119 дней до тебя (СИ) - Магарцева Юлия - Страница 104

— Прости. — обжигает мрачным взглядом и, не оставляя ему шанса ответить, быстро поднимается с кровати и, стараясь не бежать, поскорее выходит из комнаты.

Добирается до своей ванной. Плеснув в лицо ладошки воды, поднимает взгляд на своё потерянное отражение в зеркале и оседает.

Пол гладкий, деревянный. Она касается его ступнями, затем коленями, ладонями… виском.

«Милый Господи, пожалуйста, пусть это будет кошмарным сном».

Увы.

Кран капает: кап, кап… а в голове пульсирует: «брат», «брат».

Обидно — словами не передать, даже в затылке закололо.

Невероятная правда постепенно проникает в сознание, разъедает его, словно кислота. Механически продолжая дышать, девушка страдает новой волной отчаяния. Прежде, лизавшее внутри, оно вырывается наружу и накрывает с головой.

А ей и не хочется всплывать…

Собрав всю отвагу, Нура возвращается в спальню. Невидящим глазами замечает Итана у письменного стола. Он рассматривает её рисунки в скейтчбуке.

«Блин!» Не стоило ему их такие видеть — мрачные, серые. Извела на них все свои чёрные маркеры. Половину не помнит, как рисовала.

— Ты в порядке? — озабочено спрашивает он, откладывая скетч в сторону.

«Кто знает…»

— Угу! — выдавливает она и, проплыв через комнату, цепляется за тюль у окна. Сейчас они прояснят ситуацию раз и навсегда… как она и мечтала.

— Нура, — зовёт он её по имени, — Я… - и, замолчав растерянно, криво улыбается.

«Ну, вот и конец». — выносит она свой приговор, готовая зареветь в любую секунду. Круг замкнулся. Страх парализует мозги, но думать-то чем-то надо! Понятное дело, он тоже жутко переживает. Это ведь не шутки всё, не только их с ним страдание. Столько лет, столько замешано людей… им необходимо считаться с их чувствами. Сейчас ей всё стало известно и она легко может его понять.

По крайней мере попытается. И всё пройдёт.

«Ну-ну!»

«Ок, если не сразу, то обязательно после». «Время лечит…» — кажется так утверждала Кристина. Остаётся притвориться вменяемой минут на десять, пока не уедут… и отпустить его, в последний-предпоследний раз.

— Нура, я… — подозрительно настойчиво повторяет парень. Усмешка исчезла, горькая маска стала еще заметнее. Побледнел.

Больше ждать нельзя, еще немного и у неё истерика начнется! «Нужно освободить его от этого».

— Прекрати это, пожалуйста! — понеслись слова стихийным потоком. — Не подбирай безобидных слов… Не нужно меня жалеть!

Ей так хотелось отсрочить этот разговор. Он станет последним и разрушит их непредвиденную недолговечную встречу.

Итан в недоумении. Видя это, Нура спешит подобрать ещё более нужные слова, которые освободили бы его от воображаемого обязательства, причинявшего столько тягот.

Собравшись с духом, продолжила. — Я просто хочу, чтобы ты не волновался.

Выдержит ли её нервная система? «Попытаться нужно». Ведь, даже если не рядом с ней… он должен быть счастлив с кем-то другим. Чего бы ей это ни стоило.

— Не смотри так. Всё будет нормально. — благодаря долгому притворству и лицедейству перед Ником ей удивительно хорошо удаётся сохранить внешнее спокойствие. — Никто ничего не узнает, обещаю. Я уйду из университета, буду держаться подальше и… Не к чему это всё. Я прекрасно всё понимаю. Теперь можешь уйти.

— И что же по-твоему ты так «прекрасно» понимаешь? — спрашивает с внезапной злостью Итан.

— То, самое. — пищит она стыдливо.

«Дурацкое положение».

— Нура Дженсен! — красивое лицо Маккбрайда младшего искажает престранная гримаса. — Ты думаешь, я бросил тебя из-за того, что мы родственники?!

«Боже, да у него почти безумный вид!»

— Ээ… — в голове всё перемешалось. — А разве нет?

— Да! Из-за этого отчасти, но… Нет же! Я просто, я… Я был шокирован. Я хочу сказать что, когда узнал об этом… Эта новость свела меня с ума! Я испугался.

— Испугался?

— Ты даже не представляешь как! Я испугался за тебя, за то, как это тебя ранит. — буравит он глазами, — Я ведь обещал, обещал сам себе… — и печально выдыхает. — Нет мне прощенья.

