Крыло Королевы (ЛП) - Торн Джессика - Страница 14

— Элара бы никогда не оказалась замешана ни в чём подобном. Её репутация безупречна, ваше высочество.

— Тогда позволь мне поговорить с ней, и мы это выясним.

Джондар стучит в дверь, перед тем как открыть её. Я удивлённо моргаю. Что он делает? Предупреждает её о нашем приходе? Антейцы явно не представляют, как нужно действовать в таких ситуациях. Я оглядываюсь на Шая, который, если это вообще возможно, выглядит ещё злее. «Он на взводе, а значит, бесполезен», — сказал бы мой отец. Шай выше этого. Должен быть выше.

Злость — плохой советчик в таких делах. К тому же, мы говорим о смерти Нериссы. Моей компаньонки, которая всегда была добра и заботлива. Моей подруги. Шай тоже вырос под её присмотром. Она заботилась о многих сиротах, чьи родители погибли на войне и которых наша семья взяла под опеку.

В это сложно поверить, но Шай справляется хуже меня. Скорбь — сильная эмоция, а вейрианцы всегда были горячим, эмоциональным народом.

— Останься здесь, — приказываю ему.

— Принцесса…

— Шай, — я вкладываю в голос нотки предупреждения, и, к моему удивлению, он отступает. Его челюсть напряжена, но он не возражает. Я захожу за Джондаром внутрь.

Элара выглядит ужасно. Идеальная причёска растрёпана, плохая кожа небрежно замазана косметикой, глаза опухшие и красные. Я молча рассматриваю её — намеренно прибегая к тактике доминирования, — и держу лицо бесстрастным и нечитаемым.

И долго ждать не приходится.

— Я ничего не сделала, — взывает Элара, заламывая руки. — Я подарила вино, это правда, но я ничего не знаю про яд. Зачем мне это? Джондар, скажи ей. Прошу, скажи ей. Не отдавай меня этим дикарям. Я ничего не сделала.

Дикарям. Какая прелесть. Именно этого я и ожидала от антейской знати. С другой стороны, судя по взглядам моих стражников у двери, у Элары, вероятно, есть все основания бояться.

Но если она сейчас играет, то в ней умерла великая актриса.

— Откуда ты взяла вино?

— Откуда? Я не знаю. Сказала своему секретарю, и он принёс, — в её голосе даже есть нотки возмущения, всего на мгновение, которые я могла бы ожидать от неё, а затем её лицо вновь искажается. Она снова начинает рыдать, икая между словами. — Я просто… просто хотела вам… что-нибудь милое…

Милое. Сомневаюсь. Она хотела преподнести что-то впечатляющее, баснословно дорогое, что показало бы её могущество и поставило бы меня на место.

— Где секретарь? — спрашиваю я, но Джондар уже говорит по маленькому коммуникатору, который носит на запястье. Он поднимает глаза, без колебаний встречаясь со мной взглядом.

— Все заперты в своих комнатах. Он должен быть здесь. Или где-то рядом. Она всегда держала слуг поблизости. Сейчас выясним.

Голос, который раздаётся в ответ, звучит искажённо, металлически, но достаточно разборчиво.

— Каюта 410, он внутри, прямо рядом с вами.

Прямо рядом с нами. Я собираюсь выкрикнуть приказ, но Шай уже действует. Все они — мои стражи, люди Джондара. Полный хаос. Даже Элара вскакивает с кровати, когда дверь напротив распахивается и в коридоре вспыхивает плазменный огонь.

Что-то твёрдое врезается в меня, я оказываюсь на полу, надо мной нависает чьё-то тело. Через секунду я осознаю, что это Джондар. Он прижимает меня к полу, прикрывая собой от выстрелов.

Я толкаю его, и это как пытаться сдвинуть скалу. Какого чёрта он творит? Защищает меня? Я слышу шум, приглушённый и жуткий, который вдруг прекращается.

Всё затихает. Всё. Наконец, Джондар поднимается, и я снова могу дышать. Подскакиваю на ноги, бросаю на принца испепеляющий взгляд и несусь к двери, в ярости на него, на них всех.

— Назад! — орёт Шай. — Охраняйте ту комнату. Том, он упал? Том?

В узкой каюте напротив на полу растянулось тело, руки разбросаны в разные стороны, рядом лежат два плазморужья.

Видимо, это и есть секретарь. Совсем, совсем мёртвый.

