Полночь на высоких каблуках (СИ) - Рис Кларисса - Страница 5

Подруг особо у меня никогда и не было, а после того, как начала работать на Юрия Анатольевича, даже со старыми почти перестала общаться. Все девушки либо стремились построить удачную карьеру, либо хорошо закончить институт, либо побыстрее выскочить замуж за какого-нибудь толстосума.

И ни одна из них не понимала, как я могу находиться двадцать четыре часа в сутки семь дней в неделю рядом с мужчиной, который занимает первое место в списке самых завидных мужчин Москвы. Только слепоглухонемая не хотела выйти замуж за Юрий Анатольевича. Но мой шеф настолько сильно меня достал, что никакие деньги не могли обелить в моих глазах его черствое сердце и самовлюбленность, которая так и била через край.

Какая-нибудь девушка обязательно заикнется о том, что выйти замуж за такого мужчину — это светлая мечта и дорога в безоблачное будущее. Но я на это только посмеюсь. Выйти замуж за такого мужчину — это геморрой побольше, чем проблемы с налоговой, прокуратурой и всеми остальными органами сразу. От тех хотя бы можно избавиться, а этого уже не переделать: он как был зазнавшимся и самовлюбленным гадом, так им и помрет.

А если рассматривать такие перспективы для совместной жизни, то уж лучше быть одной, чем с таким мужчиной, как он. Это невероятная головная боль — каждый день выслушивать его нытье и понимать, что его уже не изменить. Он так и останется таким же нытиком, который в первую очередь думает о себе, а потом уже обо всем остальном.

Единственное, что, кроме себя, ценил наш шеф, - это мнение своей матушки и заботу о фирме. Всего остального мира для него просто не существовало. Таким поведением он словно пытался всем доказать то, что независимость его компании никогда не будет под угрозой. Вот только сама компания от этого страдала. Точнее страдал весь многочисленный персонал, работающий на такого босса.

Как руководитель он, конечно, был идеальным и не вызывал вопросов, но как человек был невыносим! Такое ощущение, что работаешь с тираном. Только те обычно угнетают и вгоняют людей в состояние полной подчиненности, а наш шеф любил только себя и зациклился только на себе, остального персонала для него не существовало, за редким исключением.

В список таких исключений попала я как его личная помощница и Максим Михайлович как единственный собутыльник, способный его терпеть более десяти минут. Все остальные просто не существовали для этого человека, оставаясь где-то там, за пределами мира, в котором он жил. И вот с таким вот кто-то собирается связать собственную жизнь? Да три раза ха-ха!

Могу поставить всю свою годовую зарплату на то, что его жена сбежит от него на следующий день после первой брачной ночи, когда узнает, каким самовлюбленным эгоистом является ее муж. Если для прессы и камеры он выглядел таким суперсексуальным мачо, то на деле это был достаточно амбициозный и решительный человек, который привык пользоваться собственным положением, внешностью и деньгами.

Но делать что-либо без выгоды для собственного кармана он никогда не будет. Возможно, это и привлекает в нем многих инвесторов и спонсоров. Они понимают, ради чего отдают собственные деньги. Но для совместной жизни и детей я считала такого человека непригодным. 

ГЛАВА 4

Во сне я видела белоснежные вершины, укрытые легкой пеленой невесомой сахарной ваты, присыпанной розовой посыпкой из звездочек. Рядом парили сиреневые мармеладные морские коньки с галстуками из мятной лакрицы.

Все это великолепие летело вместе со мной на нежных меховых крыльях и окутывало ароматом выдержанного коньяка и лимона. Нос приятно щекотало, и я даже пару раз причмокнула. Какой приятный сон однако.

— Натах, хорош дрыхнуть, — пьяный голос шефа вторгся в мой сон, разбивая всю его красоту.

— И на кой черт ты ее разбудил? — не менее пьяный голос Макса также достиг моего сознания.

— А что тут происходит? — оторвала я голову от стола.

— Да вот решаем, как лучше офис продавать, — заржал наш финансовый директор.

— Какой? — мозг все еще отказывался выполнять предназначенные природой функции.

— Да этот самый, — вновь рассмеялся мужчина.

— Не впервой, выкрутимся, — Юра снял с моей щеки прилипший стикер.

