Забытое (ЛП) - Смит Кристин - Страница 13

— Зейн, стой…

Мои слова заглушают щелчки по меньшей мере десятка взведённых курков.

— Трина, — выкрикиваю я. — Это я, Сиенна.

Здесь слишком темно, чтобы увидеть внутреннюю часть амбара, но разноцветные татуировки «граневцев» освещают комнату. Жёлтые цветы, зелёные стебли, оранжевые птицы. Конечно же, татуировки дерева на руке Трея здесь нет. И отчего-то меня это задевает сильнее, чем должно.

Я бросаю взгляд направо, там стоит Зейн, неподвижный, как статуя, с поднятыми вверх ладонями.

— Ребят, отбой, — раздаётся голос Трины. — Это свои.

Несколько людей одновременно выдыхают, этот звук чётко слышен в кромешной тьме, как и щелчки опущенных курков. Похоже, они не меньше нас рады тому, что удалось избежать кровавой бани.

Тонкие руки обхватывают меня и прижимают к мягкой груди. Через мгновение Трина выпускает меня из объятий и говорит:

— Рада видеть тебя, Сиенна, — и сразу же спрашивает: — Как там Трей?

Загорается несколько газовых ламп, и теперь я вижу их всех. Одни сгрудились у тюков сена, другие лежат на полу в спальных мешках, третьи стоят у стены — и все-все смотрят на нас. В воздухе стоит заплесневелый запах пыли, грязи и немытых тел.

Трина, несмотря на обстоятельства и отсутствие какого-либо душа, выглядит, как всегда, прекрасно. Кто бы мог подумать, что стиль гранж ей так к лицу? Впрочем, ей бы пошло всё.

— Не очень, — отвечаю я.

Её глаза распахиваются.

— Нет, то есть физически он в порядке, но психологически… — я запинаюсь, когда к Трине подходит Нэш.

— А психологически что? — требовательно спрашивает он.

Я смотрю, как к нам подходит Кудряш, вставая с краю, словно хочет услышать, но не уверен, что его ему можно. Я киваю ему, помня о том, как он помог мне той ночью в лагере. Если бы не он, ни Трей, ни я бы не выжили.

Зейн делает шаг вперёд.

— Трей ничего не помнит. Он думает, что работает в столице…

— И что он помолвлен с девушкой, которая училась со мной в АГИО, по имени Рейни, — добавляю я.

Рука Трины взлетает ко рту. Нэш сужает глаза.

— Что твои врачи сделали с ним? — обвиняет он Зейна.

— Ничего они не сделали, — говорю я. Злость полыхает в моей груди. — Скажи спасибо Рэдклиффу. Это он промыл мозги Трею, я уверена.

— Рэдклифф мёртв, — холодно замечает Нэш.

— Нет, — возражаю я. — Он всё ещё жив.

— Невероятно, — бормочет Нэш, глядя в пол. И затем поднимает взгляд на меня. — Может, мне стоит поговорить с Треем…

— Не получится.

— Почему это?

Я прикусываю губу и бросаю взгляд на Трину, перед тем как ответить:

— Он уехал. Покинул дом несколько часов назад вместе с Рейни. Сказал, что ему нужно вернуться в столицу.

— Так, значит, они контролируют его? — спрашивает Кудряш, всем видом показывая, что не может в это поверить.

Я киваю.

— Возможно, они сделали с ним то же, что и с моей мамой. Но что-то мне подсказывает, что промывка мозгов Трея — это усовершенствованная версия. Они бы просто не успели сделать то же самое. Он пробыл у них всего несколько часов.

— И что же нам делать? — спрашивает Трина дрожащим голосом. — Как нам вернуть Трея обратно?

Не успеваю я ответить, как Нэш усмехается.

— А ты не теряешь времени даром, — он переводит презрительный взгляд с меня на Зейна.

Уперев руки в бёдра, я поворачиваюсь к нему.

— На что это ты намекаешь?

Нэш смотрит на меня сверху вниз, и у меня возникает чувство, что я вновь вернулась в день нашей первой встречи, когда я заявилась в лагерь и попросила взять меня в «Грань».

Вместо ответа он разворачивается и уходит прочь.

Трина бросает на меня извиняющийся взгляд.

— Ты знаешь, как он себя ведёт, когда дело касается Трея. Старший брат, защитник и всё такое.

— Ага, — бормочет Зейн. — У меня есть такой же, — пауза. — Или был.

