Восхождение Королевы (ЛП) - Кроуфорд К. Н. - Страница 45

Что у меня имелось в этот раз? Гребень в моей сумочке, и всё.

Я услышала, как она шумно выдохнула, и пузырёк бледно-серого цвета сорвался с её губ над моей головой.

Я сильно дрожала, стоя на коленях, выгнутая назад в неудобной позе. Я прислонялась к стене. И всё же благодаря новому свету я могла осмотреть комнату. Я обнаружила, что нахожусь в каких-то тридцати сантиметрах от стены с маленькими альковами, встроенными в камень. Ниши были украшены костями, детскими зубами и безделушками. Мне улыбался треснувший фарфоровый клоун — детская игрушка. Я поморщилась, гадая, откуда она его взяла.

Моё кольцо поблёскивало в одной из этих маленьких ниш — след моего прошлого визита.

Это её сувениры.

— Ты хочешь мой гребень? — в отчаянии спросила я. — Зуб? Что?

Боги, это безумие. Во мне поднималась злость — на Бейру и на Лира за то, что послал меня сюда.

Пузырёк света подлетел ближе. Я неловко изменила позу на коленях, заметив ещё несколько её сувениров: потушенная свеча, кукольная голова без глаз, замёрзшая птица, застывшая под стеклянным колпаком. Старый ржавый нож, который я отчаянно хотела схватить в руки. Ключ, свисавший на ленточке.

Промёрзшая земля впивалась в мои колени. Я гадала, испытание это или казнь.

Бейра пнула меня одной из своих огромных ног, едва не опрокинув, но я снова нашла опору в стене. Её ногти на ногах имели пурпурный оттенок раздувшегося трупа утопленника. Я посмотрела на неё, на её голову, склонённую под самым потолком. Та широкая улыбка раскалывала её лицо надвое.

Затем её голос снова зашептал в моём сознании: «Сувенир. Сокровище от тебя».

Что за страдальческое существование.

Наверное, это логично. Одно из её имён — Королева Страданий.

Но что делало её такой печальной? Я вспомнила старую историю, которой мама пугала меня перед сном. Я даже не подумала, что она реальна, и вообще об этом не размышляла.

Мама садилась на край моей кровати, держа в руке бокал вина. Она говорила мне быть осторожной, слушаться её приказов, иначе Бейра схватит меня. Королева Страданий утащит меня в свой ад.

Глаза мамы блестели, когда она смотрела на меня в моей кроватке.

«Бейра была принцессой в королевстве фейри, пока жестокий муж не швырнул её в ледяную темницу. Там её сознание со временем исказилось и извратилось, превратив её в Зимнюю Ведьму. А теперь? Теперь она крадёт кости и сердца в качестве призов. Вот что бывает, если доверять мужчинам, Аэнор. И вот почему ты всегда должна слушаться меня».

Муж, который швырнул её в ледяную темницу.

Сфера света тускло сияла перед её лицом. И теперь я наконец-то начала собирать кусочки головоломки воедино.

Я посмотрела на неё, дыша часто.

— Назови мне сувенир, который ты хочешь.

«То, что принадлежит мне».

Её улыбка резко померкла, и она неожиданно опустила своё свирепое лицо к моему.

Затем она заговорила каркающим голосом, который дрожью пробегал по моей коже.

— Моего мужа, Короля Салема.

Глава 36

Аэнор

От этих слов моё сердце пропустило удар. Её налитый кровью глаз моргнул, губы скривились от ярости.

Лир послал меня сюда на верную смерть. Как я могла настолько ошибиться в его намерениях?

— Я не знаю, где Салем, — ответила я.

Её ужасающий хохот звоном отражался от каменных стен, а ледяное дыхание клубами окутывало моё лицо. Она заговорила в моём разуме. «Он здесь. Вы умрёте вместе. Ваша боль будет вечно согревать меня. Она распалит меня».

Здесь?

Облачко света переместилось в воздухе, и я изменила позу на коленях, чуть сдвигаясь вправо. Я едва не грохнулась, но затем прислонилась к стене, сумев повернуться…

Моё сердце готово было выпрыгнуть из груди, когда я его увидела. Он стоял на коленях у дальней стены, руки скованы за спиной. Его голова свесилась вперёд, словно он уже умер, взгляд уставился в землю, тело оставалось совершенно неподвижным.

