Полночь на высоких каблуках (СИ) - Рис Кларисса - Страница 26

— А? — не отрываясь от очередных бумаг, протянул финансовый директор.

— Отвлекись, — все так же шепотом продолжала я.

— Наташа, — подняв голову, он стащил очки и потер переносицу, — ты уже проснулась?

— Как видишь, — халат едва прикрывал теплое и расслабленное ото сна тело.

— Замечательно, — потер руки мой почти жених. — Как думаешь, Юра уже готов объяснить, как умудрился потратить на проститутку за один вечер десять тысяч?

— Может, его просто лесом послать? — настроение медленно поползло вниз.

— Не расстраивайся, — собеседник откинулся на кресле, — но до возвращения домой все это входит в твои обязанности. Увы, приватизировать тебя я все еще не могу.

— Но ты можешь сделать так, — туманно прошептала, нагибаясь над столом, — чтобы я не вспоминала об этой ужасной участи минимум пару часов.

— Думаешь? — медленно в карих глазах начали появляться черти.

— Уверена, — поведя плечом, плавно спустила халат, обнажая грудь полностью.

— Наш бюджет тут по швам трещит и кровавыми слезами обливается, — продолжая гипнотизировать меня взглядом, Максим медленно провел по моей шее холодным кончиком ручки, — а Вы столь ехидно и вызывающе провоцируете меня на нерабочую атмосферу?

— Ум, — задумчиво промычала от будоражащего холодного прикосновения. — Его уже не спасти, а вот меня еще можно.

— И как же Вас спасать, моя дорогая? — кончик переместился на грудь, задевая сосок.

— Потушить тот пожар, — выгнула поясницу, выставляя грудь сильнее, — который разожгли.

— Какая плохая секретарша, — пальцем Максим провел по мои губам. — А плохих работников либо увольняют, либо наказывают. Что выбираете, Наталья?

— Накажите меня, босс, — простонала я и облизнула кончик пальца.

— Какое наказание предпочитаете? — мужской палец погрузился мне в рот.

— В любой форме, которой захотите, — медленно начала посасывать предложенное угощение.

— Пожалуй, начнем с устной формы, — руки исчезли. — А потом уже решим по ходу Вашего исправления. Засчитаем отчет задним числом или приму у Вас месячный отчет без поправок.

— А устную форму Вам в каком виде?

Игра начала дико меня возбуждать.

— В полной, Наталья, в самой полной, до самого двоеточия.

Документы почти мгновенно слетели с поверхности стола.

— А возможно получить обратную форму наказания? — нахально вскинула бровь и перевернулась на спину.

— Посмотрим на методологическое обоснование вашего сообщения, — медленно на уровне моих глаз ловкие пальцы начали расстегивать ширинку.

— Постараюсь обосновать вопрос и довести дело до конца, — облизнула губы.

— Окончательное решение по вопросу будет не для устного объяснения.

Под брюками трусов, к моему восторгу, не обнаружилось.

— Тогда придется найти критерии для усовершенствования терминологии и использования двоеточий.

Закинув руку за голову, немного отклонилась назад.

— Вот с обработки двоеточий можете и начинать, — сильные пальцы гладили упругую плоть. — А там уж посмотрим, насколько сильна потребность в сдаче устной формы.

— Конечно, шеф.

Пошло улыбнувшись, сама потянулась к первым ласкам.

На этот раз в сексе не было ни капли страсти и скорости. Все плавно, медленно и тягуче. Каждое движение языков, рук и тел сводило с ума, погружая в бездну настоящего наслаждения. Такого необузданного и сильного, что сводило пальцы на ногах и живот захватывало судорогой возбуждения.

С каждым новым мгновением чувства вспыхивали все ярче и ярче, разжигая страсть и томление. Мне даже не верилось, что сейчас все происходит по-настоящему. Эти руки не были плодом моей фантазии, они в самом деле гладили и ласкали меня. Губы крали мое дыхание, с каждым новым выдохом запирая сознание в клетку желания.

Чем ниже опускались поцелуи, тем сильнее сердце заходилось в бешеном ритме. Стоны становились все громче и отчетливее, превращая игру в настоящее наслаждение, такое вязкое и липкое, что мы уже не могли из него выбраться. Такое возбуждающе чистое и в то же время порочное до самой запретной черты наслаждения.

