Полуночная звезда (ЛП) - Кинрейд Карпов - Страница 9

Леви фыркает, отбрасывая с глаз длинные белые волосы. — Это ты? Брат, ты отвечал за безопасность принцессы и потерял ее. Нам нужен кто-то более способный, чтобы спасти принцессу.

— Мне неприятно это говорить, но я не возражаю, — говорит Дин. Он не носит рубашку. Даже на встречу не ходил. — Она должна была стать моей в этом месяце, когда ты забрал ее. Теперь она ушла, а я все еще не получил свою очередь. Может быть, кто-то другой должен взять на себя инициативу в поисках Арианны.

Я рычу на них обоих.

Ниам встает и наклоняется над столом, его глаза проникают вглубь меня. Его голова чисто выбрита, темная кожа блестит от увлажняющего крема. Он одет в самую лучшую одежду, которую только можно купить за деньги, как всегда. Ниам никогда не испытывает недостатка ни в богатстве, ни в более прекрасных вещах. — Отступись, Фэнрис. Они говорят правду, и было бы глупо не прислушаться к ним. У тебя есть город, который нужно защищать и восстанавливать. Война, чтобы сражаться. Ты нужен, чтобы защитить все это королевство, в дополнение к своему царству. И твой месяц с принцессой Арианной закончился. Пусть кто-нибудь другой возьмет эту каминную полку, чтобы ты мог заниматься своими делами.

Да как они посмели? Я найду Арианну с их помощью или без нее, но это королевство будет проклято. Я буду.

— Я найду принцессу, — спокойно говорит Ашер. У него темная кожа под глазами. Должно быть, он не спал уже много дней. — Я знаю ее лучше всего, — он смотрит на меня, — после Фэнриса, который провел с ней больше времени. Я завербовал ее из ее мира. Я привел ее сюда. Она мне доверяет.

Леви хихикает. — А почему мы должны тебе доверять? Ты, кто всегда на стороне принца войны?

Ашер поворачивается лицом к Леви. — Ты думаешь, Ари пойдет с тобой, Леви? После того, что ты сделал с ней во время представления? Неужели ты думаешь, что она хочет иметь с тобой дело прямо сейчас?

Зеб ухмыляется и проводит рукой по своим коротким темным волосам. — В словах Ашера есть смысл. Ты был настоящим ослом, и она человек, а не тень или рабыня. У них есть идеи о равенстве и тому подобное. На данный момент она не в восторге ни от тебя, ни от Дина. Я поддерживаю Ашера, который должен был возглавить поиски принцессы.

Эйс все это время молчал, погруженный, без сомнения, в свои собственные мысли, но он смотрит на меня, медленно кивает, а затем обращает свое внимание на группу. — Я тоже голосую за Ашера. Он находится в лучшем положении, чтобы найти принцессу и привести ее домой, позволяя Фэн защищать царство и Королевство.

Леви, Дин и Ниам голосуют против Ашера. Сейчас уже три к трем. Я — решающий голос. Понятно, что если я не встану на сторону Ашера, то вместо него могут быть выбраны Леви или Дин. — Я вздыхаю. — Найди ее, брат, — говорю я Ашеру. — Найди ее и держи в безопасности. — В моем голосе явно слышится «иначе», и он кивает. Я знаю, что он понимает, и, хотя он потерял часть моего доверия со своей недавней ложью, я действительно верю, что он хочет, чтобы Арианна была в безопасности.

Дин пожимает плечами. — Хорошо, Ашер подойдет. Просто дай мне мою принцессу. У меня есть для нее планы, которые, я уверен, заставят ее передумать.

Ублюдок смеется, а я рычу.

Ашер предостерегающе кладет руку мне на плечо. — Не сейчас, Фэн. Сейчас не время.

Я поворачиваюсь и выбегаю из комнаты. Меня мало волнует, что думает Совет. Я собираюсь найти женщину, которую люблю.

Когда я выхожу из комнаты, голос Эйса останавливает меня. — Фэнрис… — мы одни в коридоре, но я не поворачиваюсь к нему лицом, боясь того гнева, который извергну.

Я слышу, как Эйс подходит ближе. Он говорит очень тихо. — Я знаю, куда ты идешь. И я знаю почему. Но подумайте об этом, прежде чем действовать опрометчиво. Твой народ пал. Им нужен их принц. Что ты выберешь, принц войны? — Он подходит ближе. — Кого ты спасешь?

Глава 4

ТЕМНОТА

— Когда демоны спустились с небес и убили высших Фейри, духи оставили нас.