Слой льда толщиной в пару сантиметров покрывал его тело. Что хуже всего, железные шипы пронизывали его грудь, торча из-под ключиц. Металлический ошейник окружал его горло, приковывая к стене.

Время как будто замерло. Нет жизни, нет движения. Ни единого проблеска узнавания в его глазах. Мне казалось, что мир остановился, что солнце погасло.

— Он мёртв? — мой голос прозвучал едва слышным шёпотом. Он же не мог умереть, верно?

Громкий ответ Бейры напоминал хриплый птичий крик. Звук был настолько ужасным, что мне захотелось зажать уши ладонями.

— Это испортило бы всё веселье.

— Лир знал? — спросила я. Сквозь ледяной туман страха я не могла толком понять, почему это важно. Но это имело значение.

В ответ она лишь что-то промычала… пронзительный, дисгармоничный, сводящий с ума звук.

Мой разум кричал. Застывший там Салем выглядел так неправильно. Он был таким неподвижным, тихим. Застывший, сломленный бог.

Но нет… она сказала, что если бы он умер, это испортило бы всё веселье. Он до сих пор жив, верно?

Какую угрозу озвучили другие ведьмы? Они сказали, что разобьют его тело на осколки, раскидают кусочки по земле. Это будет смерть при жизни, которая никогда не закончится.

Я попыталась на коленях подползти поближе к нему. Я могла растопить лёд теплом своего тела. Я не знала точно, в чём заключалась остальная часть моего плана, но мне хотелось быть поближе к нему. Я двигалась буквально по миллиметру за раз, медленно, но верно ведомая вперёд всепоглощающим инстинктом быть ближе к своему наречённому. Мои колени скользили сами собой, обдирая кожу о замёрзшую землю.

Сфера света пронеслась вокруг него, и я вновь заметила это — железный ключ на серебристой ленточке. Теперь я осознала, что он отличается от остальных безделушек в комнате — только он не спрятан в маленькую нишу-альков.

Моё сердцебиение участилось. Это ключ от его кандалов?

«Ты это видишь, — сказала она в моём сознании. — Освободи его».

Это игра? Она хотела, чтобы я увидела ключ, ползла и тащилась к нему, как червяк в грязи. Как будто я могла схватить его со связанными руками и ногами.

И всё же… я должна была попытаться. Может, получится использовать зубы.

Я пошатнулась, упав на камни, и смех Бейры рассыпался по помещению как звон сломанного колокольчика.

Я стиснула зубы, прислоняясь к стене, чтобы ещё немного приблизиться к нему. Знал ли он, что я здесь? Мне так не казалось. Его глаза смотрели в землю, голова оставалась склонённой, как у кающегося.

Бейра продолжала хохотать, и этот звук ощущался льдом под кожей. А поверх всего этого её голос шептал в моём сознании. «Ничтожество. Ты потеряла королевство, потеряла корону. Ты позволила своей человечке умереть. Ты позволила своему наречённому умереть. Ничтожество…»

Но это был уже не голос Бейры. Он звучал как… как голос мамы.

Кожа на коленях прилипала к обледенелой земле, примерзая, пока я пыталась шаркающими движениями добраться до Салема. Её слова пожирали мои вены подобно яду.

«Ничтожество. Твой наречённый позволил своему королевству сгнить. Маг Мелл остаётся таким же проклятым, как и он. Истинный король фейри обладает властью жизни и смерти над его королевством. Вот почему ты никогда не смогла бы править Ис. Мама знала… ты недостаточно хороша».

Я заскрежетала зубами, ещё на дюйм продвинувшись вдоль стены.

— Заткнись нахер, Бейра, убогая ты корова.

«Вы умрёте здесь. Вместе».

Почему-то её слова заражали мой разум как яд, и я увидела себя её глазами — ползущей по полу. Проигравшей и развращённой.

«Недостаточно хороша…» Эти слова кружили в моём сознании как стервятники.

«Он всегда собирался покинуть тебя, Аэнор. Это благословение. Теперь он умрёт, и ты можешь спасти себя от унижения этого отказа».

Я привалилась к стене, пытаясь перевести дыхание. Мне казалось, будто всё желание бороться ушло из меня, а до Салема оставалось ещё несколько футов. Частицы кожи, содранные с моих колен, оставались на льду, и мой разум начал погружаться во тьму.