Голова кружилась, и даже жесткая столешница больше не воспринималась телом как что-то неудобное. Больше вообще ничего не существовало вокруг, только эти горящие страстью глаза, жадные руки и губы, хриплое дыхание и томительные движения. Страсть приобретала такое причудливое сочетание нежности и желания, что это была просто клиника.

Мы оба словно с ума сошли. Окунулись с головой в этот водоворот возбуждения, теряя остатки разума и самообладания. Голодные и дикие поцелуи и ни капли жестокости в движениях. Упиваясь эмоциями друг друга до пьянящего дурмана перед глазами. Так необычно и так правильно, что хотелось кричать еще сильнее, оповещая весь мир.

Здесь и сейчас мы были только вдвоем, любили только друг друга, и мир словно выключился. Реальность поставили на паузу и не собирались больше включать. Да и зачем она нам в такой момент? Все остальное было лишним!

Поцелуи и ласки становились все откровеннее, перерастая в настоящий танец языков и тел, кружа в своем безумном ритме. Медленно, слишком медленно! Мы не могли насытиться друг другом. Только не так мало, только не так быстро! Не здесь и не сейчас, мир подождет, жизнь тем более.

Прижавшись щекой к теплой груди, я тяжело дышала. Тело не слушалось и парило где-то отдельно от меня в неведомых далях наслаждения. Такое счастливое послевкусие не давало мне усомниться в собственной адекватности. И вообще, кому какая разница, если мы любим друг друга? Любовь не имеет формы, это самое волшебное и потрясающее чувство на земле. И вот я, наконец-то, могу с головой погружаться в него и не переживать по мелочам.

— Ты как себя чувствуешь? — Максим приподнялся, освобождая меня из плена собственного тела.

— Замечательно, — счастливо улыбнулась своему мужчине.

— Не мешало бы поесть, — поцеловал он меня в кончик носа. — Иди в душ, а я пока закажу нам еду и вино. Стоит наконец-то отпраздновать наш скорый брак. А то со всей этой нервотрепкой мы даже не присмотрели тебе кольцо.

— Не говори про похищение, — соскочив со стола, отвернулась. — Даже вспоминать не хочу об этом.

— Ладно, бегом в душ, — в награду я получила шлепок чуть ниже поясницы.

— Гад, — прошипела на низких полутонах.

— Любимый, — поймав меня и зацеловав, Макс рассмеялся. — Не забывай добавлять это слово.

— Ты тоже не забывай, — укусив его за нижнюю губу, попыталась напроситься на продолжение.

— Нет, — отстранили меня от горячего тела. — Нам вещи еще собирать.

— Хорошо, — приняла я довод.

Теплая вода позволила успокоиться и привести мысли в порядок. Действительно, у нас на сегодня еще куча планов — нужно брать себя в руки. Послезавтра у нас начинается счастливая жизнь без моей работы, и тогда мы уже сможем оторваться по полной программе. И к чему так спешить? У нас вся жизнь впереди. Никуда Максим от меня не денется, и я от него не сбегу.

Очень поздний завтрак меня порадовал до глубины желудка. Оказывается, за всеми переживаниями я просто не замечала, насколько голодна. Мой любимый мужчина только смеялся и отдавал мне самое вкусное со своей тарелки. Так мы и сидели, болтая ни о чем и старательно обходя все темы, связанные с работой.

Я не ожидала, что странный отпуск в солнечной Ницце закончится вот таким вот образом. Можно было от Юры подлянки ожидать, но я даже не могла представить, что Максим прилетит сюда и сделает мне предложение. Хотя? Все что ни делается — все к лучшему! 

ЭПИЛОГ

Утро встретило меня ярким солнышком и привычным видом из окна. Как хорошо было вернуться домой и понежиться в собственной постели. С сегодняшнего дня я официально неработающая, и могу позволить себе не вылезать из кровати до самого обеда.

Еще вчера я едва от радости в обморок не упала. Даже многолюдный аэропорт на второй план отошел — с таким удовольствием я взирала на угрюмое лицо Юрия, который остался без секретарши. Радость Максима я списывала на его блаженное состояние от моего согласия.