Морская невеста (ЛП) - Хамм Эмма - Страница 31

Но лучше не стало. Ее желудок урчал, словно хотел съесть тело вместо еды. Было так больно, что она переживала, что это убьет ее.

Что ее разбудило?

Сирша подвинула ноги и задела теплый вес.

— Манус, — сказала она. — Ты вернулся?

— Я надеялся уберечь тебя, — ответил он.

Она склонила голову. Он сидел, уткнувшись лицом в ладони, едва умостившись на кровати. Его спина была плавно изогнута от стыда и поражения. Она ощущала эмоции в воздухе, такие густые, что ей было тяжело.

— Ты не нашел еду.

— Нет работы для мужчины, который был рожден моряком. Они все меня знают. Я не могу работать на ферме, в магазине, у меня нет никаких навыков.

Она потерла ладонью его спину.

— Тогда мы найдем другой способ.

— Есть только этот, и я не хочу просить тебя рисковать собой.

— Рисковать? Из-за чего?

Он повернулся, взял ее за руки и кашлянул.

— На острове ты приносила мне золото и кристаллы. Находила красивые монеты и считала их неважными. Но тут они важны. Так мы платим за еду, напитки и вещи.

— Я понимаю, что такое деньги, Манус.

— У меня нет денег, — его щеки покраснели. — Думаю, я настолько беден, что смерть близко. Я потратил все, что имел, и не могу никак пополнить припасы.

Сирша моргнула, огни вспыхнули в голове.

— Ты хочешь, чтобы я нашла больше золота.

— Это возможно? Тут вряд ли разбивалось много кораблей.

— Корабли разбиваются всегда. Но, Манус, под водой не просто опасно. Смертельно опасно. Если меня увидят твои люди…

— Не увидят. Я им не позволю. Мы возьмем лодку, отплывем от берега, и никто не будет знать, что ты делаешь, пока мы не вернемся. А потом скажем, что это твое наследство.

— Мое «что»? — в смятении склонила голову она.

— Обычно у женщин есть приданое, когда их выдают замуж. У многих тут это скот, но все уже думают, что ты аристократка. Так что никого не удивит, что у тебя есть деньги.

Его глаза пылали, словно от лихорадки. Она еще не видела его таким. Даже на острове, когда она приносила ему горсти украшений и бесценных камней.

Ее могла найти ее семья, в этом крылась опасность. Но вряд ли они забрались бы так далеко на север. Ее могли заметить акулы и разболтать. Но это не было концом света.

— Можно лишь один раз, — сказала она. — Как только моя семья узнает, где я, я не смогу вернуться в воду.

— Они разве еще не узнали?

— Вряд ли, — она надеялась на это. Ее ноги уже зудели от отчаянного желания освободиться от оков человечности. Сирша хотела ощутить воду, стекающую по ее коже. — Мы бы их уже увидели.

Дом был близко к воде. Русалы могли выйти к нему, и их сила на суше потрясла. Раз на них еще не напали, отец не знал, куда уплыла Сирша.

Манус сжал ее ладони.

— Ты спасешь нас. Понимаю, я прошу о многом, но, Сирша, мы будем обеспечены.

— Сколько нужно достать?

— Всего раз? Уверена?

Она кивнула.

— Тогда то, что сможем найти. Все. У меня есть несколько друзей с лодкой, мы сможем заплатить им, чтобы они молчали.

— Манус, — она облизнула губы. — Где мы это осуществим? Тут везде опасно.

— Я придумаю. У меня были друзья в высоких местах, хоть они не признаются, что знают меня. Когда у нас будут деньги, люди нам помогут. Нам просто нужно их добыть, — он поднял ладонь и провел пальцами по ее челюсти к волосам. — Ты сделаешь это?

— Если ты этого хочешь.

— Я хочу заботиться о тебе. Я хочу дать тебе жизнь, которую ты заслуживаешь, но я не могу сделать это один, моя жемчужина, — он потянул ее за шею, прижался лбом к ее лбу. — Ты — спасение, Сирша.

Она не ощущала себя так. Все ее тело болело от голода, и он был не в лучшем состоянии. Щеки Мануса были впавшими, было видно ребра, и он двигался медленнее обычного. Им нужно было что-то менять.

Пришла ее очередь спасать их.

Она свесила ноги с кровати, сжала его плечо для равновесия.

