Шёлковая тишина (ЛП) - о' - Страница 2

— Я уже начал думать, что вы меня решили продинамить, — говорит он вместо приветствия своим низким голосом, резонирующим с чем-то у меня внутри.

— Только начали думать? — удивляюсь я. — Я опоздала на сорок минут, вы должны были уже давно решить, что я не приеду.

— Я весьма терпелив, — он щурит глаза, с насмешкой разглядывает меня сверху вниз и добавляет. — Вы не отвечали на мои звонки.

— Ой, наверное забыла телефон дома, — фальшиво восклицаю я. — Я такая забывчивая.

Он хмыкает и разворачивается, чтобы идти рядом со мной. Мы выходим на набережную и спускаемся вниз на песок. Он шагает широкими шагами, задевая меня то локтем, то кистью руки, заставляя меня каждый раз немного дергаться в сторону.

Когда до моря осталась пара метров, и мы идём вдоль волн, я наконец спрашиваю:

— Как вы меня узнали?

— Ну уж точно не благодаря гуглу, — качает головой он. — Алая Альфа Ромео очень заметная. Так мне сказала Тамара.

— Я точно сменю агента, — недовольно бурчу я, вызывая его смех.

Во мне клубиться раздражение Томой, грусть от собственного проигрыша и недовольство его выигрышем. 1:0 в пользу Макса.

Я заставляю себя дышать глубже и спокойнее, направляю взгляд на размеренный отдых людей на пляже. Солнце печёт, но мне это нравится. Так редко выдаётся возможность неспеша погулять. Я буду просто наслаждаться этим днём, а Макс… ему я помогать не буду.

— Лилия, — он поворачивает голову ко мне. — Лиля, можно на «ты»?

Я безразлично пожимаю плечами. Мне и впрямь все равно.

— Послушай, Лиля, я понимаю, что ты сейчас воспринимаешь меня в штыки. Но я хочу, чтобы между нами возникли дружеские и доверительные отношения, — я кошусь на него скептически, ведь доверие не возникает лишь по чьему-то желанию. — И поэтому я сейчас расскажу тебе немного о себе, ладно? Ты ведь не читала ничего обо мне в интернете?

Я отрицательно качаю головой, и он продолжает:

— Так я и думал, — он вздыхает. — В общем, я уже около пяти лет пишу любовные романы. Наверное, тебя это удивляет? Но я выбрал этот жанр по простой причине — женщинам нравится читать мысли мужчины о любви. Романы от мужчины разлетаются как пирожки. И я бы ничего не менял, но у меня вышел серьезный конфликт с издателем, и мне пришлось сменить издательство. Ушёл из крупного в более мелкое с небольшим рынком сбыта. Я диктовал условия и потребовал соавторство, чтобы получить больше читателей, чем раньше.

— И чтобы не пришлось самому придумывать сюжет, — прерываю я его речь, наверняка, придуманную заранее.

Макс замолкает и, кажется, немного раздраженно молчит, особенно сильно впечатывая ботинки в песок.

— Это не так, Лиля. В моей голове масса сюжетов, я могу подарить тебе хоть десять прямо здесь и сейчас, чтобы доказать тебе это.

Он смотрит на меня с вызовом, и я складываю руки на груди.

— Так всё это — только ради увеличения количества читателей? — уточняю я так, словно не замечаю его провокации.

— Да, и тебя это тоже коснётся. Тебе это так же выгодно, как и мне.

Я недоверчиво качаю головой. Тамара говорила то же самое, но почему-то мне кажется, что за словами Макса скрывается что-то ещё.

— Из-за чего вышел конфликт с предыдущим издательством? — я чувствую себя следователем, но и не спросить это не могу.

Макс молчит пару секунд, особенно внимательно изучая горизонт. А я получаю возможность изучить его профиль. Четкие линии лица, чуть сжатые губы, серые глаза кажутся мне сейчас маской. Его тело напряжено, и я понимаю, что эта часть разговора ему неприятна.

— Издатель отказался публиковать мою новую книгу, узнав, что предыдущую я украл у другого автора.

Я в шоке останавливаюсь на месте и даже не утруждаю себя закрыть рот. Макс останавливается шагом позже и оборачивается ко мне с кривой усмешкой на лице. Мимо нас пробегают с визгом дети и плюхаются в воду, окатывая нас обоих брызгами. Макс морщится, а я по-прежнему изумленно смотрю на него.

— И после этого ты хочешь, чтобы я согласилась на соавторство? — слова наконец вырываются из моего рта.

