Английский для миллионеров (СИ) - Корсарова Варвара - Страница 68

— Ладно-ладно, — ответила Даша и с шумом допила сок.

— Не хлюпай, — сделал замечание Петр. За одну ночь он все же не превратился в идеального отца.

Пришло время собираться.

Помня о предстоящем свидании, Марианна надела блузку с открытыми плечами, широкую струящуюся юбку, накинула пиджак. Получилось скромно, но с намеком.

Она накрасила ресницы и тронула помадой губы. Пульс упруго бился в ее жилах, а кровь словно превратилась в шампанское — радостное предвкушение кипело миллионами искрящихся пузырьков.

Вышла в коридор и в нерешительности остановилась у спальни Петра. Он был у себя — слышно, как ходит. Ей хотелось поговорить с ним перед выездом.

Она подняла руку, не решаясь постучаться. Но тут дверь открылась и Марианна вздрогнула. На Петре были джинсы, а рубашка была расстегнута, отчего он выглядел ужасно сексуально.

— Это ты, отлично! — обрадовался Петр и за руку завел гостью в комнату. Марианна быстро огляделась. Спальня Петра была очень просторной, светлой, типично мужской: ничего лишнего.

— Как раз хотел позвать тебя. Помоги правильно одеться на наше с тобой первое свидание. Если буду в галстуке, ты будешь меня стесняться? За что вы так ненавидите галстуки, а, Марианна Георгиевна?

Он весел, шутит, говорит громко — неужто нервничает и смущается, как мальчишка? Да ну, быть не может.

Марианна облизала внезапно пересохшие губы, прежде чем ответить:

— Вы… ты всегда одеваешься со вкусом. Мне очень нравится. И в галстуке, и без. В тот раз я сказала чепуху. Не надо было меня слушать.

— Я не прочь сменить стиль, — Петр улыбнулся и сдвинул дверцу шкафа. — Мы сегодня пойдем в одно богемное место. Хм, вот эта рубашка подойдет? Как там говорят… стиль кэжуал?

— Отлично, — кивнула Марианна, пытаясь свыкнуться с новой ролью — консультанта Петра в выборе прикида. Она не могла поверить, что он советуется с ней по такому вопросу. Это новая степень доверия. Глядишь, скоро носки ему вместе покупать будут. Она развеселилась от этой мысли и сказала:

— Подожду тебя внизу.

Она открыла дверь и почти вышла, как замерла на месте.

Петр снял рубашку, чтобы переодеться.

Марианна не смогла закрыть дверь. Она завороженно смотрела на его спину, на его жилистые, рельефные предплечья. Он немного повернулся. И — вот! — та самая татуировка на плече, о которой проболталась Даша!

Как зачарованная Марианна тихо подошла к нему… Петр встряхнул рубашку, собираясь надеть, но в этот момент Марианна коснулась его плеча.

— Что это? Ничего себе! Щит, дракон… группа крови? Первая положительная. Это армейская татуировка?

Она медленно обвела рисунок пальцем, а потом осмелела: положила на его грудь распластанную ладонь и замерла, упиваясь новым ощущением.

— Я думал, ты ушла, — он посмотрел на нее в упор без улыбки. — Это — так, юношеская глупость. Но и доброе воспоминание. Когда я служил, уже встал на верный путь, но все же еще был дерзким и безбашенным, — пояснил Петр, а потом вдруг накрыл руку Марианны своей.

— Пожалуйста, не касайся меня сейчас, — сказал он низким голосом, от которого у нее по спине пробежали мурашки. — Не провоцируй. Иначе мы никуда не поедем. Иначе я запру дверь, а потом…

Он дотронулся до ее шеи и медленно провел пальцем по ключице. А затем вздохнул, убрал руку и отвернулся.

— Иди, — сказал он мягко. — Подождите с Дашей меня у гаража, ладно? Скоро буду.

Марианна смутилась и быстро вышла из комнаты, мысленно ругая себя. Наверное, она слишком много себе позволила.

Интересно, осталось в Петре нынешнем что-то от дерзкого и безбашенного Петьки? Кроме плохонькой татуировки, которую набил синими чернилами криворукий армейский умелец?

***

Пока добирались до города, Даша горько вздыхала. Она уже забыла, как хорошо провела время на занятии в прошлый раз. Другие удовольствия казались ей важнее. Марианна разговаривала с ней и старалась вновь заразить ее азартом. Кажется, получилось: в кабинет Даша вошла с улыбкой. К ней сразу прилипли девочки, с которыми она познакомилась в прошлый раз, завязалась оживленная беседа.

