С утра шёл снег (СИ) - Моро Лолита - Страница 7

— Давай перепихнемся, по-быстрому. Пока Светка не видит, — парень прижал меня собой к запертой двери. Полез холодными, влажными пальцами за пояс моих штанов. Воняло от него гадостно. Потом, перегаром, еще какой-то кислятиной. Всегда он был немытый и мерзкий. Широкие зрачки перекрывали радужку, фиг знает, какого цвета. Жрет какую-то дрянь, втихую. Урод. Лезет в лицо слюнявыми губами. Я отпихнула его от себя, что было мочи. Дернула задвижку и выскочила за дверь. Наткнулась сразу на внимательный взгляд охранника. Деланно спокойно подошла к кофе-машине. Два больших картонных стакана парили запахом свежесваренного кофе. Я протянула руку. Оператор поднял бровь в вопросе. Деньги. Блин. Я совсем на это не рассчитывала.

— Че тут у вас? — заспанная, лохматая Светка приплыла к двери сортира.

— Герка кофе заказал, — я кивнула в сторону вожделенного. Надеялась, что оплатит. Да не тут-то было. Эту девушку с главного не собьешь. Плевать ей на чужие желания. Не обратив ни полвзгляда на меня, кофе и кассира, она дернула ручку двери, обнажив правду жизни. Ее возлюбленный стоял с упавшими на ботинки штанами и яростно дрочил. Увидев меня, сказал:

¬— Вот ты где, сука! — кончил прямо на светкину розовую куртку. Света проследила за его взглядом. Посмотрела мне в лицо припухшими от сна и вчерашнего пива глазами. Впихнула Герку обратно в туалет, зашла сама и заперла дверь.

— Ве-се-луха, — прокомментировал по слогам происходящее охранник. Решал под камерами торгового зала, как ему поступить. Топтался между кассой и туалетом. Прислушивался, да так не решился ни на что. Я глянула на парня возле остывшего кофе почти умоляюще. Человек едва заметно кивнул. Подвинул коробку с сахарными пакетиками в мою сторону. Я навалила в стакан штук пять не меньше. Пила жадно, забыв размешать.

Дорога становилась все тяжелее. Снег шел плотной бело-черной массой. Скорость упала до шестидесяти, быстрее просто невозможно. Музыкальная флешка провернулась уже в пятый раз, гоня в засыпающий мозг одни и те же звуки. Писать. Мои пассажиры на заднем сиденье не подавали признаков жизни. Я приткнула машину на невидимой обочине, включила аварийку и вышла под снег. Присела возле заднего колеса. Пуховик надеть забыла, так спешила по нужде. Колючий холод в момент забрался в тепло тонкого свитера и выстудил тело. Стук двери. Худая геркина фигура осветилась красным мигающим фонарем. Я не успела подняться на ноги.

— Пошла на х… сука! — он с силой пнул меня ногой в спину. Я покатилась с дорожной насыпи в снег. Два раза хлопнула дверца, и машина укатила вперед. Габаритные огни исчезли за пару секунд.

Пуховик и рюкзак я с трудом, но все же нашла в веселой снежной круговерти. Благородные люди! Не нужно им чужого. Даже телефона и документов. Я вытряхнула, как смогла, ледяную, быстро таящую муть из себя и вещей. Оделась и побрела вдоль трассы. Спать расхотелось. Шла свободная и легкая, как ветер, издевалась над собой в мыслях и прикидывала варианты собственной смерти.

Вспомнился зачем-то волшебник-отгадчик Андрей.

¬— Ты хочешь с этими двоими куда-то ехать? — он смотрел, стоя у двери в моей комнате. Наблюдал, как я собираю вещи. Я кивнула.

— Я по нужде не присел бы с ними на одном поле, — высказался он громко, нимало не стесняясь торчавшего здесь же светкиного бойфренда. Тот зыркнул на его немаленькую фигуру, подпиравшую дверной косяк. И промолчал.

— Они нормальные ребята. Ты их не знаешь, — возразила я тихо.

— Мне не надо их знать. Я вижу, — отрезал самоуверенно этот умник. Я заткнулась. В глубине души я была с ним согласна. Где-то очень глубоко. Менять ничего я не буду. Поздно. Я обещала.

— Телефон дашь? ¬— не отступал от своей цели Андрей. Для этого увязался за мной следом. Я сделала вид, что не слышу. В который уже раз. Не хочу. Неужели не заметно? Он взял меня за руку и вывел в коридор. Поставил у окна. Прижал собой к подоконнику. Поднял теплыми пальцами мое лицо вверх. Видеть желал, как и что я себе думаю. Смотрел светлыми глазами внимательно и не понятно. Я, молча, опустила веки.

