Изумрудный грифон (ЛП) - Райан Руби - Страница 34

— Ты ощущаешься потрясающе, — сказал он.

Я сжала его член одной рукой и ласкала себя другой. Его удовольствие было моим — приглушенное ощущение через нашу связь. Мне нравилось, что могу заставить его чувствовать такое.

Неуклюже, я расстегнула свои джинсы достаточно, чтобы засунуть туда руку и зажечь желание в клиторе.

Дыхание Итана участилось, пока я касалась себя, каждый вздох его отправлял ударные волны удовольствия через мое собственное тело. Я хотела заставить его кончить, вытащить каждую каплю его спермы из тела, почувствовать доказательства экстаза. Мое желание побуждало меня делать это все быстрее и быстрее, пока не застонала в его член.

— Я хочу тебя, — вздохнул он, сжимая руки в моих волосах. — Я хочу тебя.

Итан подтянул меня к губам, целуя, пока я стягивала джинсы и трусики до конца. И прежде, чем мы пошли на диван, он затащил меня на колени, его жесткие бедра создавали платформу для моего тела.

— Я тоже хочу тебя, — сказала, опуская мокрую киску на его влажный член.

Кончик легко скользнул, а затем я толкнула все свое тело вниз, грубо и отчаянно, чтобы почувствовать его внутри. Боль была чудесной и знакомой, то, как он растянул мои внутренние стеночки и наполнил меня. В течении нескольких ударов сердца все, что я могла сделать, это тереться об него, задыхаясь и пробегая руками по остальным частям его тела.

Пальцы Итана сжались в моих волосах. Он дернул меня к своему лицу, грубо целуя и кусая нижнюю губу, как животное. Как зверь, который был глубоко внутри него, готовый освободиться по моей команде. Потому что это было моим: управлять им, моим грифоном, моей парой.

Мы были командой, партнерами в чем бы то ни было.

Я поставила ноги и приподняла бедра, чувствуя замечательное трение. Итан откинулся на спину, и я любовалась его телом с этого ракурса, изгибами и неровностями его мышц, картой рельефа сексуального мужчины. Я опускалась вниз до тех пор, пока мои ягодицы не прижались к его бедрам.

Итан обнял меня за спину, когда я оседлала его.

Все быстрее и быстрее я скакала, раскачивая ножки барного стула. Итан двигался вместе со мной, все его тело толкалось, все сильнее и сильнее, когда он приближался, снова и снова проникая в меня. Я отчаянно хотела попробовать его губы, поэтому поцеловала его снова, на этот раз с языком, и мы застонали вместе от жгучего желания.

Итан застонал, как дикое животное, и я отодвинулась посмотреть, как экстаз отразился на его лице, когда он кончил. Парень прижал мои бедра к себе, не позволяя мне двигаться, и я крепко сжалась вокруг него.

Улыбка стала расползлась по его лицу, а затем мы упали.

Я вскрикнула, когда мы рухнули на пол, ударившись плечом о пол. Итан ударился так же сильно, вздрагивая от боли.

— Ау-у, — сказала я, почувствовав боль в плече.

Его рука немедленно поднялась к моей щеке.

— Ты в порядке?

— Более чем в порядке, — хихикнула. — Я люблю тебя.

Слова автоматически вырвались, что-то, о чем я и не думала говорить. Что-то незапланированное. Но я произнесла их, и как только слова покинули мои губы, я поняла, что это и имела в виду.

Замерла и попыталась придумать, как исправить ситуацию. Но вместо того, чтобы ужаснуться, лицо Итана прояснилось.

— Я тоже тебя люблю, — сказал он, и эмоции заиграли в его глазах. — Это безумие, и это не имеет смысла, но я люблю.

— И не говори.

Я нервно рассмеялась, и он притянул меня к себе.

— Не безумнее, чем все остальное на этой неделе.

Мы прижимались своими обнаженными телами, распростертыми на жестком деревянном полу, не заботясь о том, что были и более удобные места, где мы могли бы полежать.

В конце концов мы встали. Лучшая история, которую мы придумали, была в основном правдой: какой-то психопат с татуировками пламени по всему телу преследовал меня неделями и, наконец, решил действовать. Он похитил меня, отвез в убежище в Луизиане, а Итан выследил с помощью приложения «Найти друзей» на наших Айфонах. Татуированный мужчина поджег дом и убежал, и как только тот сгорел, мы тоже сбежали.