— Мадрид

Я стою голая перед большим зеркалом в своей спальне. Эльфы заперли меня в той же комнате, что и раньше, но на этот раз они сняли все шторы. Мой белый халат лежит грудой у моих ног, пока я обдумываю, что надеть сегодня. Мой выбор ограничен платьями в светло-голубых и белых тонах с мягкой струящейся тканью. Я поднимаю голубое платье, изучая свое отражение, затем меняю его на белое, когда мужской голос пугает меня.

Я поворачиваюсь, прикрываясь белым платьем.

— Мне больше нравится голубой цвет на тебе, — говорит Ашер, даже не потрудившись скрыть ухмылку.

Я бросаю голубое платье на пол и натягиваю белое через голову в небольшом акте неповиновения. Я даже не пытаюсь быть скромной. Пусть себе извивается. Я не стыжусь своего тела.

Он хихикает. — Обратная психология. Работает каждый раз. Белый цвет более поразителен.

Мои щеки горят, и я хочу бросить ему какое-нибудь оскорбление, но он спас мне жизнь прошлой ночью, так что я думаю, что должна ему… что? — Вежливость? Может быть, если он будет вести себя хорошо.

Я сажусь на стул у окна, выходящего на север, и он ставит поднос на деревянный стол рядом со мной. Он полон еды и вина. Я откусываю кусочек от фруктов, орехов, сыра и хлеба, а затем делаю глоток своего напитка. Он легкий, сладкий и освежающий.

— Я пришел помириться с тобой, — говорит он.

— А разве ты уже не пытался?

Он хихикает и поднимает бинты. — Я также пришел перевязать твою рану.

Я протягиваю руку, и он пододвигает ко мне стул и разматывает повязку, закрывающую следы когтей, оставленные грифоном. Я вздрагиваю, когда повязка прилипает к засохшей крови.

— Извини, — говорит он, вздрагивая вместе со мной.

Он вытирает ее мокрой тряпкой и втирает в нее фиолетовую мазь. — Похоже, она хорошо заживает, — говорит он, перевязывая ее чистыми бинтами. — Знаешь, Мадрид могла бы ускорить восстановление с помощью магии.

Как только он заканчивает, я отстраняюсь и возвращаюсь к своей еде. — Мне не нужна ее магия. И в любом случае я здесь недолго пробуду. Я найду способ сбежать, — говорю я ему.

— Он хмурится.

— С Фэном все в порядке? Вы его не видели? — Я предполагала, что Фэн исцелился и почувствовал зов крови, но у меня нет никаких доказательств.

— Он зол, но жив, если ты это имеешь в виду.

Я киваю, утешенная этим фактом, и набираюсь смелости в своем следующем заявлении. — Ты не можешь держать меня здесь вечно. В конце концов, Фэн найдет меня, и когда он поймет, что ты держишь меня в плену, он убьет вас всех. — Я говорю эти слова, зная, что они правдивы, но я не хочу, чтобы кто-нибудь умер. Я не ненавижу Ашера, даже если не совсем понимаю, что он делает и почему. И я не хочу, чтобы Фэн застрял в середине кровавой войны со своими братьями из-за меня. Должен быть лучший способ.

Ашер садится по другую сторону стола и делает большой глоток из своего бокала. — Ты совершенно права. Он придет за тобой. И хотя сейчас он не может до тебя добраться, он не сдастся. Но ты чуть не погибла прошлой ночью, пытаясь сбежать. Готова ли ты снова рисковать своей жизнью?

— Если это необходимо, — без колебаний отвечаю я. — Я устала от того, что меня считают пешкой в чужих играх. Как собаку, подчиняющуюся своему хозяину.

Он вздрагивает, когда я бросаю ему слова его отца обратно. — А что, если я смогу устроить так, чтобы ты уехала отсюда и снова встретилась с Фэном? Без смертельно опасных попыток побега или гражданской войны?

Я наклоняю голову и кладу виноградину в рот. — Я тебя слушаю.

— Пойдем со мной, поговорим с моим отцом, Мадридом и Дёрком. У меня есть план, но ты должна мне доверять.

***

— И что ты предлагаешь? — Король Люциан недовольно морщится. — Это же безумие!

Я прикусываю язык и жду. Ашер сказал, что я должна ему доверять. — Нет, не совсем так. Но я должна верить, что он может продать этот план Люциану. Это мой единственный шанс. Тем не менее, моя спина напряжена, когда я кладу руки на крепкий деревянный стол, за которым мы все сидим.