Шаги по краю любви (СИ) - Лавин Ольга - Страница 3

– Что ты от меня хочешь? – спросила она, глядя прямо в глаза.

– Действительно, что я могу хотеть от тебя? Подумай и ответь сама на свой вопрос.

– Не хочу думать. Я пришла сюда веселиться и отдыхать, – ответила, намереваясь уже сбежать, но я больно схватил ее за руку и прижал к себе.

– А я хочу, чтобы ты подумала, ведь это не так уж и сложно, Алиса, правда?

– Не хочу, – твердила она и пыталась вырвать свою руку.

– Отличная книжка, я до сих пор под впечатлением, – прошептал ей на ухо, когда притянул еще ближе. Запах ее духов меня сводил с ума.

– Я рада, что тебе понравилось, – ответила она, ехидно улыбнувшись.

Нет уж, так просто ты не отделаешься, – сказал сам себе, крепко схватив Алису за волосы.

Алиса

– Я не собираюсь сейчас с тобой обсуждать свои умственные способности, – начала дерзить Никите.

– Алиса, Алиса. Ты, как была страшненькой девочкой, такой и осталась, лично для меня. Хоть и других мужчин ты способна соблазнить только одним своим взглядом, но на меня это не подействует. Я знаю, что ты была по уши влюблена в меня в университете. И твои постоянные записки, в которых ты признавалась мне в любви, якобы анонимно, постоянно пряча их в мою куртку, чтобы я не знал, кто их мне пишет, прочитав которые, я только смеялся и сразу же выбрасывал.

– Какой же ты подлец!

– И это я прекрасно знаю, что дальше?

– Ничего, просто отпусти меня, – предприняла еще одну попытку вырвать руку.

– А как же весь ваш спектакль с этой книгой, выпущенной тобой специально для нашей встречи одногруппников?

– Это просто была шутка. Всем же смешно было.

– Это была не шутка, а удар по моему самолюбию – это раз.

– Я не прощаю такого, это два, – перечислял он свои пункты.

– Никита, оставь свои угрозы для других девушек, я тебя совершенно не боюсь.

– А зря, ведь после того, что ты устроила, тебе стоит меня бояться.

– Ха, ха, ха, как смешно это прозвучало. Как будто ты маньяк или убийца. Ты обычный человек, такой же, как и я.

– Тебе еще и смешно? – спросил он, схватив меня за руку, и приблизил мое лицо к своему.

– Очень смешно. Знаешь, на правду не обижаются. Ведь половина из того, что я написала о тебе – правда. Ты избалованный парень, поступил на наш факультет, только благодаря своим родителям, у которых были финансовые возможности и хорошие связи. Ты переспал почти с каждой девушкой нашего курса. И да, ты предвзято и неуважительно относишься к людям, которые ниже тебя по статусу и у которых намного меньше денег. Также, ты издевался над теми девушками, которых считал некрасивыми. А всех красавиц ты использовал и создавал сайт, в котором выставлял списки имен и прикладывал фотографии, а под каждым фото писал номер телефона, тем самым пытаясь их представить шлюхами на весь город.

– А ты жалеешь, что не была в их числе? Ты сильно переживала, что не твое имя светится в этих списках?

– Я счастлива, что я не оказалась в этих списках. И рада, что ты перевелся на втором курсе.

– Алиса, ты, как маленькая. Знаешь, когда тебя называли этим именем, явно догадывались, что у тебя с головой будет не все в порядке. И ведь правы были. Твое сумасшедшее увлечение написанием статей в университетские газеты явно переросло в больную зависимость и создание такого бреда, что ты выдала нам сегодня, только подтверждает это. Хотя, ты за последние два года издала несколько романов, которые пользовались популярностью.

– О, а ты читал? – с сарказмом спросила я его.

– Нет, но интернет и реклама пестрили о них.

– Конечно, я ведь безумная девушка. Которая была влюблена в тебя по уши.

– Дурой ты была тогда, дурой ты осталась и сейчас, Алиса.

– Я считаю себя умной, в отличии от тебя. Ты ничего в этой жизни не добился, тебе все дали. Преподнесли на блюдечке.

– Завидовать не хорошо, Алиса.

– Я не завидую тебе, а глубоко сочувствую, – ответила со вздохом, выражая ему свое презрение.

