Полуночная звезда (ЛП) - Кинрейд Карпов - Страница 17

— Он еще ребенок, — напоминаю я ему. — Он вырастет из этого состояния. — Я надеюсь.

Поблизости нет бутылки вина, Ями смотрит на блюдо с мясом и сыром. Он ныряет с моего плеча головой вперед в еду. Его когти отталкивают сыр, а маленькие клыки впиваются в кусок свинины. Должно быть, это тот самый голод, о котором предупреждал меня Варис.

Дёрк кряхтит, глядя на еду, которая исчезает в воздухе для всех, кроме меня, и резко встает из-за стола, возвращаясь через несколько минут с бутылкой чего-то, что светится серебром, и двумя маленькими рюмками.

Он наполняет оба стакана и протягивает мне один.

— А это что такое? — Спрашиваю я его.

— Магия, — говорит он, осушая свой стакан одним глотком. Все его тело сотрясается, он кричит и хихикает, а затем его губы изгибаются в приятной улыбке.

Я нюхаю свой напиток, затем копирую его, принимая все сразу. Меня чуть не стошнило. Он обжигает мой пищевод, и я задыхаюсь, хватаясь за горло, ища что-нибудь, чтобы погасить огонь внутри моего тела. Я чувствую, как он разъедает подкладку моего живота!

Дёрк хохочет и хлопает меня по спине, а затем наливает нам обоим.

— Ты, должно быть, шутишь, — выдыхаю я, все еще задыхаясь и размахивая руками у своего рта.

— Единственный способ приручить зверя, — говорит он.

Я делаю еще один выстрел, и мой мир шатается. Дёрк улыбается мне, и я клянусь, что это первый раз, когда он смотрит на меня с чем-то, кроме отвращения или презрения. — Может, ты и не так уж плоха, — говорит он.

— Спасибо, я думаю.

Ями возвращается с пустой тарелкой мяса и нюхает мой напиток. Он издает рвотный звук, затем бежит обратно к моей шее и прячется за волосами. Я неудержимо хихикаю, и Дёрк хмурится.

— А ты не знаешь, почему это так важно? — спрашивает он, понизив голос.

Я перестаю смеяться и смотрю на него. — Почему что-то имеет значение?

— Это! — Он машет руками в воздухе, как бы охватывая все вокруг. — Ты. Полуночная Звезда.

— Я знаю, почему это так важно для меня, — говорю я, думая о мире, о Фэне. — А почему это так важно для тебя?

— Когда-то у меня был младший брат. Его звали Нат. Я помню то время, когда мы были маленькими, играя у грифонов. Он хотел прокатиться на одном из них, и я не успел его остановить. Чуть не сломал ему шею, а наша мать чуть не сломала мне задницу после этого. Я поклялся, что никогда больше не позволю, чтобы с ним случилось что-то плохое. Дёрк вздыхает и делает еще один глоток, а я молча жду. — Его уже давно взяли в плен. Захвачен вампирами. Я даже не знаю, умер он или живет как раб. Но именно он является причиной, по которой я помог начать это восстание. Чтобы найти моего брата. Чтобы вернуть его домой или дать ему покой раз и навсегда.

Я думаю обо всех тех Фейри, которых держат в плену вампиры. Кстати, Фэн. Я протягиваю руку и кладу ладонь на руку Дёрка.

— Он кивает. — Так вот почему ты так важна для меня, Полуночная Звезда. Я не хочу войны. Я хочу мира, мира, в котором мне не придется бояться за свою семью. И ты — единственный путь, который я вижу.

Я заставляю себя улыбнуться, хотя в глубине души не знаю, как мне это удастся. Ями меня не слушает. Друиды не пойдут за мной. А Люциан… я все еще боюсь того, что сделает король, если решит, что моя ценность пропала.

Я смотрю на Мадрид, которая все еще пьет в одиночестве, ее серебряное платье испачкано пылью и вином. — А как же она? Почему она так печальна?

Дёрк наливает мне еще рюмку. — Давным-давно Мадрид и Орен, огненный Друид, которого ты встретила сегодня вечером, были караси-духом сердца. Она ждала его возвращения много-много лет. Но Орен заставил ее выбрать: ты — Полуночная звезда или он. Она выбрала тебя.

Может быть, все дело в выпивке или несчастном вечере, но его слова ломают меня. Она пожертвовала своим сердцем, чтобы сделать то, что считала правильным. Я даже не могу себе представить, сколько сил на это ушло.