Марианна помахала ей на прощание и спустилась к Петру. Он не стал ждать в автомобиле, а стоял у входа.

— Ну, Марианна Георгиевна, вы готовы отправиться со мной на свидание? — спросил он с усмешкой, от которой у Марианны захватило дыхание. — У нас два часа. Жаль, немного. Рядом есть хорошее арт-кафе, знакомые рекомендовали. Заглянем туда. Думаю, тебе понравится. Слушай, — он на ходу положил ей руку на талию и немного притянул к себе. — У тебя красивое имя, но можно, я буду называть тебя короче? Как тебя называют близкие? Мари?

— Маша. Просто Маша, — сказала Марианна хриплым голосом. Она засмотрелась в его зеленые глаза и чуть не споткнулась.

— Маша, — он удивленно покачал головой. — Ну какая же ты Маша, когда ты — прекрасная, экзотическая туземка Мари…

Его комплимент не обрадовал Марианну.

— Большую часть времени я не экзотичная туземка, а самая обычная Маша. Маша-растеряша, Маша-забываша, Маша-простокваша. Пусть у меня темная кожа, и волосы как спиральки, пусть я танцую африканские танцы, но я самая обычная девушка.

— Ну уж нет. Обычного в тебе нет ничего. Так, сюда… мы на месте.

Марианна подняла глаза и похолодела. Они стояли под хорошо знакомой ей вывеской: «Арт-кафе «У бродячей собаки»».

Петр привел ее в то самое кафе, где она когда-то трудилась баристой. То самое, где были сделаны злосчастные фотографии с русалочьим хвостом. Из-за которых она потеряла работу в школе.

Марианна вошла в хорошо знакомый холл. Здесь было прохладно и гулко, пахло крепко обжаренными кофейными зернами. Она улыбнулась. В клубе ничего не изменилось. Ей нравилось приходить сюда после занятий в университете, и работалось с удовольствием. Эта работа была ее маленьким актом протеста против бабушкиной власти.

— Неплохое место, — заметил Петр осматриваясь. На стене у гардероба висели африканские маски, испанские веера и открытки с видами островов, о которых мечтается в детстве, где зеленеют пальмы, плещет море и пиратская каравелла уже встала на рейд.

— Это отличное место! — Марианна улыбнулась и вздохнула. — Директор клуба большой романтик и выдумщик…

Она повернулась к Петру и натолкнулась на его внимательный взгляд.

— Когда я училась в вузе, вечерами стояла здесь за стойкой баристы, — призналась она с легким трепетом.

— Наверное, ты хорошо разбираешься в кофе?

— Совсем не разбираюсь. Гораздо важнее было запомнить постоянных клиентов по именам.

— И долго ты тут подвизалась?

— Несколько месяцев. Иногда… помогала другим ребятам. Участвовала в мероприятиях.

— Будет интересно про это послушать.

Ей показалось, или в его голосе прозвучали те же нотки, что у инквизитора, который спрашивает подозреваемую о тонкостях организации шабаша, а сам в это время мысленно выбирает сорт дровишек для костра?

Петр взял Марианну под руку и повел в зал. Она сказала, не глядя на него:

— На моей прошлой работе в школе был неприятный казус, когда директриса узнала, что я тут подрабатывала.

— Разве это место пользуется дурной репутацией?

— Вовсе нет! Здесь часто проводят мероприятия для подростков и пенсионеров. Вечера танцев, игры в мафию…

— Сегодня как раз ожидается что-то подобное, — Петр показал на плакат с пальмами и надписью: «Только сегодня! Неподражаемый Леонсио Гонсалес проводит «Танцевальный полдник!» Погрузись в ритмы страстной кизомбы!»

— О, Леонсио еще тут! — обрадовалась Марианна. — Вообще-то его зовут Леня Хрунько, но он жгучий брюнет, похож на горячего латинянина, и это нравится посетителям. Так он представляется: дон Леонсио, эмигрант из Аргентины, учитель танцев.

— Ты с ним встречалась? — спросил Петр ревнивым голосом. Это ей понравилось

— У него жена и двойняшки! И вообще он не в моем вкусе. Мне нравятся… мужчины другого типа. Русоволосые, серьезные, с зелеными глазами.

Услышав это, Петр приосанился. Они вошли в зал. На Марианну разом нахлынули воспоминания.