Пле(мя)нница (СИ) - Сашина Ая - Страница 13

— Именно. Твой ангел-хранитель в бизнесе. Поэтому, когда я настойчиво говорю иногда, что тебе не стоит куда-то лезть, то не лезь. Ведь, возможно, что куда-то — это «жопа».

На этот раз и я не могу удержаться от громкого смеха. Смотрю на Егора, вижу, что он тоже смеется, не спуская при этом с меня глаз, и впервые за все время нашего общения чувствую между нами какую-то связь. Она очень хрупкая, но она всё же есть.

— Идем за стол, — предлагает Субботин, когда наш смех утихает.

Не могу отказать. Спрыгиваю с качелей и иду к беседке, Егор и Иван шагают чуть позади. Подойдя к столу, вижу, что хозяйка дома убирает грязную посуду, на освободившиеся места ставит чистую. Предлагаю свою помощь. Фаина Петровна поначалу отказывается, но я всё же настаиваю на своем. Да и за стол, если честно, больше не хочется садиться. Лучше помогу с посудой.

На кухне, кроме нас с Фаиной Петровной, никого нет. Можно спокойно поговорить, познакомиться поближе. Женщина спрашивает, откуда я родом, какая у меня семья. Без утайки рассказываю обо всем.

— Егор говорил, что Вы знаете его с самого детства, — вспоминаю, закончив рассказ о себе. — Можете рассказать, каким он был в те далекие времена?

— Ой, — смеется Фаина Петровна, — Егор был сорвиголова. Постоянно влипал в какие-то неприятные истории. Правда, стоит заметить, что это никак не отражалось на его учебе. Да и родители, несмотря на многие его выкрутасы, в нем души не чаяли. Поздний ребенок. Они готовы были для него на всё, прощали все проделки. Но Егор платил им тем же. Помогал всегда. Приезжал часто, когда стал самостоятельным и купил себе квартиру. Когда родителей не стало, оба ушли в один год, Егорушка, конечно, очень переживал. К нам часто тогда приезжал, я видела, как ему тяжело.

— А жена? Почему они развелись? — несколько стыдливо интересуюсь я.

— Жена… Кто ж тебе скажет, что там на самом деле случилось? Развелись, Бог с ними. Главное, цивилизованно всё сделали, не ругались, ничего не делили.

Поговорив с Фаиной Петровной и перемыв всю посуду, устраиваюсь на крыльце. Все мысли заняты Субботиным.

Егор

Заметив, что Иван снова пялится на Алину, которая в этот момент как раз идет через двор, помогая хозяйке убирать со стола, я направляюсь к другу.

— Нравится? — интересуюсь, стараясь не показать того, как меня раздражает то, что он смотрит на мою племянницу весь день и весь вечер.

— Нравится.

За честность всегда уважал Бероева. Вот и сейчас он не стал юлить, притворяться, что не понял, о чем я спросил.

— Даже не думай, — предупреждаю я.

— Почему?

— Бероев, ты помнишь, сколько лет мы знакомы?

— Причем здесь это?

— Притом. За всё это время я не помню, чтобы хоть одна из твоих девушек задержалась больше, чем на месяц.

— Может, я всё это время ждал Алину, — снова провожая девушку взглядом, произносит Иван.

— Не смеши. И перестань на неё глазеть, — не выдерживаю я.

— А чем черт не шутит… — он переводит на меня свой задумчивый взгляд. — И что ты так бесишься из-за этого? Почему-то, когда я смотрю на Вику, ты спокоен, как мудрый каа.

— Не сравнивай, — злюсь я. — За Алину я несу ответственность.

— Неси, — пожимает плечами Ваня. — От того, что я полюбуюсь на неё, тебе же тяжелее не станет нести эту самую ответственность?

— Не дури девочке голову. Я знаю, что ты в этом мастер, но давай не в этот раз. И давай по-хорошему. Чтоб мне два раза повторять не пришлось.

Сказав это, отправляюсь на поиски Алины. Попутно вызываю такси.

— Егор, — зовет Алина, когда я почти захожу в дом. Она сидит на крыльце. Освещение здесь тусклое, поэтому я её не заметил.

— Ты здесь?.. Прячешься, как всегда, — подхожу ближе. — Мы уезжаем. Можешь, пока не приехало такси, попрощаться с кем-то, если захочешь.

— Да, с Фаиной Петровной попрощаюсь, — она быстро направляется в дом.