– Знаешь, в чем наша с тобой разница? Я могу делать все, что хочу, и не думать о последствиях, а вот ты никогда не сможешь этого. За мной стоят люди, которые в любую минуту подадут мне руку помощи, если я буду падать со скалы, а тебе некому помочь. У тебя даже нет родителей и собственной семьи. Ты – несчастный человек. И единственное, что тебе остается, жить в своей придуманной и напечатанной тобой реальности. Хоть этого ты добилась, – это звучало слишком жестоко по отношению ко мне.

– Это ты глубоко несчастный человек. Знаешь, почему? Потому что не знаешь и не понимаешь значение таких слов, как любовь, забота, дружба. У тебя никогда не было преданных друзей, заботливых родителей, любимой девушки. Родители тебе дали многое, но этим они не компенсировали свою любовь.

– Заткнись! Не смей так говорить! – начал кричать на меня и резко оттолкнул.

– Видишь, ты не можешь воспринимать правду, ведь это – правда, и тебя бесит это. Это – суровая действительность твоей жизни.

– Хватит, – просил меня, но я продолжала давить на него еще больше.

– Не хватит, Никитка, – я издевалась над ним, как только могла и хотела. И только сейчас поняла, как его это задевает.

– Алиса, закрой свой рот, – пригрозил, придавив меня к стене, схватил двумя пальцами за скулы и больно на них надавил.

– Не ты мне его открывал, ни тебе мне его закрывать.

– Неужели? Ты в этом так уверена? – спросил он, нагло мне улыбнувшись.

– Да, – ответила я, пытаясь высвободить свое лицо, но мне это не удавалось. По выражению его лица поняла, что он что-то задумал, и оказалась абсолютно права.

– Давай проверим, – добавил Никита, и его губы в считанные секунды обрушились на мои. Я не успела даже вздохнуть.

– Прекрати, – просила, но его это совершенно не останавливало. Его язык проник в мой рот. Поцелуй мне был настолько противен, что после всего, меня просто затошнило.

– Это не значит, что ты мне нравишься, – произнес он, оторвавшись от поцелуя.

– Отпусти меня, – стала я вырываться еще сильнее.

– Пожалуйста, – сказал он и отошел.

– Ты идиот, – раздраженно произнесла, пытаясь салфеткой вытереть свои губы.

– Я настолько тебе противен, Головка? – спросил он меня самодовольно.

– Более чем, – призналась абсолютно честно.

– Ну тогда считай, что я объявляю тебе войну.

– Что? Что за бред ты несешь?

– О, май год, – стал он говорить на своем ломаном английском.

– Все равно, ломаный язык, – сделала замечание

– Мне наплевать, но за этот цирк ты поплатишься, – добавил он, прежде чем уйти.

Я, немного постояв и обдумав, что только что произошло, тоже решила вернуться ко всем. Я не боюсь его, и пусть об этом знает. Война, так война!

Никита

– Ты где так долго ходишь? – поинтересовался Леня, когда я вернулся и присел рядом с ним.

– В туалете был.

– Что-то долго ты там находился.

– Леня, что ты от меня хочешь? – рассержено спросил я, так как его слова мне были не понятны.

– Да просто так спросил. Алиса тоже отсутствовала все время.

Теперь мне стали понятны его слова и намеки.

– И что? Я ей не нянька, – ответил ему грубо, пытаясь не выдавать всей правды.

– Я ничего и не говорил, – ответил он, и в тот же момент вернулась к нам Алиса. Мне было смешно наблюдать за ней, ведь я понимал, в чем дело. Только я знал, что произошло несколько минут назад. До сих пор ощущаю ее вкус на губах.

– Ник, ты на нее так смотришь! – опять решил подколоть меня друг, когда я взял бокал с вином и выпил его, не отводя взгляда от Алисы.

– Ты меня достал, Леня.

Затем поднялся из-за стола, чтобы произнести тост.

– Ребята, я хочу произнести тост. Однажды бродила женщина по пустыне с бутылочкой Пепси. Натыкается тут неожиданно на умирающего от жажды мужчину. Мужчина попросил у нее глоток Пепси, чтобы утолить жажду, но та отказала ему. Переходит эта женщина через пару дюн и натыкается на оазис. Напилась она в нем, накупалась вдоволь, и тут вспоминает про умирающего от жажды мужчину, набирает в бутылку воды и направляется к нему, доходит до места и видит, что он уже умер… Так выпьем же за то, чтоб женщины всегда вовремя давали!