— Значит… — потеряв устойчивость, хлопает глазами девушка. — Для тебя не это самое ужасное. Тогда… Прости, но я уже ничего не понимаю. Почему ты так поступил?

Потрясение настолько велико, что в голову не приходит ничего вразумительного. А он опустил глаза и замолчал; она даже решила сперва, что он не расслышал.

Сделав глубокий вдох, попыталась сосредоточиться, — Знаешь, — начала с еле заметной, неуместной улыбкой. — Когда я поняла, что Ричард имеет в виду, говоря, что они с папой одной крови, то сразу подумала, что твоё исчезновение из-за него. Что это он запретил тебе со мной видеться.

Ожил, качает головой. — Вовсе нет. Ничего он мне не запрещал. Это только моё решение.

— Оу!

Повисла пауза.

Жалкая Нура у окна, и он — офигенно красивый парень из снов, посреди её бирюзовой комнаты.

Грудь сжимает стальным обручем. «Она что, пытается впасть в очередной ступор?» Неожиданно стала мазохисткой и полюбила самоистязание?

— Й-ясно. — прохрипела заикаясь, когда вернулся дар речи.

— Что тебе ясно?! — взрывается Итан. Какой-то незнакомый тон. Даже не разобрать сразу его настроение.

«Да то, что в тот вечер ты сам решил меня бросить!» — прокричала про себя и закусила губу.

— Нура! — один шаг и он уже возле неё. Отшатнувшись от неожиданности, она хватается за подоконник. — Я должен перед тобой извиниться! Я был полным идиотом. Умоляю, выслушай! Когда я выяснил правду, то в пух и прах разругался с отцом. Разум помутился… Помню лишь дорогу, как ехал к тебе… Я был дико зол, просто в ярости и… разбил машину. А потом нажрался вусмерть там же, в баре. Хотел тебе позвонить… но, не успел. Прости, прости меня! Можешь ударить меня снова, если хочешь! Оливия вытащила меня оттуда и отвезла в особняк, где я утопил телефон в бассейне. Наутро чуть не подох с похмелья, а когда очухался, то… — он набрал в грудь побольше воздуха. — То получил твоё безжалостное смс.

Неохотно оторвавшись от прекрасного лица, её глаза метнулись к электронному будильнику, стоящему на прикроватном столике, и обратно:

— Какое из тысячи?

— В котором ты посылаешь меня нахрен.

Прыснув, не в силах сдержаться, девушка, тем не менее, быстро успокаивается. На душе полегчало.

— Итан, — произносит, чувствуя, как пылает на губах любимое имя. Старая рана в груди запульсировала, готовая вскрыться, едва ему стоит исчезнуть. — Итан, я не писала тебе ничего подобного.

— Хах, — как-то невесело посмеивается он. — Не веришь мне… Почему ты не веришь?

— Дело не в этом. — вскидывает брови девушка. — Эти сообщения мои и я точно знаю, что писала.

— Нет, не знаешь! — возрожает он лихорадочно и начинает шарить по карманам, — Ты просто не помнишь, от расстройства. Это было… Погоди-ка, — нащупав айфон, вынимает и, судорожно водя пальцем по экрану, ищет нужный чат. — Вот.

Сузив глаза, Нура принимает в свои руки его сотовый.

Я не хочу тебя видеть…

… эгоистичный лжец…

Не приближайся ко мне… Оставь в покое.

Я ничего больше не хочу.

— О! — срывается с губ на чьи-то чужие, необычайно правдивые слова. — От меня.

— Ты что, правда, не помнишь?

— Итан…

— Не важно! Я лишь хочу сказать, что, хоть это и не оправдание моим дальнейшим тупостям, но это твоё сообщение всё изменило. До меня только в этот момент дошла вся серьёзность того, что я натворил…

— Оно не моё!

— Что? Нура, я не виню…

— Ещё бы! Не моё, говорю же! Да и не так всё там… безжалостно. Покажи, когда оно пришло. В три часа? К этому времени я уже прекратила попытки связаться. Ты пропал. Ни единого звонка, ни буквы… и при этом, ты был в наиполнейшем порядке. Я уже отлично была в этом уведомлена.

— В «наиполнейшем»? Что это значит?!! «Уведомлена»… Кем?! Да я башкой об стенку от бессилия бился! И, что ещё за «ни буквы»? Я телефон оборвал, а ты меня беспощадно заблочила!