Макс смеряет меня осуждающим взглядом, хватает за локоть и оттаскивает подальше от воды.

— Я ничего не крал, ясно? — зло говорит Макс, глядя мне прямо в глаза. — Меня подставили перед издателем. Он не верил моим доказательствам, моим файлам по той книге. Он поверил голословному утверждению! Как и ты сейчас.

Последнее он выплевывает с особой злостью. Меня задевает это, ведь мы не старые знакомые, чтобы я могла судить о его поступках не по его словам. Я с силой выдёргиваю свой локоть из его захвата и приподнимаюсь на носочки, чтобы стать чуть выше.

— Я поверила твоему голословному утверждению! Иными словами — я поверила тебе, — злобно шиплю я ему в лицо. — Если ты думал, что я обладаю телепатией или эмпатией и вмиг разгадаю твоё враньё, то ты ошибся. Зато теперь я отлично знаю, что ты можешь соврать, не моргнув глазом. Соавтор? Да к черту такого соавтора!

Я резко разворачиваюсь и быстро шагаю в сторону парковки. Будь под ногами не песок, а асфальт — я бы вероятно умудрилась гневно топать даже своими греческими сандалиями. Вместо этого я лишь гневно утопаю в обжигающем песке. Но я надеюсь, что хотя бы мои лопатки выразительно отображают мои эмоции и посылают Макса далеко и надолго. В конце концов, что за глупую игру он разыграл тут?

— Лиля! Лиля, стой! — он вновь хватает меня за локоть и резко разворачивает к себе. — Послушай, извини, ладно? Я не прав, — Макс глубоко вздыхает и признаётся. — Эта тема плохо на мне сказывается. Просто не говори со мной об этом, хорошо? Я правда ничего не крал. Это чертовски дерьмово, когда тебя подозревают в таком без видимых причин, — я молча прожигаю его недовольным взглядом, и он добавляет. — Ты мне нужна сейчас. Как соавтор.

— А мне кажется, что тебе нужнее психолог, — бормочу я, и Макс смеётся, расслабляясь.

— Не без этого, да. Но я справлюсь сам.

Я молчу, не зная, что сказать в ответ. Мне жаль, что у Макса такие проблемы с книгой, но я всё ещё немного злюсь на него за эту глупую сцену.

Звонок моего телефона прерывает наш разговор. Я вытаскиваю мобильный из сумочки и сразу принимаю вызов.

— Да, милый, — говорю я и отхожу в сторону от Макса на пару шагов.

— Мамуль, а ты скоро? Я хочу в парке покататься на самокате, — голос сына звучит немного грустно.

— Думаю, что только через час смогу подъехать.

— Так до-олго, — обиженно тянет Тимур, но сразу придумывает идею. — А можно мы с няней в парк поедем сейчас, и ты потом к нам приедешь?

— Конечно, давай так, — соглашаюсь я.

— Класс! Ну, пока.

— Пока, милый.

Я сбрасываю вызов и натыкаюсь на ехидный взгляд Макса.

— Значит, ты такая забывчивая, что оставила телефон дома? — припоминает он мне все свои вызовы, которые я проигнорировала.

Я пожимаю плечами.

— Я ужасно несобранный человек, — вру я на полном серьезе. — Мне казалось, что телефон остался в другой сумке.

Макс щурится, разглядывая меня, и пытается понять, насколько я говорю правдиво, но потом молча качает головой, так, видимо, и не приняв окончательное решение, и возвращается к теме нашего разговора.

— Мне просто нужно твоё доверие. Скажи, как мне его заслужить?

Макс серьезно заглядывает в мои глаза, и я читаю в них искренность.

— Ты же автор, — я взмахиваю рукой и вновь начинаю шагать вдоль берега. — Ты должен понимать, что нет простого ответа на твой вопрос. Да и, в любом случае, это дело не одного дня.

— Это смотря какая ситуация. Если герои попадают в экстремальную ситуацию, то доверие может быть выстроено за считанные минуты, — Макс идёт рядом и осторожно поглядывает на меня.

— Не думаю, что такое доверие так уж надежно, — сомневаюсь я.

— Хочешь организую нам экстремальную ситуацию? Сможем проверить твою теорию, — с озорным блеском в глазах предлагает Макс, и я закатываю глаза в ответ на его ребячество.

— Я не большой любитель подобного адреналина, — говорю я, чтобы он даже не думал воплощать свою идею в жизнь.