— Подожди, я с тобой.

Попрощавшись с хозяевами дома и всеми остальными гостями, кто попался нам по пути, садимся в такси. Машина срывается с места, откидываюсь на сидение. Глаза скользят по Алине, вижу, что её трясет.

— Тебе холодно?

— Не знаю, — отвечает, не глядя на меня. Обхватывает себя руками, но, судя по продолжающейся дрожи, это не помогает.

Я с радостью отдал бы ей свой свитер, куртку, если бы они у меня были, но я и сам в одной футболке. Нужно было попросить что-нибудь у Фаины Петровны, но уже поздно — возвращаться обратно не хочется. Прошу водителя включить обдув теплым воздухом. Он странно смотрит на меня, но всё же делает то, что я прошу. Заметив, что Алине стало лучше, и дрожь прошла, перевожу взгляд в черноту, проносящуюся за окном машины. И всё равно вижу в стекле отражение девушки. Не боясь её смутить, внимательно рассматриваю красивый профиль. Не могу отвести глаз от пухлых губ.

Твою мать…

Это всё алкоголь!

Она же моя племянница!

Глава 8

Алина

Четверг, 9 июля

— Алинка, солнце, — зовет меня Елена Федоровна, — нужно в банк сбегать. Сделаешь для меня? — улыбается, когда я подхожу к ней ближе.

— Конечно, — отвечаю без раздумий. Моя начальница мне нравится, поэтому все её поручения стараюсь выполнять без промедления.

— А я тебя за это пораньше отпущу, — подмигивает она.

Благодарю и бегу по делам. С поручением справляюсь быстро. На улице сегодня прекрасная погода, поэтому на обратном пути в управление не спешу. Подставив лицо солнечным лучам, наслаждаюсь этим днем. Настроение отличное: на работе всё получается, вечером идем с Артуром в кино. Вообще жизнь налаживается. Я даже начинаю любить этот шумный город.

Единственное, что не дает покоя, это отношения с Егором. Особенно в последнее время. После того, как мы съездили в воскресенье на шашлык, Субботин изменился. Не знаю, что я сделала не так, но Егор стал просто невыносим. Теперь, когда мы видимся, вместе с привычным смущением в его присутствии я ощущаю ещё и странное желание грохнуть его чем-нибудь тяжелым по голове. Ведь Субботин в те редкие моменты, когда мы вместе находимся дома, не упускает ни единого момента, чтобы не высказать своего недовольства мной. То ему не нравится, как я стала одеваться на работу, то ему не нравится, что я стала поздно приходить домой, то ни с того, ни с сего начинает вдруг вспоминать своего друга Ивана, спрашивать, не созваниваемся ли мы. Я понимаю, что Егор пытается меня контролировать, но не понимаю зачем. В первое время, когда я только приехала в этот город, ему было практически безразлично, где я и с кем. А теперь, видите ли, ему всё не нравится.

Я окончательно разочаровала его? Он перестал доверять мне? Боится, что приведу кого-то в его квартиру? Неприятно осознавать то, что один из этих вариантов может быть верным. Или вообще все. Знал бы только Субботин, что я предана ему всей душой. Я готова для него на всё, пусть только попросит. Всё сделаю. Но издеваться так надо мной не стоит: пусть не делает из меня дуру, которую надо везде и во всём контролировать. Я так мечтала заслужить его симпатию, а в итоге, получается, заслужила лишь недоверие.

После работы, как и договаривались, идем с Артуром в кино. Он выбрал какую-то романтическую комедию, билеты купил заранее.

— Смотрела раньше в 3D? — интересуется, когда мы занимаем свои места.

— Нет ещё, — отвечаю, с интересом рассматривая зал и специальные очки для просмотра.

— Тебе понравится, — заявляет он, беря меня за руку.

Весь фильм он не выпускает моей ладони. Чувствую легкие поглаживания его пальцев, и это вызывает у меня щекотку.

— Перекусим где-нибудь? — предлагает, когда мы выходим на улицу после сеанса.

— Не хочу, — мы идем по улице, держась за руки. — Давай лучше зайдем в магазин, мороженого купим.

Так и делаем. Потом долго гуляем. Благодаря Артуру, я уже неплохо ориентируюсь в городе.

Ближе к десяти мне звонит Егор. Сказав, чтобы через час была дома, заканчивает разговор. В душе поднимается волна гнева. По-моему, это уже переходит все границы.