Тень рыцаря - де Кастелл Себастьян - Страница 14

Проклятье, подумал я. Надо было плюнуть на приказы Швеи и запретить Валиане ехать с нами.

– Ей нужно учиться, – сказала Дариана. – Сейчас, а не когда-нибудь в будущем, когда ты наконец-то снизойдешь.

– Я обучу ее, – предложил Кест, встав на колени, чтобы оттереть кровь с клинка о редкую траву на обочине.

Дариана захохотала:

– Ты?

– Он – святой клинков, – сказал Брасти, хотя ни он сам, ни я, ни даже Кест точно не знали, что это означает.

– Он раза в два крупнее нее и в три раза сильнее, – возразила Дари. – И чем ей поможет его стиль боя?

Она подошла к Валиане, надевавшей плащ.

– Пошли, пташка, я покажу тебе, как правильно убивать парней. Нужно оценить противника и определить его слабые места. А еще в первую очередь тебе нужно научиться уходить от опасности.

Валиана смотрела неуверенно, словно полагала, что девушка смеется над ней. Она получила плащ, который не заслужила, и клинок, которым не умела пользоваться; кроме того, девушка понимала, что все остальные знают это. Учитывая, что самая могущественная женщина в мире хотела Валиану убить, шансы у нее были невелики.

– Пока просто научи меня драться, – сказала она. – А все остальное я как-нибудь сама освою.

Девушки отошли чуть подальше в пустыню, а я сказал Кесту:

– То, что Беспощадная Дари взялась научить ее, меня не слишком радует.

– Думаешь, она ей только повредит?

– Не знаю. Нет, я так не думаю. Дариана уж точно умеет драться. Но она это делает с такой готовностью. Даже не знаю, как объяснить. Словно она…

– Больная на всю голову, – предположил Брасти.

– Вроде того.

– Надеюсь, тебя успокоит то, что Валиана научится гораздо большему у Дари, чем у своего прошлого учителя. Она считала его чуть ли не святым, а он на нее даже внимания не обращал.

– И кто это такой? – спросил я.

Брасти похлопал меня по плечу.

– Ты.

Следующий день, десятый с тех пор, как мы распрощались со Швеей и плащеносцами, прошел без происшествий. Несмотря на то что боги и святые благословили меня на всю жизнь обостренным чувством опасности, я позволил себе надеяться на то, что нам удалось избавиться от всех дозорных Трин. Чем дальше на юг мы продвигались, тем больше появлялось ответвлений от главного тракта, ведущих в соседние селения, что давало нам возможность добраться до Арамора другими путями.

Я искал подходящее место, чтобы сойти с Лука и разбить лагерь, когда вдруг увидал девочку в желтом платье, которая сидела на обочине и плакала.

Она как-то странно стояла на коленях в сотне ярдов от нас, закрыв руками лицо. Позади нее возвышалось небольшое строение, окруженное камнями, которое я принял за старинную часовню. Знаком я приказал всем остановиться.

– Кого-нибудь еще, кроме девочки, видишь? – спросил я Брасти.

Он прищурился.

– Никого.

– Как по-твоему, сколько ей лет?

– Ростом она примерно футов пять. Двенадцать или тринадцать? – Он бросил быстрый взгляд на Дариану. – Если она, конечно, не недоросток.

Дариана промолчала, внимательно смотря на дорогу впереди нас.

– А это не ловушка?

– Не вижу никаких признаков, – ответил Брасти. – Никаких отпечатков конских копыт, которые бы уходили к обочине. Может, она их, конечно, замела, но тогда это бы тоже было заметно. Да и часовня такая маленькая, что не спрячешься. Будь там люди, я бы их отсюда рассмотрел.

Кест оглянулся.

– Сзади никого.

– Никаких признаков опасности, – заключил Брасти.

Я расслабился и опустил рапиры.

– Значит, точно ловушка.

– Наверняка, – согласился Брасти и махнул мне рукой, чтобы я ехал вперед. – Хочешь в нее угодить?

– Я поеду с тобой, – сказала Валиана.

– Нет, останешься здесь. Брасти, дай Валиане свой колчан.

Он послушно отцепил его и вручил девушке, а я сказал:

– Будешь подавать ему стрелы. Звучит просто, но придется успевать за ним. Если где-то поблизости прячется войско Трин, то Брасти должен уложить как можно больше.