— Не хочешь, — заключил он. Расстроился, судя по голосу. Ладно, не помрет. Такие, как он, быстро успокаиваются. До конца коридора не успеет дойти, забудет.

— Бай, — сказала я тихо и ушла от него. Смотрел в след, не смотрел? Не знаю, я не оборачивалась. Плохая примета.

Отгадчик хренов.

Свет фар. Выдох тормозов. Здоровенная фура застыла рядом, урча горячим телом.

¬— Работаешь? — молодой веселый голос долетел до меня сквозь непогоду.

— Нет! — прокричала я в ответ. Еще не успела замерзнуть до полного отчаяния.

— А че тогда пешком тащишься? — машина уже тронулась с места, но еще не убралась совсем. Скучно ему, видимо, одному нестись сквозь ночь, этому русскому парню. Поболтать охота.

— Да так, — я помахала неопределенно рукой в трикотажной перчатке. Снег залетал в рот, нос и щеки. Колко и зло. Хорошо ему, водиле, трепаться в теплой кабине. Уютно.

— Точно, не работаешь? — уточнил он. Напоследок.

— Нет. Я не по этому делу, — отказалась я. От последнего шанса. Все может быть. Ног не чую, гадство. Вдруг, здесь волки водятся? Чего я боюсь? Трахнет? Тоже мне, новость. Зарежет? А замерзнуть лучше? Только бы бить не стал…

— Давай я тебя подвезу по этой дороге, — проорал он мне сверху. Дорога шумела, гудя и шипя зимней резиной.

— Денег нет, — проорала я в ответ. Дальнобойное, могучее вольво уже миновало меня. Хотело растаять во тьме и передумало.

— Просто так, — крикнул человек сквозь грохот холодной трассы. Вот так. Раз — и спас мне жизнь. Я полезла наверх в тепло и свет кабины.

— Раздевайся. У нас тепло, — парень глянул на меня, смутился. — Я хотел сказать, куртку снимай.

Я послушно стянула пуховик. Приткнула в угол. Достала полотенце из рюкзака, стала вытирать волосы.

— Да. На плечевку ты не похожа, не накрашенная совсем. Чистая вся, — он поглядывал на меня сбоку, держал руль сильными конопатыми руками. Рыжий и веселый, лет двадцати семи, русак. Кабина грузовика напоминала рубку самолета. Лампочки, тумблеры, стрелки и цифры приборов.

— Значит, так. Там, за дверкой, найдешь бутеры и чай. Твоя задача простая, делай все, что бы я не заснул. Рассказывай про себя, ври, что хочешь, лишь бы интересно. Понятно? Я — Алексей. Леха. Тебя как зовут? — рыжий человек подмигнул мне и слегка надавил на клаксон. Вольво издало звук уходящего с перрона поезда. Сильно. Я улыбнулась и назвала себя.

— А ты красивая. Жалко, что не гуляешь. Не бойся, не трону, — он смотрел вперед на дорогу и определенно гордился собой. Я кивнула согласно и полезла в шкаф за едой. Не боялась его ничуть. Заговорила.

— Жила-была принцесса в одном Большом Северном королевстве. Невозможно прекрасном, ледяном и равнодушном. Дворцы и пятиэтажки, все, как обычно. Королева-мать танцевала на балах и знакомилась с принцами. Принцы ее интересовали больше всего на свете. Чем старше делалась королева, тем моложе появлялись в ее доме принцы. Начали уже на принцессу глаз класть, хотя было ей всего тринадцать лет, — я отхлебнула чай из нержавеющей большой кружки. Леха хмыкнул, но не перебивал.

— Отец принцессы давно пропал в просторах Мирового океана. Он был моряком. Или летчиком. История об этом умалчивает. Но точно не королем. Чуть ли не с рождения принцессу отдали в балетную школу. Ее мать мечтала о красивом. Но принцесса на четвертый год повредила колено, и балетная история накрылась медным тазом. Принцесса от радости пошла в кино с самым младшим принцем на последний ряд. Он лез руками и губами в разные места. В кино, а потом в машине. До самого конца дело не дошло. Принц застеснялся. Но принцессе понравилось, — я развернула жареный пирожок в промасленной бумажке. Пирожок оказался с мясом. Вкусно.

— Сколько ей было? — деловито поинтересовался Леха, сбавил скорость, внимательно вглядываясь в косые снежные нити, разбивающиеся о лобовое стекло.