фартука в бумажник, прежде чем повесить фартук в шкафчик. У меня висело маленькое магнитное зеркало на внутренней стороне моего шкафчика, и я поморщилась, когда увидела свое отражение.

Я плохо спала прошлой ночью, и мое лицо было бледным с темными кругами под глазами. Опаздывая сегодня утром, я даже не успела нанести свой обычный легкий слой макияжа. Не то чтобы это имело значение, нет никого, для кого я старалась бы выглядеть хорошо.

«Как насчет Мэтта».

Я усмехнулась вслух. Мэтт Эндрюс — бабник и последний парень, на которого я обратила бы внимание.

«Лгунья. Ты думаешь, что он горячий. Признай это, девочка».

Ладно, может быть, я действительно думала, что он сексуальный, и, возможно, провела больше ночей, чем хотела признать, мастурбируя и фантазируя о худом обнаженном теле Мэтта в своей постели, но это не более чем фантазия.

Если и когда я решу, что пришло время найти парня, то это будет кто-то милый, искренний и надежный. Кто-то, кто любит детей и может стать отцом для Фиби.

Мэтт Эндрюс не подходил под это определение.

«Ты не знаешь этого наверняка».

Черт возьми, не знаю. Но я в курсе репутации Мэтта, как и все остальные дамы в нашем маленьком городке. Признаюсь, я пребывала в шоке, когда он впервые вошел в закусочную и я поняла, кто он такой. В последний раз, когда его видела, он был худым, его темные волосы были подстрижены короче, чем сейчас, и он был... ну… ботаник, который проводил больше времени, уставившись на шахматную доску, чем на женщин.

Сейчас? Теперь он настоящий красавчик, его худое тело наполнено невероятным количеством мышц, а эти темные волосы постоянно нуждались в стрижке, и игривая улыбка на губах оставалась неизменной.

Он стал парамедиком, и, возможно, есть что-то изначально привлекательное в мужчине, который мог буквально спасти твою жизнь, если понадобится, но я не могла избавиться от своего влечения к нему.

Глупо, бессмысленно и чертовски неприятно. Мэтт не из тех, кто остепеняется, а постоянство — именно то, что я искала в мужчинах. Если я вообще думала обо отношениях.

«Девочка, нет ничего плохого в том, чтобы немного повеселиться. Ты заведена сильнее, чем пружина часов. Тебе нужно выпустить немного пара, и Мэтт Эндрюс — именно тот парень, который поможет тебе это сделать».

Натянула куртку и захлопнула шкафчик. Я не хотела быть еще одной зарубкой на столбике кровати Мэтта.

«Уверена?»

Нет. Но я не могу так. Моя главная забота — это Фиби, чтобы ей было тепло, имелась крыша над головой и еда в животе. Пребывание в постели Мэтта Эндрюса могло дать мне кратковременную передышку от моих проблем, но, в конце концов, это не помогло бы мне заработать достаточно денег, чтобы сохранить отопление в моей квартире.

Я поковыляла через закусочную. Марта все еще сидела за своим столом, набирая сообщение на сотовом телефоне, и я коротко помахала ей рукой, направляясь к входной двери. Я забирала Фиби из детского сада, покупала что-нибудь дешевое в супермаркете на ужин и шла домой. Если мне действительно повезет, они еще не отключили отопление, хотя я снова просрочила ежемесячные платежи. У меня были деньги, чтобы заплатить в пятницу, но...