Добрые соседи (СИ) - Круглова Екатерина - Страница 37

С женой на руках Алексей выглянул за дверь и сдавленно выругался: группа людей в белых халатах явно направлялась к ним. По коридору ходило еще немало народу, но сбежать незаметно не было ни шанса.

— Что бы вы без меня делали, соседи! — Рита выглянула следом, вернулась в палату, поплевала на ладонь и широким жестом размазала по лицу остатки косметики.

— Уверена? — отрывисто спросил Алексей.

— Ой, бегите уже, — отмахнулась Рита. — Я по вашей милости больше вообще ни в чем не уверена.

Она выскочила за дверь и устремилась к врачам, делая то, что у нее всегда получалось просто великолепно. Женские рыдания вперемешку с бессвязной болтовней кого угодно собьют с толку. После того, как Рита оказалась в центре внимания, Алексей выскользнул в коридор. Не побежал — тогда бы их непременно заметили, но ухитрился сдержаться и дойти до лестницы спокойным шагом. В сторону лифта он даже не глянул. Катерина посмотрела на мужа с благодарностью: одна мысль о лифте приводила ее в ужас.

Еще многих из пресловутого бизнес-цетра доставили в ту же больницу, так что пробраться незамеченными через холл, забитый взволнованными родственниками, оказалось нетрудно, хотя это и стоило беглецам нервов.

— Нельзя бросать Ритку! — выпалила Катерина, когда Алексей наконец-то усадил ее на скамейку в скверике и достал мобильник, чтобы вызвать такси. Муж усмехнулся в ответ и ткнул пальцем куда-то за ее плечо. Катерина обернулась, и как раз вовремя: с ее места хорошо были видны двери больницы. И двое охранников, которые буквально выкинули Риту через эти самые двери.

— Я еще много могу рассказать!.. Обращайтесь, если что! — прокричала Рита вслед мужчинам. Через несколко секунд телефон в руках Алексея зазвонил.

— Ау, соседи! — раздался из мобильника жизнерадостный голос. — Вас подбросить?

Это походило на плоскую шутку из второсортных комедий, когда взрослый человек ноет "Не хочу в школу, мамочка!". Но именно так она себя и чувствовала. До тех пор, пока глаза закрыты, ты в полной безопасности. Ничего плохого не случится — это просто не по сюжету, и кто-то бережно поправляет одеяло и гладит тебя по голове.

— Мам… Не буду… — пробормотала Катерина сквозь дремоту. Некоторое время она балансировала на грани сна и яви, наконец собралась с силами и открыла глаза. Рассматривать стены Катерина не стала — теперь она была уверена, что вернулась домой. Только дома может быть так спокойно на душе.

Еще мгновение — и она проснулась окончательно. Секунды ей как раз хватило, чтобы заметить Ненилу, которая шарахнулась от кровати, старательно изобразив традиционную презрительную мину.

Это не работало.

— Здравствуй, — улыбнулась домовушке Катерина.

— Кхм-м… И тебе не хворать, — на конкурсе "Самое безразличное выражение лица" Нениле досталось бы первое место.

— Спасибо за то, что угробила мои шорты.

— Всегда пожалуйста, — фыркнула домовушка и направилась к двери. На пороге она обернулась и все тем же небрежным тоном добавила:

— Стало быть, ты говорила со Стариками.

Это не было вопросом, и Катерина не стала отвечать. И уж тем более — удивляться: у домовых свои способы узнавать все и обо всем.

— Может, ты и тетеря, — задумчиво сказала домовушка. — Но, по крайней мере, небезнадежная.

Заслужить подобный комплимент от Ненилы было все равно что получить Нобелевскую премию мира в комплекте с рыцарским званием и парочкой "Оскаров". Катерина кивнула, давая понять, что оценила похвалу.

— С возвращением, хозяйка! — вдруг возник из ниоткуда Сам, радостно улыбаясь. Покой и умиротворение улетучились, и вовсе не по вине домового. Ну, разве что, — чуть-чуть, ведь он невольно напомнил о том, что было так важно.

— А Хлюп вернулся? — с надеждой спросила Катерина. Домовой лишь развел руками в ответ.

