Двойной босс, пожалуйста! (СИ) - Март Амалия - Страница 64

Забегаю в ближайший магазин за очередной порцией отравы и выкуриваю сразу две сигареты подряд. Невольно вспоминаю Руса в таком же состоянии из-за беременной жены. Но здесь я его обскакал на добрый километр. Держу пари, такой истории он ещё не слышал. Достаю мобильник и кручу его в руках, снедаемый необходимостью с кем-то поделится, иначе мозг взорвется к чертям. К тому же, мне не повредит помощь в расстановке всех пешек на доске.

Отыскиваю в журнале вызовов давно знакомый номер, всего три гудка и две затяжки спустя, звучит надменное:

— Ты ебанутый, Яковлев? Суббота, восемь, мать его, утра.

— Если ты сейчас не глубоко в своей прекрасной женушке, ты захочешь услышать эту историю.

— Да пошел ты.

— Помнишь из-за кого ты получил в морду?

— Такое не забывается.

— А Алису?

— Твою долбанутую на всю башку подружку?

— Она и Лея — один и тот же человек.

— Ты набухался до чёртиков и белой горячки? — устало вздыхает в трубку бывший приятель.

— Возможно. Или… у меня для тебя есть по-настоящему крутая задачка. Хочешь помочь?

Спустя два часа и чашку крепкого двойного эспрессо, мы с Русом накидываем схему на мятой салфетке кофейни недалеко от дома Леи-Алисы.

— Итак, неизвестное звено, — рисую вопросительный знак на вершине пирамиды. — Заключает договор с кем-то из "Атлантики", — стрелка на первый квадрат. — Подкидывает полисы в обход Камиллы, — огибаю один кружок и веду ко второму. — Новенькой девочке, которая еще не знает всех процедур, но которая связана с тобой и мной.

Постукиваю карандашом, приватизированным на кассе, по столу и смотрю на Руса. Тот хмурится, все ещё пытаясь осознать размах махинации.

— Этот кто-то должен был быть знаком с нашей схемой и быть уверен, что девчонка у нас на крючке. Есть ещё несколько неизвестных факторов: человек, который сказал Лее ввести эти чёртовы полисы задним числом, — рисую очередной вопросительный знак. — Это я выясню сегодня. И тот, кто пробрался в мой кабинет за факсимиле. Не верится, что моя верная помощница могла пропустить неизвестно кого.

Черчу ещё один кружок и пишу в нем "Карина".

— Почему ты так уверен, что Лея говорит правду? — Рус откидывается на стуле напротив и делает очередной глоток сладкой дряни с черничным запахом.

— Ты видел Алису. Думаешь, стала бы она творить с собой и мной такое только лишь от обиды?

— Я думаю, что человек может годами носить в себе это чувство и взрастить до таких высот, что разум просто затянет пелена гнева.

— Нет. Я видел ее сегодня. Она уверена в том, что говорит. И я… верю ей, — говорю приглушенно.

— А почему не поверил тогда?

Сжимаю ладонью виски, провожу пальцами по бровям, потираю глаза. Это сложный вопрос. Слишком сложный.

— Был слишком горд, слишком туп, слишком эгоистичен. Выбирай любой вариант.

— Мне нравятся все.

— Я не стал выслушивать ее версию. Поверил фактам на руках.

— То есть ты даже не поговорил с ней.

— Мой отец умер, а вместо утешений я получаю подставу. Я думал, она узнала о пари и решила так мелко и глупо отомстить. О чём тут разговаривать?

— Мне это знакомо, — многозначительно кивает Че. — Так что будешь делать теперь?

— Не знаю.

— А что с девчонкой?

— Не знаю.

— А меня зачем позвал?

— Нужен незаинтересованный человек для взгляда со стороны.

— Тогда послушай, что скажет незаинтересованный человек: не надо ворошить это гнездо. Попроси у девчонки прощения и постарайся сделать так, чтобы она забрала свое заявление. Сейчас твоя карьера спущена в унитаз, думай об этом.

— Я не могу. Столько лет, я… просто не могу, понимаешь?

Мы сцепляемся взглядами и долго сидим в тишине.

— Понимаю, — наконец, говорит Рус. — Кажется, впервые по-настоящему тебя понимаю. Так что, значит, среди всех них… только Лея?

Я едва уловимо киваю. Даже не осознавая до конца значимость этого кивка.

— Теперь понятно, почему я получил в рожу. И не могу тебя винить, я поступил бы так же, — он замолкает ненадолго. — Ладно, мне пора, Мышку завтра сдаю в роддом, надо подготовиться.

