Шаг Первый: Новый мир (СИ) - "Gezenshaft" - Страница 288

— Зачем вы объявили на пиру, что Волдеморт погиб окончательно?

— Почему бы и нет? — пожал плечами директор. — Это и так все знают. Так же как и то, кто ему помог найти покой. Слухи — они такие.

— Я заметил.

— Но стоит отдать должное, — директор улыбнулся ещё шире. — Благодаря необоснованному, в некоторой мере, страху перед вами, многие ученики со Слизерина изучили очищающее заклинание до невербального, а некоторые даже — до беспалочкового уровня.

— Хм… — ухмылка сама выползла на моё лицо. — А ещё, директор, вы повергли в шок своим заявлением об уходе с поста директора.

— А был выбор? День-два, и заявление уже не потребуется.

— Верно. Как вы думаете, если бы Бинс был директором, его бы сняли с должности из-за его призрачной натуры?

— А хороший вопрос! — Дамблдор наигранно задумался, поглаживая бороду. — Думаю, вряд ли. Точнее, снять-то сняли бы, а вот деть куда? Было бы два директора.

— Вы не надумали ещё пожить? Вы ведь наверняка изучили то, как я исцелился от укуса Люпина.

— Конечно же изучил. Правда, попасть в Тайную Комнату, не владея Парселтангом, было довольно проблематично. Вы, кстати, собрали свою палатку?

— Конечно.

— Так вот. Изучил. Но знаете, это не мой случай. Даже если бы я вдруг передумал умирать, то такой ритуал мне ничем бы не помог — проклятье действует и на душу. Кстати, раз зашёл такой разговор…

Директор вынул палочку и рукоятью вперёд протянул мне.

— Полагаю, это принадлежит вам.

— Занятная вещица…

Само собой, прежде чем взять один из Даров Смерти в руки, я проверил его на какую-нибудь магию или ловушки, вызвав неодобрительный взгляд Директора. Просто… Проклясть или поставить ловушку на палочку — настолько дикий моветон, что лучше застрелиться. Воскреснуть, и снова застрелиться.

— Не могу с собой ничего поделать, — пожал я плечами, виновато улыбнувшись.

— Всё-таки зелёные цвета вам были бы к лицу, мистер Найт.

Взяв эту странную палочку с несколькими бугорками, я прислушался к ощущениям и запустил в небо А́вис. С палочки буквально слетела стая белых голубей. Их было много, они активно махали крыльями и курлыкали, раскидывали свои перья, и в итоге улетели прочь.

— Очень хорошо выполненное заклинание.

— Благодарю, директор. Ваша похвала — не пустой звук.

Я прекрасно ощутил, как именно работает эта палочка, ибо неоднократно испытывал нечто подобное.

— Вы знаете, как она работает? — с вопросом я посмотрел на улыбающегося директора, сложившего руки перед собой.

— Вы поняли? — он действительно удивился. — Что же… Конечно же я знаю. Я же, как уже говорил, увлекался в своё время фантастикой, а вместе с ней и обычной наукой.

— Обычный резонатор для повышения объёма магии на выходе.

— Именно это, — кивнул директор, — позволяет её обладателю выходить за те пределы возможностей, что очерчены человеку своей природой.

— Мне она не нужна. Вы не против, если я уничтожу этот Дар Смерти?

— Поступайте так, как велит вам ваш разум. Но скажу вам, что эта палочка послужила мне хорошим подспорьем в росте личной силы.

Подбросив палочку в воздух, я взмахнул рукой, тут же призывая Меч, и на лету разрубил её надвое, тут же давая команду мечу исчезнуть. Само собой, при разрубании была дана команда на поглощение — встроенный в душу резонатор мне не повредит.

— Немного жалко даже… — Дамблдор глядел вслед падающих вниз половинок палочки. — Но, так даже к лучшему. Слишком много от неё бед. Какие у вас планы?

— Планы? — задумавшись, я глянул в ясное голубое небо. — Ну, отдых мне не светит. Нужно получать мастерство в других дисциплинах, путешествовать, открывать новое и невероятное. Может быть Египет? Там что-то новое намечается. Или США. Раз мне не нужно теперь ходить в Хогвартс, думаю, приключения не заставят себя ждать. Да и наставник у меня… Спуску не даст.

— Да, бойкая девушка.

— К-хм, девушка?

Дамблдор очень внимательно посмотрел на меня и покачал головой.

— Вам точно следует разобраться в своей окклюменции. Может быть прозреете…

Мы ещё немного постояли, после чего одновременно развернулись и пошли на выход с башни. Все мои вещи и так при мне, так что никуда больше мне заходить не надо было. Уже в самом низу, на выходе из замка, у ворот которых осталась лишь одна карета без крыши, из которой на меня нетерпеливо смотрела Гермиона, мы с директором остановились.

— Знаете, директор, я не умею прощаться, особенно зная, что…

— Не переживайте, мистер Найт, — очень по-доброму улыбнулся Дамблдор. — Этим недостатком страдаете не только вы.

— Прощайте… Пожалуй.

— Действительно. Не умеете.

С улыбкой мы кивнули друг другу, и я отправился к карете.

— Ну-с, подруга дней моих суровых, какие у тебя планы?

— На неделю или две поеду к родителям во Францию. А потом всё, обратно. Нужно продолжить обучение. Надеюсь, леди Гринграсс как и прежде будет удобно моё присутствие в качестве ассистента.

— Ясно. Перед возвращением — сообщи. Размещу тебя у себя дома.

— Макс…

— Что «Макс»? — улыбнулся я. — Дом большой, четыре этажа, огромная библиотека, трёхразовое питание, смена белья. Что я, друга у себя разместить не могу?

— Хитро… Ой хитро… Хорошо. Договорились, — улыбнулась и кивнула Гермиона. — О чём вы говорили с директором?

— Прощались, Гермиона, — я откинулся на спинку сиденья. — Прощались.

— Хм… Ты так говоришь, словно он вот-вот умрёт.

Прикрыв глаза, я задумался вслух.

— Он и вправду умирает.

— Как?.. То-есть… Он даже ничего не сказал.

— А вот так. Пара дней осталась. Знаешь, Герм… У него ведь даже дома нет. Странно. Он столько всего наворотил в своей жизни, да и на своих должностях. Столько опасностей нас подстерегало в школе, столько всего. Порой подумаешь — и зла на него не хватает. Но самое удивительное здесь то, что своих целей он в конце концов добился, несмотря ни на что. А теперь, когда он умирает, у меня такое чувство, будто я попрощался с самым великим человеком, которого я знал. Бред.

Что-то капнуло мне на лицо.

— Это ужасный день для дождя.

====== Этакое послесловие. ======