Наследие. Часть 2 (СИ) - Фалько - Страница 48

— Что произошло? — негромко спросил Оливер, отрываясь от ноутбука и поворачиваясь к вошедшим.

— Мы, пока, не знаем, — сказал Льюис. — Мистер Матчин уехал, только что…

— Болван, — Джордж сжал тому плечо, отчего мужчина побелел, опускаясь на стул. — Матчин приехал с супругой и ученицей, а уехал только с супругой и охотником за головами Пойзоном. Куда делать его ученица, мы не знаем. Мои подчинённые проверяют камеры, но за здание отвечает местный клан и вышла небольшая задержка.

— Куда Матчин направился?

— В данный момент — на север. За ними следом уехал мастер из Китая, двое местных и группа Пойзона.

Оливер обладал аналитическим умом и мог сложить из происходящих событий общую картину. Он с силой сжал зубы, даже немного побледнел от злости, затем на его лице проступили красные пятна. Льюис зажмурился, пытаясь вжаться в кресло.

— Бери людей и езжай, — сказал Оливер. — И, если всё так, как я думаю, нужно всё сделать аккуратно и тихо.

Джордж кивнул, спокойно взвалил на плечо потерявшего сознание Льюиса и вышел из кабинета.

— Чушь какая-то, — говорила Тася. — Как можно из здания, где полно охраны и толпа покупателей, умудриться похитить человека? Там же каждый второй мастер.

— Нужно было с ними сразу разобраться, — хмуро ответил я, глядя в окно. На улице окончательно стемнело, и чем дальше мы удалялись от центра города, тем меньше вокруг было освещения.

— Я сейчас переоденусь и вернусь, — сказала Тася, направляясь к спальне. — Кстати, твой комбинезон тоже здесь.

— Отличный дом на колёсах, — сказал Бэр. — Надо бы себе такой купить.

— Три миллиона рублей, — сказал я, на что англичанин закашлялся

— Бронированный?

— Нет. Просто удобный и дорогой.

— За такие деньги ожидаешь увидеть поезд из трёх вагонов, — Бэр провёл рукой по дорогой обивке сидений. — Слышал, ты перешёл дорогу местному герцогу?

— Это не он. Проблемы тянутся из России.

— Одно другому не мешает. Кланы в последнее время осмелели, чтобы вот так наезжать на свободных наёмников. Но похищать близких — это… — он пощёлкал пальцами. Не найдя слов на русском, продолжил на английском. — В этом нет чести. Даже в дикой Африке так поступают не везде. Многие понимают, что такое кровная месть.

— С тобой сколько людей?

— Четверо. Алонсо потерялся в Италии. Отпросился в гости к маме.

— Много работы в последнее время? — я посмотрел на него.

— Как сказать, — он сделал неопределённый жест. — Конкуренция выше, гонорары ниже.

Ирония судьбы. С Бэром мы дважды дрались насмерть. В том не было ничего личного, только бизнес. Ему платили, чтобы убить лидера маленького клана, мне платили гораздо больше, чтобы его защитить. В итоге он задавил несчастного генерала, диктатора и людоеда танком, оставив нашу фирму без денег. Мы целый месяц его охраняли, потратили кучу денег, а появился Бэр и всё испортил. Мама его до сих пор не любит. Могла бы, свернула шею при первом удобном случае. Второй раз мы столкнулись на востоке Африки. Разошлись почти вничью. Он отступил, не став упорствовать. Дождался, пока наш контракт будет завершён и в тот же вечер убил несчастную жертву. Даже вспоминать не хочу. Про нас потом долго говорили в язвительной манере. Смеялись, что, если за твоей головой отправят Пойзона, то у Матчиных можно купить ещё месяц жизни.

Сколько мы ехали, я не засекал. Автобус вырвался из города и помчался по дороге, минуя автостраду. Если бы салон автобуса позволял, я бы ходил кругами. Не люблю вот так сидеть и ждать развязки.

— Шестьсот метров, — сказал Василий. — Потом немного пешком.

Бэр поправил костюм, проверил трость, долго взвешивал на ладони монетку. Я бы посмеялся, глядя на это действо, если бы не серьёзность ситуации. Он так смешно смотрел на монету, словно пытался понять, тяжёлая она или лёгкая. Первый раз видел, как настраивается мастер, способный делать предметы очень лёгкими или невероятно тяжёлыми. Тася переоделась в боевой комбинезон, накинула сверху куртку, так как на улице было прохладно.