От отчаяния у меня сжимается горло, и глотать становится тяжело.

— Да, но я думала, что он уже должен понимать, как много значит для меня Трей, — я качаю головой и прислоняюсь к ближайшему тюку сена.

— Он знает, — заверяет Трина. — Просто у него проблемы с контролем эмоций.

— А точнее с гневом, — бормочу я.

Трина смеётся.

— Есть такое, — она переводит взгляд на Зейна и протягивает руку. — Кстати, я Трина. Сиенна много о тебе рассказывала.

Зейн поднимает бровь, перед тем как пожать ладонь Трины.

— Приятно познакомиться, Трина.

Я указываю на Кудряша, стоящего слева от Трины.

— А это Джеб, но я зову его Кудряш, — оглянувшись на него, я спрашиваю: — Ты же не против?

Кудряш усмехается.

— Не-а. Можешь называть меня как хочешь. В конце концов ты же дала мне однажды прокатиться на твоём байке.

— Не то чтобы у меня был тогда выбор, — припоминаю я. — Но после того, как ты спас мою жизнь, разрешаю кататься на моей «Харли», сколько захочешь.

Кудряш как раз собирался пожать руку Зейну, но, услышав мои слова, он застывает:

— Она цела? — шепчет он.

Я киваю, и улыбка расплывается на моём лице.

— Зейн помог мне вытащить её из завала. Пара царапин, но в остальном всё работает.

Кудряш ухмыляется.

— Рад это слышать, — протягивая руку Зейну, он говорит: — Спасибо, что помог вытащить моего приятеля Трея из того здания. Если бы ты там не оказался… — он запинается. — В общем, спасибо.

Кивнув, Зейн крепко пожимает ладонь Кудряша.

Трина поворачивается ко мне:

— Так какой у тебя план? Я знаю, что он у тебя есть, иначе бы ты ни за что не отпустила Трея с этой сучкой, ведь так?

— Ага, у меня есть план.

Брови Трины взлетают, а Кудряш и Зейн смотрят на меня выжидающе.

— Ну?

Делаю глубокий вдох и выпаливаю:

— Я поеду в столицу.

9. СИЕННА

— И когда ты собиралась сказать об этом мне? — говорит себе под нос Зейн, сверля меня обеспокоенным взглядом.

— Ты собираешься в столицу в одиночку? — спрашивает Трина с сомнением на лице.

— Нет, — твёрдо отвечает Зейн, будто только что для себя всё решил. — Она поедет со мной.

Я разворачиваюсь к нему.

— О чём это ты? Ты должен остаться. А как же Ариан?

Зейн встречается со мной взглядом.

— Разберусь. К тому же, Трей — мой брат. Если кто-то и должен ему помочь, так это я.

Трина и Кудряш выглядят так, будто их ударили.

— Ты только что сказал, что вы с Треем — братья? — неуверенно повторяет Трина, глядя на меня в поисках подтверждения.

Хотя мы уже несколько раз общались по линку с тех пор, как Трей очнулся, я так и не рассказала Трине правду. Мне казалось, что неправильно распространять это, пока Трей не знает. А теперь я жалею об этом своём решении.

Прикусив губу, я говорю:

— Да, но мы узнали это, только когда врачи провели анализ крови в доме Зейна, — я не пытаюсь объяснить, как Харлоу и Брайант перепутали младенцев. Никому это сейчас знать не обязательно. Да и вообще, это тайна Зейна, ему и рассказывать.

— Как такое возможно? Вы же вообще не похожи, — Кудряш подшагивает ближе, образуя более личный круг только из нас четверых.

— Мой папа имплантировал два разных эмбриона в матку Пенелопы Райдер. Два разных генетически модифицированных эмбриона, — поясняю я.

— Так Трей тоже гем? — шепчет Трина и тут же оглядывается назад, проверяя, что никто не услышал.

— Да, но пожалуйста, пусть это будет только между нами, — обращаюсь я к Трине и Кудряшу. — Трей пока что об этом не знает. Врачи решили, что это будет слишком для него, особенно пока в его памяти искажённая реальность.

Трина кивает.

— Конечно. Никому ни слова.

— И даже Нэшу?

— И даже Нэшу, — подтверждает Кудряш.

Я обвожу взглядом помещение. Нэш стоит в стороне, там, где раньше был планер.

— А куда делся самолёт? — спрашиваю я Кудряша, потому что именно он был со мной, когда мы приезжали сюда за оружием и амуницией после того, как лагерь был уничтожен.