Он встаёт из-за стола и протягивает мне руку. Никак не привыкну, что мы снова друзья, но осознание этого заставляет скупо улыбнуться.

— Жене привет, — говорю я.

— Ещё чего! — ухмыляется он и разворачивается на выход. Сделав два шага, оборачивается и добавляет. — Извинись перед звездной девочкой за меня.

Я снова киваю. Че скрывается за дверью, я задумчиво смотрю на разрисованную салфетку перед глазами. Мы наворотили много дел, и каждый из нас получил по заслугам. Кроме нее… ей досталось за компанию. Достаточно ли будет извинений?

Я еду домой и привожу себя в порядок. Душ, чистая одежда, нормальный обед. Нетерпеливо меряю шагами квартиру в ожидании часа, когда будет пора выдвигаться. Прокручиваю в голове сотни слов, которые должен сказать, сотни вопросов, которые необходимо задать. Но в голове все равно, раз к разу, возникают картинки, которые увлекают совсем не туда.

Мягкая улыбка, теплый взгляд, она сонно щурится от солнца, бьющего прямо в лицо. Касается моего плеча, берет руку в свою ладошку, переплетает наши пальцы. Все это было правдой. Никакой лжи, никакого предательства. Я так глупо просрал лучшее, что было в моей жизни. Есть для нас шанс теперь? После стольких лет, ошибок, боли и жажды мести? У нее есть ребенок. Значит, есть и тот, кого она пустила так далеко, что позволила навсегда стать частью своей жизни. И от этой мысли меня всего ломает. Ведь я не смог так же.

Едва часы приближаются к восьми вечера, хватаю куртку и вылетаю из квартиры. Нет сил больше сидеть здесь наедине со своими мыслями, лучше сделаю это там, под ее подъездом. За несколько дней уже привык к виду кирпичных стен и квадратных окон, за которыми течет своя размеренная жизнь. На улице ещё тепло и кожанка отправляется на заднее сидение в тайной надежде, что Лея снова появится с обнаженными плечами, и я смогу снова коснуться ее. Хотя бы так, невзначай.

Сердце подпрыгивает в груди от этой мысли, сбивается с ритма и снова запускается, но уже галопом. Пожалуй, я всегда знал, что это она. С первого взгляда, с первого прикосновения тело подкидывало подсказки. То, как кололо кончики пальцев от ее кожи, как учащалось дыхание, едва она входила в помещение, как скручивался узел в груди от ее холодного взгляда. Тело всегда знало, понимало то, что неведомо глазу. Господи, как же я снова хочу ее коснуться. Сжать в руках, теперь точно зная, кто эта женщина. Раствориться в ней, отключить чертовы мозги и просто вспомнить каково это — принадлежать ей.

Теперь, когда я знаю правду, все играет другими красками. Я прижимаю ее к стволу дерева, жёстко сминая губы в нетерпеливом поцелуе — кровь закипает внутри. Она садится передо мной на колени — немеет все тело. Она подо мной — такая холодная и горячая одновременно — воздух в легких заканчивается, не вздохнуть.

Ближе к девяти, когда уже стою напротив ее подъезда и крепко завяз в своих фантазиях, вижу, как она возвращается откуда-то с сыном. Она снова в легкомысленном платьице и совсем без косметики, так, что почти можно узнать Лею. У мальчишки в руках огромный световой меч, и я невольно смеюсь, понимая, что и мелкому она привила любовь к звездной саге. Бедный пацан, неужели и его пытали многочасовым просмотром скучных фантастических фильмов, как когда-то меня? Хотя сейчас, спустя годы, это одно из лучших воспоминаний.

Мальчишка ужасно похож на нее, светлый, кудрявый, жизнерадостный. И она с ним такая… какой и должна быть прекрасная мать: держит его за руку, широко улыбается, отвечает на все его вопросы. Её глаза сияют, когда она смотрит на него, а я умираю от этого зрелища. Все кончено, да? Чтобы я ни сделал, чтобы ни сказал, нас уже никогда не будет. Ничего уже не повернуть назад, не стереть наше прошлое и не переписать его.

Так зачем я здесь?

Глава 52. Алиса

Тонкая тюль скрывает меня от пристального взгляда мужчины внизу. Александр стоит прямо под окнами, облокотившись на капот своей машины. Руки скрещены, голова задрана. Он, как и я, стоит так уже очень долго. По крайней мере, с тех пор, как я уложила Матвея.