Я встаю, извиняясь перед Дёрком, и иду к Мадрид. Я сижу напротив нее, за столом, полным недоеденной еды, запачканной пролитым вином.

— Привет, Ари, — говорит она, заставляя себя устало улыбнуться. — Мне очень жаль, что сегодня все пошло не так, как мы надеялись.

— Не беспокойся об этом, — говорю я. — С тобой все в порядке?

Она уже собралась ответить вежливым «да», но тут ее лицо омрачилось печалью. Ее глаза наполняются слезами, и она делает глоток своего сияющего голубого напитка. — Я прошу прощения за то, что выказываю так много эмоций. Это неприлично.

Я держу руки открытыми, и в голове у меня зарождается идея. Ями запрыгивает в них. — Я думаю, мы можем помочь ей, Ями, как ты думаешь?

Ями смотрит на Мадрид, потом снова на меня. Надеясь, что он поймет, я сосредотачиваю свое внимание на том, что я хочу, чтобы он сделал. — Давай дадим ей немного любви.

Ями спрыгивает с моей руки и медленно идет к Мадриду. Он изучает ее лицо. Он светится ярче, его тело становится более чистым.

И я знаю, что он показал себя.

Ее глаза расширяются, и вся боль и печаль исчезают с ее лица. — Я… я вижу его!

Ями берет ее за руку и облизывает пальцы. Он забирается ей на плечо и мурлычет в ухо. Лицо Мадрид в эйфории. Слезы падают из ее глаз, но это слезы радости, когда она нежно гладит спину Ями. — Спасибо. Спасибо, Ями. — Она смотрит на меня снизу вверх, ее глаза полны удивления. — И спасибо тебе, принцесса Арианна.

***

На следующий день мои тренировки начинаются с самого страшного в мире похмелья. Я виню светящуюся серебряную штуку, которую мне дал Дёрк. Или, может быть, это был светящийся синий напиток, который я разделила с Мадрид. В любом случае, урок усвоен. Не употребляйте напитки, которые светятся.

Поскольку мы больше не находимся в воздушной деревне, у нас есть новое место обучения: мост из черного камня, перекинутый через подземную пропасть. Глубоко под нами в красном ущелье плавает магма.

Варис сидит напротив меня в позе лотоса, рисуя палочкой символы на земле. — У тебя усталый вид. Возвращайся в свою комнату, отдохни.

— Со мной все будет в порядке, — говорю я, зевая.

— Иди. У меня нет времени тренировать кого-то неподготовленного.

Я выпрямляю спину, скрещиваю ноги в позе лотоса. Как бы мне ни хотелось спать, я хотела бы научиться иллюзии. Мне нужно это сделать, прежде чем я смогу вернуться в Семь Королевств. — Я никуда не пойду.

Я ожидаю, что Варис пролает еще несколько команд, но вместо этого он ухмыляется. — Я рад видеть, что ты готова к этому. — Он что-то шепчет, и символы, которые он нарисовал между нами, превращаются в лужицу воды.

Я задыхаюсь, видя свое отражение в том, что только что было грязью. — Как же так?

— Со временем ты все поймешь. Во-первых, иллюзия. Ты помнишь заклинание?

Я киваю, закрываю глаза и сосредотачиваюсь. Когда мои мысли проясняются, мои чувства обостряются. Я слышу, как Ями облизывает свои когти, слышу стон магмы внизу. И я чувствую боль в своем теле. У меня голова раскалывается. Мои конечности очень чувствительны. Я недостаточно сильна, чтобы сделать то, что просит Варис. И если я потерплю неудачу… я помню Люциана, как он насмехался надо мной прошлой ночью. С тех пор я его не видела.

Зира хлопает меня по лицу своим крылом. — Что за…

— Она хочет, чтобы ты сосредоточилась, — говорит Варис. — И я тоже, очисти свой разум.

Я вздыхаю, делаю глубокий вдох и говорю убежденно: — Celare!

Ничего не происходит.

— Сосредоточься, — говорит Варис.

— Celare!

Ничего.

Celare! Celare! Celare!

— Ничего не меняется. — Простонала я. Варис настаивает, и я продолжаю пытаться. Мы проводим следующий час, практикуясь, но все, что это дает — это боль в горле.

Друид шагает рядом со мной, нахмурив брови. — Мне чего-то не хватает… — бормочет он себе под нос.

Зира хмурится, качая головой.

Я чувствую себя полным неудачником.

— Да… — бормочет Варис. — Может быть… — он садится рядом со мной. — Давай попробуем что-нибудь другое. Почему ты хочешь скрыть свои Фейри черты?