— Мне нужно быть подальше от кораблей, и даже так нужно, чтобы никто меня не увидел.

— Я добуду лодку. Готовься.

Они помогли друг другу встать, и Манус поспешил к двери.

Сирше не нужно было готовиться. Ничто не поможет ей в океане. Острые ножи в углу были хороши для еды людей, но не помогли бы против акул или косатки.

Она прикусила губу и сцепила пальцы. Была ли это хорошая идея?

Многое могло пойти не так. Многое могло случиться под поверхностью, где Манус не видел ее. Если ее найдет ее семья…

Нет. Она не давала себе так думать. Отец точно отправил за ней всех русалов, кого мог. Она не была особенной, но предала его во всем. Если он узнает, где она, не уймется, пока не вернет ее на глубины, заперев на всю жизнь.

Дрожь пробежала по ее спине. Она не могла допустить такое. Воды тут были холодными, поток — сильным. Русалы не смогут ее найти.

— Я могу это сделать, — прошептала она.

Послышался топот ног, дверь открылась, и стало видно исхудавшего Мануса.

— Готова?

Она кивнула.

— Тебе не нужно переодеться?

Сирша посмотрела на свое простое голубое платье и пожала плечами.

— Все равно слетит.

Его рот раскрылся на миг, но потом опомнился.

— Точно. Как быстро я забываю, что ты — не человек. На миг я стал переживать, что ты замерзнешь.

— Вода — мой дом, Манус. Там я не ощущаю холод.

Он взял ее за руку и повел из хижины. Древняя лодка была привязана к пристани старой веревкой. Выглядело опасно, хотя за себя она не переживала. Сирша могла выжить, но Манус был уязвимым в океане.

— Это безопасно? — спросила она, шагая по пристани. — Так выглядит, словно ее давно нужно было выбросить.

— Я бы не поплыл на этом в открытое море, но у берега безопасно. Дай руку.

Сирша взяла его за руку, и он опустил ее в лодку. Она подогнула ноги под себя, пригладила юбку и смотрела, как он забирается следом.

Весла поднялись и беззвучно опустились в воду. Каждый взмах поднимал капли, что падали на спокойные воды бухты. Вода была розовой, солнце поднимало голову и целовало небо.

Она думала, что волны были спокойными, но ошибалась. Они задержали дыхание, ждали, когда она опустит пальцы ног в воду. Русалка возвращалась в объятия своей великой матери. Океан знал, что она делала, и следил за ней серьезным взглядом.

Манус направил их лодочку среди кораблей с обвисшими парусами, мимо морских котиков, выглянувших из воды. Стеклянные глаза смотрели на нее, и Сирша ощущала, как ее душа взлетала.

Она скучала по этому. Мир под волнами был редким и прекрасным, и было больно покидать его.

Стражница была права. Без океана она едва дышала. Жизнь была тусклой и бесцветной.

— Сирша, — его низкий голос отвлек ее от мыслей. — Тут подойдет.

Она посмотрела на него, и мир расцвел красками. Может, она никогда не поймет, что в нем звало ее, но его существование было зовом сирены, которому она не могла сопротивляться. Он был цветом, жизнью и магией в одном существе, и это было непонятным.

Теперь она нырнет в воду и рискнет жизнью, чтобы сохранить его жизнь. Кивнув, она потянулась к краю платья, но замерла, когда он сжал ее запястье.

— Просто… — он запнулся. — Будь осторожна.

— Я постараюсь. Океан не самое безопасное место.

Он прикусил губу.

— Вернись ко мне.

Он думал, что она покинет его? Сирша не могла бросить его, как бы ни хотела вернуться домой. Она не выжила бы без другой части души.

Она прижала ладонь к его щеке.

— Я всегда буду к тебе возвращаться, mo ghaol. Не бойся.

Моя любовь.

Не стоило так говорить. Ее сердце уже было в опасности с Манусом. Он владел ею так, что Сирша переживала, что пропадет. Но это было правдой.

Любовь к нему ярко сияла в ее груди, он должен был заметить. Судя по потрясению на его лице, он и не догадывался.

— Стоило сказать это раньше, — прошептала она. — Может, совсем по-другому. Я не имела в виду, что это прощание. Надеюсь, ты знаешь.

Он молчал. Он ошеломленно глядел на нее, и ей от этого было не по себе.