Морская невеста (ЛП) - Хамм Эмма - Страница 15

Как ей выразить, что ему нужно доверять ей? Это путешествие напугает того, кто не видел во тьме и не мог дышать без ее помощи. Но она хотела рискнуть ради выражения его лица.

Сирша сжала его ладони, притянула его в свои объятия и посмотрела в его глаза.

— Доверься мне, — сказала она, не зная, слышал ли он ее. — Обещаю, я тебя уберегу.

Если он и понял, он не шевелился.

Она робко склонилась и прижалась губами к его губам. Поцелуй должен был успокоить его тревоги. Но он направил свой жар в ее тело, и даже воды вокруг нагрелись.

Сирша притянула его ближе, обвила руками и сунула его голову под свой подбородок. Он напрягся, но позволил ей управлять его телом. Она провела ладонью по его спине и заставила его обвить ее руками. Она подвинула его ноги ближе с помощью хвоста, выгнула спину и поплыла спиной вперед в темном туннеле.

Он тут же сжал ее. Пузырьки вылетели изо рта, но его вопрос затерялся в водах, пока они плыли. Она уловила лишь одно слово:

— Что…

Может, это было жестоко, но ее зубы вспыхнули во тьме. Она притянула его к своему телу, прижалась губами к его губам, пока ее хвост легко направлял их в туннеле.

Его сердце гремело возле ее груди, и ей пришлось дать ему воздух три раза, а потом она заметила тусклый свет.

— Еще немного, — сказала она ему, хотя он вряд ли ее понимал. — Это будет стоить страха.

Еще толчок, и они вырвались из туннеля в воздух.

Манус отплевывал воду, кашлял, размахивая руками. Она удерживала его, уклоняясь от ударов.

— Манус! — закричала она. — Манус, мы тут!

— Тут? Где? Ты не могла меня предупредить?

— Я не думала, что поведу тебя сюда.

— Ты знаешь, что люди не могут дышать под водой?

— Да, — Сирша рассмеялась. Он замер в ее руках, волосы свисали прядями на лоб. — Я же сохранила тебе жизнь?

— С трудом! А если бы ты не поняла, что мне нужен воздух?

— Ты сам требовал, — прошептала она, посмотрела на его губы, недовольно поджатые. — Или ты развлекался?

— Ах, — он покачал головой. — Не стоило позволять себе такое.

— Надеюсь, ты продолжишь это позволять.

— Ты заслуживаешь кого-то лучше меня.

— Я знаю, что ты зовешь себя не хорошим, — сказала она. Сирша пылко заглянула в его глаза. — Ты не думал, что я не ищу хорошего мужчину? Мне нужен тот, кто нарушит все правила ради меня.

Он застонал.

— Нельзя так говорить, Сирша.

Ее имя гудело в ее венах как магия. Оно бурлило, пенилось, лопалось в ее сердце, и она могла думать только о нем.

— Ты целовал меня? — спросила она. — Или использовал для воздуха?

— Все сразу, — признался он низким голосом. — Каждый раз.

Ее кожа стала горячей от признания. Он целовал ее. Ее. Простую русалку из простой семьи, у которой ничего не было, кроме семьи, желающей выдать ее замуж.

Этот мужчина постоянно удивлял ее, и она не хотела скрывать чувства.

Сирша обвила руками его шею, ладони поднялись к голове, пальцы запутались в его волосах. Дреды были жесткими и толстыми, напоминали ей о глубинах океана, что были в его глазах.

— Поцелуй меня еще раз, — прошептала она, — когда нет опасности для жизни. Просто мужчина и женщина, и ничего между ними.

Ее слова сломали его контроль. Манус целовал ее так, словно он тонул, и она была его спасением. Он поглощал ее с зубами, губами и языком.

Она едва помнила, что нужно было держать их наплаву, ей хотелось в объятия океана, где их обоих будут любить. Они были половинками одной раковины. Они родились вне своей истинной стихии, но их связала любовь к морю.

Он отпрянул, чтобы вдохнуть, его дыхание задело ее лицо как морской бриз.

— Этого хватит?

— Никогда.

— Разве ты не хотела что-то мне показать?

Это уже не было важно. Ей и без того было плевать на золото. Они не могли и дальше целоваться? Новое желание было сложно подавить.