Если команда Бэра нас догнала, то я этого не заметил. Мы вышли на изгибе дороги, рядом с пешеходной тропинкой, ведущей к ярко освещённому поместью, примерно в полукилометре от стоянки. Пока шли, я чувствовал повисшее в воздухе напряжение. Так бывало, когда мы ехали по разрушенному городку или деревне и точно знали, что за нами следят. Гнетущая атмосфера. В ночной тишине слышны только звуки шагов и лёгкий стук трости Бэра. В записке, что лежала у него в нагрудном кармане было написано: «Мы пригласили Вашу ученицу для разговора, присоединяйтесь». Ниже стоял адрес и знакомый знак в виде черепа. Я всю дорогу корил себя за то, что не разобрался с ними, посчитав конфликт исчерпанным. Будет наука, впредь не оставлять подобные вопросы открытыми.

Мы подошли к приветливо распахнутым воротам в большое поместье. Просторный двор ярко освещён, как и само здание. В окнах много света, но мелькнуло всего пару силуэтов.

— На крыше снайперы, — сказал Бэр. — Две пары стрелков с КСВ или RT.

Под RT подразумевалась ручная пушка, калибром двадцать миллиметров, внешне очень похожая на снайперскую винтовку. Делали такие в ЮАР и широко использовали по всей Африке. Прямое попадание ни один мастер не переживёт, как и любой транспорт, если пуля попадёт в двигательный отсек. Наёмники такой большой калибр редко использовали, а вот против них, наоборот, часто. Хлопала такая пушка так громко, что было слышно на километр вокруг.

— В семи метрах от меня безопасно, — также тихо сказал я. — Но если будешь что-то швырять, то сначала выйди из зоны.

— Понятно, — сказал он.

Мы прошли в ворота, остановившись на пяточке света. С крыши здания этот участок лежал как на ладони, да и в целом здание стояло очень удобно, чтобы встретить гостей. Комитетом встречи выступили трое. Одеты они не в военные комбинезоны, но очень удобно для боя. Шли красиво, важно. Бэр встал в пафосную позу, поставив перед собой трость и сложив на круглом навершии ладони. Встречающие мне были незнакомы. Они вышли на ярко освещённый участок, чтобы быть в этом уверенным. Как и в Санкт-Петербурге, в центре группы мужчина лет за пятьдесят, по бокам бойцы лет на пятнадцать моложе. А ещё мне показалось, что на пальце у старшего блеснул крупный серебряный перстень.

— Спасибо, что пришли, — сказал старший на английском. Говорил он негромко, но знакомая техника немного усиливала голос.

— Разговор между нами состоится только, когда я увижу свою ученицу, — сказал я, тем же самым образом усилив голос.

— Мы не хотим с Вами ссориться. Не хотим конфликтов, лишь просим не делиться секретами, которые Вам не принадлежат.

Я промолчал, оглядывая и оценивая поместье. Думаю, что помимо этих, здесь есть ещё мастера. Но если они все бойцы ближнего боя, это сыграет нам на руку. Нужно только понять, где Алёна. Жаль я на таком большом расстоянии не могу уловить отголосок её силы.

— Для любых разговоров, достаточно выслать приглашение, — сказал им Бэр, которому приходилось напрягать голосовые связки, чтобы его услышали. — Назначить место встречи. А вы, господа, пользуетесь тактикой диктатора и каннибала Аму-Аму. А с такими беседы не ведут.

— Все секреты, которым делюсь, придумал я сам, — добавил я. — И вам они уж точно не принадлежат. Повторяю, пока не узнаю, что с моей ученицей всё в порядке, никаких…

Справа от нас в двадцати метрах располагался гараж, где что-то громко бухнуло, привлекая внимание всех собравшихся. Через секунду сильный удар ноги выбил металлическую дверь, которую сорвало с петель и отправило в полёт. Чтобы выйти, Свену Беккеру пришлось наклоняться и проходить боком. На руках он нёс хрупкое тело Алёны. У меня от сердца отлегло и я, наконец, смог нормально вздохнуть. Пока он шёл к нам, на площадке повисла тишина. Похоже, приглашающая сторона не ожидала такого поворота и спешно пыталась что-то придумать.

— С ней всё будет нормально, — пробасил Свен, передавая Алёну с рук на руки Тасе. — Спит.