Шикарно.

Тишина накрывает нас, как тёплое одеяло летним вечером. Я прочищаю горло.

— Знаешь, его ведь можно было допросить, — едким тоном говорю Шаю. Снова мамины нотки. — Задать пару вопросов. Самых важных. А теперь не получится.

Шай смотрит угрюмо, ни капли не раскаиваясь.

— А ты как думала? Что мы просто позволим тебе стоять здесь и задавать свои вопросы, пока он стреляет?

Я возвращаю ему взгляд. Потому что он прав. Но и я тоже, чёрт возьми. Ситуация, как ни крути, скверная для всех. Кроме того, кто хочет меня убить. Сейчас, по крайней мере.

Настоящий командир задаёт вопросы и получает на них ответы. Чего бы это ни стоило. Вот что я должна делать. Собраться, сосредоточиться. Раздать указания и выяснить, кто стоит за всем этим.

— Обыщите комнату. Его вещи. Узнайте его пароль и проверьте историю коммуникатора. Проверьте всё.

Оказывается, отдавать приказы довольно просто. Это определённо моя задача, раз ничего больше мне не разрешается.

И тогда я вспоминаю про Джондара. Он пристально смотрит на меня. Его лицо настолько бледное, что могло бы выглядеть смешным при других обстоятельствах. Но это не смешно. Совсем.

— Принц Джондар? С вашего позволения?

— Моего… моего позволения, принцесса Беленгария? — он выглядит растерянным. И Элара всё ещё воет, голос хуже, чем сирена, что делу не помогает.

Он не знает, что делать, и вместо этого смотрит на меня. Я хватаюсь за эту возможность.

— Ваше позволение обыскать каюту убийцы и его вещи. Ваше позволение продолжить, — у меня ведь, на самом деле, нет таких полномочий здесь. И я не могу просто взять всё на себя. Не официально.

Он встряхивается, как человек, только очнувшийся от кошмара, и злость вспыхивает в его взгляде. Ах да, это она. Что же было до этого?

— Даю разрешение, принцесса. Олден, Фент, помогите им, — двое его стражей отрывисто кланяются, Шай выкрикивает указания им тоже. Я не двигаюсь с места, просто терпеливо жду. Вот моё оружие. Джондар выдерживает не дольше Элары. — Этого не должно было случиться. Мы не жестокие люди, ваше высочество. Держать при себе такое оружие, обращать его против других…

Нет, антейцы не такие. Насилие — не их путь. Для этого есть вейрианцы. Отравленное вино, однако, вполне в их духе… Я проглатываю язвительные комментарии, которые бы только усугубили ситуацию.

— Такое случается на войне, принц Джондар. А мы все втянуты в войну с гравианцами, — Эларе уже плохо от собственных рыданий, она вся как один большой комок нервов в красивом платье. — Можно вызвать ей врача с успокоительным?

— Да, конечно.

Он вновь обращается к коммуникатору на запястье, кратко поясняя ситуацию и вызывая врача, который приходит через несколько минут и уводит Элару, за ними следуют двое стражников.

— Ваши путешествия всегда так насыщенны событиями? — спрашиваю Джондара.

Он тяжело выдыхает.

— Обычно нет, — его коммуникатор пиликает, и он проверяет его, напрягаясь. — Мы уже почти готовы перейти в пространство Антееса. Королевский шаттл с планеты должен встретить нас на орбите, и антейм будет на борту. Мне следует дать вам время подготовиться.

Уже так скоро. На мгновение я почувствовала себя полезной, нужной, способной. А теперь это всё закончилось. Я просто обманывала себя, думая, что они позволят мне принять участие в расследовании. И как, во имя всех моих праотцов, я должна сама надеть одно из этих нелепых платьев? Но я не скажу ему об этом. Нет, я найду себе что-нибудь простое. Надеюсь, среди гор кружева там затесалось что-то из моей одежды.

Я думаю о Нериссе и чувствую ком в горле. Она бы помогла мне, дала бы множество наставлений. Она бы запомнила наизусть все их придворные обычаи, все мои обязанности и расписание. Я даже никогда толком не просматривала эти материалы, потому что была уверена, что она обо всём позаботится. А теперь… теперь она мертва. Я больше никогда её не увижу. Не смогу провести расследование, чтобы выяснить, кто на самом деле стоял за всем этим. И, вероятно, никогда этого не узнаю.