Человек способен привыкнуть к очень многим вещам, но к противоестественной жаре обитатели города П. привыкать не желали, с каждым днем ненавидя ее все больше. О том, что жара станет решением чьей-то проблемы, еще накануне Катерина даже подумать не могла. Но факт оставался фактом: интернет, телевидение, газеты — все дружно свалили вину за трагедию в бизнес-центре на погоду. Майя Денисовна несколько часов изучала новостные сайты и передачи — на сверхъестественные причины не было и намека. Только жара-жара-жара, да пару раз помянули нерадивых подрядчиков.

— Видишь? Волноваться не о чем. Никто за тобой не явится. Сейчас ма закончит врать по телефону твоим родителям, и все будет окей, — подбадривал Алексей жену, пока менял ей повязки. — Вот и Ненила со мной согласна. Согласна, да? — Он очень выразительно подмигнул домовушке, передававшей ему чистые бинты.

— Эк тебя перекосило-то, хозяин, — усмехнулась та в ответ. — Меня уговаривать не надо. Лучше поразмысли, как уболтаешь незваного гостя, если он все-таки явится с вопросами.

Незваный гость явился в восьмой коттедж тем же вечером.

Он выглядел абсолютно безобидно: ни тебе похоронно-черного костюма, ни зловещего автомобиля. Костюм был серый, неновый и слегка помятый, а старенькая "Волга" — под стать одежде. Гость назвался следователем по особым делам, предъявил документы и всем своим видом выражал Катерине сочувствие. Он не бросал по сторонам любопытных взглядов, не задавал странных вопросов, и не чесал нос и уши. Сам и Ненила затаились и внимательно наблюдали за серым типом. В конце концов они решили считать его подозрительным вдвойне. Вскоре к ним присоединились домовые-соседи, и Чур тут же подлил масла в огонь:

— Я нашел в бардачке удостоверение "особого департамента" Съем свою гитару без соли, если это полиция! Он — не коп, сердцем чую! Эй, ты чего дерешься? — Чур обиженно покосился на Марфу, которая легонько стукнула его по затылку.

— А ты выражайся по-русски. Какой-такой "коп", что за зверь?

— Да ладно, — отмахнулся Сам. — "Полицейские" — тоже не наше слово, называли бы уж тогда жандармами.

— Еще стрельцов припомни! — фыркнула Ненила. — Главное, он что-то вынюхивает, а бедной хозяйке сейчас и без того тяжело… Ну, чего уставились? — мгновенно приняла она оборонительную позу в ответ на удивленные взгляды. — Это я про старшую хозяйку.

— Натравлю на него кошек, — мрачно ухмыльнулся домовой в бархатном кафтане, до того молчаливо скрывавшийся в тенях. — Ежели незваному гостю кошка в туфли нагадит, тот более в доме не задерживается, проверено. А еще, — злая ухмылка сделалась шире. — Можно тормоза в машине испортить.

— Совсем с глузду двинулся?! — возмутилась Марфа. — Вот из-за подобных выходок нас и считают чертовой родней.

— Даже думать не смей! — отрезал Сам. — Пока просто наблюдаем. Если он — не тот, за кого себя выдает, значит, только и поджидает, когда случится что-нибудь необычное.

В ответ из теней раздалось презрительное "Пфф".

Вскоре следователь попрощался и ушел. Напоследок он внимательно оглядел изнывающую в душных сумерках улочку, и был вынужден признать, что самое подозрительное на ней — искромсанные кусты у заборов. А еще у следователя сложилось прочное мнение, что в поселке живет слишком много кошатников. Всю обратную дорогу он проклинал их самих, и их драных питомцев, по вине которых пришлось заезжать на мойку. Но даже после мойки едкая вонь не исчезла из машины до конца.

Около полуночи дед Василий заглянул на минутку в кухню — выпить воды. Он уже перестал обращать внимание на то, что кошка вообразила себя скаковой лошадью. Не удивлялся, почему, совершенно не задумываясь, ставит под кухонный стол два блюдца с молоком вместо одного. Но тихий смех, донесшийся из темного угла за плитой, был настолько злораден, что мурашки побежали по спине от страха.

— Ты того… не хулигань, ладно? — сказал старик чуть дрогнувшим голосом и ушел, позабыв свою чашку.