— А что, вообще, происходит? — немного запоздало спросила я.

— Помнишь ту девицу, которую из моей койки выгнала? — поднял бровь шеф.

— Какую именно? — под влиянием алкоголя мозг пока не получил связь с реальностью и выдавал через рот все, о чем думал, но меня, похоже, простили за это.

— Последнюю.

— Допустим, — попыталась припомнить я.

— Эта сука сперла у меня из квартиры флешку с данными, — икнул мой шеф.

— И теперь весь офис в заднице, — подтвердил финансовый директор.

— Я за коньяком, — понятливо кивнула я и, пошатываясь, поплелась к бару.

— И лимончик захвати, — раздалось мне вслед. — Этот мы доели.

— А что на флешке было? — наконец-то осенило меня.

— Наш проект для Ниццы, — печально отозвался Максим Михайлович.

— Тогда точно пьем, — радостно заявила я, выставляя на стол две бутылки и еще две кружки.

— И не говори, беда, — они наконец-то перестали пить из моей.

— Ага, и моя квартальная премия к увольнению, — растянула я губы в улыбке, выдергивая пробку.

— Натусь, ты головой о стол приложилась? — немного нечленораздельно произнес шеф.

— Нет, — рассмеялась я, забирая свою чашку.— Просто весь офис знает про Вашу криворукость и вечную забывчивость, так что на флешке был сырой проект, который мы еще в прошлом месяце забраковали. Вам его так, для успокоения совести дали. А настоящий у меня в сейфе лежит и ждет своего звездного часа.

— Господи, — Макс аж расцвел, — дай я тебя расцелую, солнце ты мое ненаглядное. Я тебе лично двойное выходное пособие выпишу. Ты же нам столько трудов спасла. И не посмотрела, что этот криворукий кривожоп наш большой начальник.

— Я, вообще-то, все слышу, — обиделся наш босс.

— Юра, ради всего святого, молчи, — взмолился финансовый директор. — Она только что спасла всем нам задницы. Так что, Натах, бери мою карточку и заказывай все самое лучше из ресторана, который работает в два часа ночи. Юра, твой бар переезжает в приемную. Мы спасены от разорения!

— Натусь, закажи еще чего-нибудь на запивку,— Юра не стал мешать нашему второму большому боссу сходить с ума, — а то мы так точно не доживем до утра. Макс из окна на радостях выйдет.

— Хорошо, — вежливость сделала ручкой и померла скоропостижно в муках.

Сотрудники ресторана, конечно, немного впали в ступор, но все же приняли у меня заказ. Обычно одно из самых элитных заведений нашего города не работало на вынос, но для клиента, который ужинает у них практически постоянно, решили сделать исключение. Продиктовав все привычные блюда, заказала салат и десерт для себя.

Ничего, Максим не пожалеет лишней тысячи на меня. Все же я действительно спасла нас всех от неминуемого краха. А сделала я это по старой привычке. Случай произошел еще в то время, когда я только пришла работать в «Эйфорию» помощником директора. В тот год Юра договорился о крупном проекте по реконструкции зала театра, и мы почти все силы вбухали в этот проект. На молодого и красивого мужчину двадцати лет вешались многие.

Я тогда совершенно случайно перепутала рабочие флешки и вместо проекта отдала шефу данные с последнего выездного осмотра старинной усадьбы в Подмосковье. Конечно, и потеря тех фотографий нам влетела в пару тысяч, но только исключительно из-за того, что пришлось вновь туда ехать и фотографировать все, что требовалось для работы.

Флешку у шефа тогда умыкнула познакомившаяся с ним в баре длинноногая проститутка, которая согласилась за пару коктейлей разнообразить его поход в туалет. И только наутро он хватился, что из кармана пропала ценная вещь с проектом по театру. Так что от расправы и немедленного увольнения меня спасла моя невнимательность.

И вот теперь, спустя столько лет, нам опять повезло: тот урок я накрепко запомнила и теперь не отдавала шефу флешки с законченными проектами. И если он попытается устроить головомойку, за меня не только половина офиса вступится, но и сам Максим. В отличие от новой секретарши, нового собутыльника шеф не найдет. Так что перечить Максу не станет.