– А я? – спросила Дариана.

– Тоже останешься здесь.

– И что мне делать?

– Выглядеть беззащитной. Ты же должна выдавать себя за Алину. Если это ловушка, то я не хочу, чтобы хоть кто-то узнал, что на самом деле ее с нами нет.

– Девочка нас увидела, – сказал Кест, глядя на нее.

Я оглянулся. Каштановые волосы ребенка висели сосульками. Девочка находилась слишком далеко, и я не смог рассмотреть ее лицо, но видел, что оно, от лба до подбородка, окружено каким-то толстым овалом.

– Что это у нее на голове? – спросил я.

– Даже не знаю, – ответил Брасти. – Похоже на раму от овального зеркала. Не слишком ей идет, хотя кто знает, может, она работает у местного попа, а это новая церковная мода? У религиозных фанатиков что угодно может быть.

Девочка подняла руку и помахала мне. Я не ответил – тогда она вскочила и вбежала в каменную часовню.

– Она может держать там арбалет или даже пистоль, – предупредил Кест.

– Или это просто невинная девочка, на которую напали, и теперь она опасается за свою жизнь, – сказал я.

Дариана фыркнула.

– Ты в самом деле в это веришь?

– Нет. Я почти убежден, что это ловушка.

– Тогда зачем в нее попадаться?

– Чтобы узнать…

– Потому что он всегда так поступает, – вмешался Брасти. – Спрашивает себя, как глупее всего можно поступить в данной ситуации, а потом так и делает.

– Пошли, – сказал я Кесту.

Он обнажил клинок и зашагал следом. Рапиры я оставил в ножнах, но достал метательный нож. Из лука я стреляю отвратительно, но метаю неплохо – если девочка достанет пистоль, то у меня, по крайней мере, будет в руках оружие, способное долететь быстрее, чем она успеет выстрелить.

Когда мы приблизились к часовне, Кест положил руку мне на плечо.

– Что-то тут не так.

– Что?

– Не знаю, – сказал он. Лоб его покрыли бисеринки пота.

– Тогда…

– Ближе я подойти не могу.

Глаза его округлились, желваки заходили, словно он пытался сглотнуть слюну. За всю свою жизнь я ни разу не видел, как Кест боится.

– Что с тобой?

– Не знаю. Я… Я не могу войти.

Я еще раз осмотрел маленькое каменное строение. В крошечной часовне не было ничего особенного, по всему Луку таких сотни. Я посмотрел на землю, где лежали отвалившиеся кирпичи, и увидел, что широкое кольцо из камней осталось нетронутым.

– Просто разрушенная часовня какого-то древнего святого, – сказал я. – Ты же не собираешься начать мне втолковывать всякие прописные истины?

– Я… Кажется, я… – Он попытался сделать еще шаг, и я увидел, как его нога задрожала. Приложив колоссальные усилия, он все-таки поставил ее на землю, но затем упал на колени и склонил голову.

– Вставай, Кест.

– Я не могу.

– Он говорит правду, – раздался из часовни женский голос.

У входа стояла девочка в желтом платье. Брасти оказался прав: ростом она была не больше пяти футов, фигура как у истощенной девчонки лет тринадцати. Но лицо выглядело на несколько лет старше – как у молодой взрослой женщины. Темные глаза смотрели из-под длинных густых ресниц. Прямой тонкий нос, высокие скулы, как у богини Любви. Пухлые яркие губы, рот чуть шире, чтобы смотреться идеально. Такие чувственные лица воспевают трубадуры.

Трин.

Я уже замахнулся, чтобы метнуть нож ей в горло, но Кест схватил меня за лодыжку.

– Нет, Фалькио, это не она. Трин высокая, как Валиана. Это Другая.

– Меня зовут Кантисса, – сказала девушка, голос ее дрожал, она сложила перед собой руки, словно умоляла о пощаде. – Я живу в селении неподалеку со своими родителями.

– Брось притворяться, – сказал я. – Видал я актрис получше даже в переулках у дешевых борделей.

Мы подошли к девушке достаточно близко, и теперь я мог как следует разглядеть странную овальную раму. Она была сделана из темного дерева и огибала голову. Толстые железные винты удерживали ее на месте. Аппарат казался пугающим и даже непристойным: не маска и не зеркало, но, чем бы эта конструкция ни была, она придавал девушке черты лица Трин.