Но в его глазах было любопытство, и его пальцы постукивали по ее горлу.

— Да, — ответила она. — Обернись.

Пещеру озаряли редкие черви на потолке. Вещество из них сияло, озаряя пещеру голубым светом.

Сирша помогла ему повернуться, ладони были на его ребрах. Его спина прижалась к ее голой груди, она обвила руками его плечи.

— Золото тут, — сказала она. — Видишь? Это русальи запасы. Редкие тут, ведь многие из нас живут в бездне.

И запасы были серьезными. Несколько зависимых русалок носили горсти сюда, когда могли. Монеты, короны, кубки были горой богатства, что сыпалось в воду.

Он отодвинулся от нее, подплыл к краю и забрался на гору. Его глаза были огромными от потрясения, он споткнулся и упал на колени.

Сирша смотрела, как он хватал горсти монет. Они сыпались с его ладоней, звенели, падая в воду, мерцая в голубом свете. Он повернулся к ней с раскрытым ртом.

— Как все это сюда попало?

— В этих водах разбивалось много кораблей, и некоторые из нас собирают вещи.

— Ты?

Сирша покачала головой.

— Нет, я добавила сюда только одно.

— Что?

Она покраснела. Он посчитает это глупым? Детским желанием добавить что-то к запасам, но без значения за этим?

Но он спросил, и она не могла отказать. Сирша указала на него и вверх на небольшой каменный выступ в стороне от входа в пещеру.

— Там.

Он встал и прошел по горе к ее дополнению. Это была золотая статуя, ее можно было легко держать, ведь она была чуть больше ее ладони.

Может, это был какой-то принц, правитель, известный в мире людей. Его гладкие черты лица были искусно сделанными, он не должен был находиться в глубинах. Корона на его голове была с острыми пиками, меч на бедре вызывал у нее фантазии о войнах, в которых он сражался.

И побеждал.

Она мечтала о принце почти все детство, а потом и повзрослев. Он был красивым, добрым, королем, который превосходил других королей. Его ум был известен на всех землях, и все женщины из королевских семей хотели быть его женой.

Истории в ее голове наполняли ее счастьем. Теперь Сирша боялась того, что скажет Манус. Принц был выдуманной фигурой? Просто мужчиной, которого слепил скульптор?

Манус покрутил статуэтку в руках и кивнул.

— Кухулин. Один из величайших королей из легенд, сын Луга и смертной женщины. Такой талисман приносит удачу. Он тебя оберегает.

— Он был защитником?

— Защищал всех, кого любил, но ему не повезло больше всех в истории.

Она подплыла ближе, опустила локти на гору золота и смотрела на него.

— Расскажешь мне?

— Историю? — удивился он. — Сейчас?

— Пожалуйста.

— Другие русалки не вернутся и не разозлятся, что мы возле их сокровищ?

— Вряд ли, — она подвинулась, больше золота упало в соленую воду. — Я люблю истории, а ты хорошо их рассказываешь.

— Ты останешься в воде?

Сирша посмотрела ошеломленно на горы золота.

— Да.

Он посмотрел на богатства вокруг него и вздохнул.

— Ладно.

Манус опустился на груду, заерзал, делая выемку под себя в монетах. Он убрал руки за голову и кашлянул.

Она любила эти моменты с ним. Он рассказывал истории ночью под луной, Сирша едва дышала. Ей нравилось притворяться, что она была в его историях, переживать моменты приключений, сражений и любви.

— Кухулин известен как один из самых сильных мужчин в истории. Он — сын Луга, бился не хуже своего отца. Говорили, в бою он становился другим. Зверем. И он был таким красивым, что все лорды переживали, что он украдет их жен и дочерей.

Сирша вздохнула и опустила голову на предплечья.

— У него была жена? Она была красивой, как он?

— Нет, — Манус покачал головой и улыбнулся. — Он был слишком диким для этого. Жены у него не было, и другие презирали его за это. Пытаясь убрать его от их женщин и дать их сыновья шанс на брак, Форгалл Монак заявил, что Кухулин не был таким уж легендарным воином, как заявлял. И любой воин с таким званием учился с Скатах из Альбы, женщиной, что была сильнее и опаснее всех живых мужчин. Она жила в Дун Скейт, Крепости теней, далеко на острове Скайе.