В полиции сказали, что мне нужно будет посетить участок, чтобы подать заявление лично, но, так или иначе, они, казалось, купились. Подтвердили это инцидентом в Форт-Уэрте и звонком, который дракон сделал в мое временное агентство.

Но это было проблемой для другого раза. Мы с Итаном должны многое еще сделать. Если бы его не повысили, мне бы пришлось официально уйти из временного агентства. Я не была уверена, как отразятся на нас офисные отношения, но уверена, что все возможно. И, конечно, все это время где-то там был дракон, зализывающий раны, ожидающий своего часа.

— Не так много перца, — сказала я, наблюдая, как Итан перемешивал пасту в миске.

— Я хочу, чтобы ты знала семейный рецепт. Любое отклонение от точных ингредиентов приведет к великому позору и бесчестию моей семьи!

— Перец заставляет меня чихать, — сказала я. — Он заставляет меня сильно чихать. Тебе не нужны мои сопли поверх всего ужина.

Итан повернулся, чтобы посмотреть на меня.

— Так уж и быть. Но моя бабушка итальянка перевернется в своем гробу.

Мы ели пасту пенне с курицей, и даже без перца было вкусно. Я улыбнулась Итану, моему мужчине, моей паре, и это слово звучало правильно, когда все встало на свои места. Я потянулась и взяла его за руку, и он сжал ее с улыбкой.

Нам еще многое предстоит сделать, и еще многое неизвестно.

Но что бы ни случилось, мы сделаем это вместе.

Глава 30

Итан

Было 4 часа ночи, и мое тело было идеально прижато к Джессике, как кусочек паззла, когда я это почувствовал.

Я вскочил прямо в кровати.

И сразу понял, что это. Пульсирующее чувство, одновременно чужое и знакомое. Оно исходило из другой комнаты, притягивая меня к себе, как магнит.

— Что случилось? — перевернувшись, пробормотала Джессика.

— Оставайся здесь.

Я выскользнул из кровати и подошел к двери, остановившись взглянуть на тотем грифона на тумбочке. Я всегда следил, чтобы он был рядом с Джессикой. Уже на автомате необходимая проверка.

В гостиной было темно, но мне не нужен был свет для ориентирования. Я обошел барную стойку и направился к укромному уголку возле кухонного стола, где стояла громоздкая фигура, накрытая одеялом. Я мог видеть сквозь ткань пятна, линии, где свет сиял и раскрывал каждое отдельное волокно ткани. Осторожно, словно приближаясь к дикому животному, я снял одеяло.

Блестящий свет пробивался сквозь щели деревянного сундука, распространяясь во все стороны, по полу и вверх по стене.

Голубой свет.

Пульсация была оглушительной, пронзительной и настойчивой. Если бы кто-то вошел в комнату и предложил мне портфель, полный стодолларовых купюр, лишь бы я отступил от сундука на несколько секунд, я бы не смог.

Я потянулся к замку, и он тяжело упал на пол.

Нервными пальцами я открыл крышку.

Свет должен был быть ослепляющим, раз он так сильно пробивался сквозь щели, но он был спокойным, когда я обличил меч. Спокойный и терпеливый, когда я был рядом. Я поднял меч: одну руку положил под лезвием, а другой держал навершие, и, вытянув его перед собой, перевернул.

Зеленый камень в оправе, изумруд, все еще светился. Но он был уже не единственным. Круглый сапфир над ним сиял так же ярко. Два камня, что были в сознании и живы.

Не просто драгоценные камни. Грифоны. И я чувствовал, понимал и чуял, кто был Сапфировым Грифоном.

Теперь, когда меч заставил меня осознать это, он больше не пульсировал. Я с благоговением положил его обратно в сундук, закрыл, запер крышку и побежал обратно в спальню.

— Что происходит? — спросила Джессика, — теперь она сидела в постели с беспокойным лицом. — Что это был за свет?

Но мой взгляд был направлен только на мобильный телефон, который я практически оторвал от зарядного устройства. Я открыл список контактов, нажал большим пальцем по нужному имени и дрожащей рукой прижал телефон к уху.