119 дней до тебя (СИ) - Магарцева Юлия - Страница 40

Он помнит, как впервые увидел её. Как сестру привезли из больницы, как внесли тем утром в дом, комочком в пледе. Пронесли мимо и утаили в маленькой комнатке наверху. Итан долго не мог найти в себе сил, чтобы подняться и войти туда. И всё же, спустя время, когда никого рядом не было, стоял у приоткрытой двери и слушал, как она кряхтит где-то там, в кроватке, за прозрачным лёгким балдахином. А потом… потом она стала всем для него. Всем на свете, в ту самую минуту, стоило ей лишь раз ухватить его за палец своей малюсенькой ручкой. После умирающей матери, она стала его спасением, словно открыла дверь из той пропахнувшей лекарствами комнаты, в которой он почти жил несколько лет.

— А ну, иди-ка сюда! — ловко ловит он её, пробегающую мимо… смеющуюся. Опускается перед ней и перебирает холодные пальчики. Надевает пушистые перчатки на ручки и заглядывает в большие карие глаза.

Ему было пятнадцать, когда она родилась. Мамы не стало полтора года назад, и почти сразу же в доме появилась Оливия. А потом Итан узнал, что она беременна. Эмоций не было, вообще ни одной. Ни к этой вечно приветливой женщине, почему-то всегда, чтобы он ни творил, мило к нему относившейся; ни к отцу, который, кажется, давным-давно похоронил свою настоящую жену, ещё до того, как она окончательно слегла.

Сейчас Итану стыдно вспоминать. Стыдно за того, каким был и как вёл себя по отношению к мачехе. Был груб, жесток, изо всех сил пытался возненавидеть.

— Точно не замёрзла?

— Нет! — подпрыгивает девочка, и вновь уносится по вымощенной тропинке их заднего двора — по лужайке, окружённой высокими соснами и елями, растущими вдоль забора, мимо остриженных кустов и увядающих цветников. А к дому, размахивая хвостом, плетётся взлохмаченный котяра.

— Дорогой? — появляется Оливия. Она укутана в белоснежное длинное пальто. Как всегда красивая, статная. — Останешься на обед?

— Наверное. — улыбается ей Итан, а она встаёт рядышком, плечом к плечу, и внимательно всматривается в его лицо. Тоже улыбается.

— Как у тебя дела? Как бизнес?

— Не очень. Но всё не так плохо, не волнуйся.

— Точно? Я могу чем-нибудь помочь?

— Нет. — взглянул он на неё. — Меня это сейчас совершенно не волнует.

На лице Оливии приятное удивление.

— Ну, что смотришь? — спрашивает Итан. У Люси её глаза.

— Ты очарователен, когда счастлив.

Итан издаёт смешок.

— Когда ты, наконец, познакомишь нас с той причиной, которая делает тебя таким неузнаваемым?

— Когда придёт время.

— О, сынок, — склонятся она, и кладёт голову ему на плечо. — Мне так этого не хватало. Нам всем. Очень, очень сильно.

Итан поднимает руку, касается её тёмных гладких волос и целует в висок.

— Мне тоже, мам.

В луче света кружат пылинки. Словно танцующие, под красивые звуки музыки, искрятся, переливаются в воздухе, будто волшебная звездная россыпь.

— Эй, Нура!

— Что? — стягивает та наушники и глядит на, только что вошедшую в комнату Кристину.

— Что? — переспросила та удивлённо, — Это ты мне скажи! — и указала на разложенную вокруг, просто разбросанную по всей комнате одежду. — Что это?

— Ни чё се! — вскрикнула, увидев бардак, появившаяся следом Мия. — Смотрите, ваш шкаф взорвался!!!

— Да не кричи ты! — одёрнула её Крис и вновь уставилась на соседку. — Откуда взялся весь этот хлам?

— «Хлам»? — прыснула Мия. — Слишком изящно.

— Я просто не знаю, что одеть. — устало произнесла Нура, поднимаясь с кровати.

— А, и всего-то?

— Не-не, — кривит рот Мия. — Без меня. Я пойду. Терпеть не люблю беспорядок.

— Скажи это недельному куску пиццы на твоём подоконнике. — съязвила Кристина.

Та показала ей язык и развернулась к выходу.

— Не знаешь, что одеть? — повела бровью Крис, когда эксцентричная подружка скрылась за дверью. — Если ещё и мои раскидаешь, это поможет?

— Прошу, перестань. — Нура выглядела не на шутку серьёзной. Положила наушники на стол, обняла себя руками и застыла перед окном, глядя на унылый, серый университетский двор.

— Да что с тобой? — подошла ближе Кристина. — Всё хорошо?

— Да. — обернулась девушка. — Итан звонил, у нас вечером свидание. Настоящее свидание, понимаешь?

Она замолчала, постояла ещё немного, а потом принялась собирать одежду.

— Ясно. — пожала плечами Кристина. — Мы через это уже проходили, помнишь? Не нужно так волноваться. Раз не знаешь что одеть, просто спроси у него куда…

— Я не стану ничего спрашивать. — не дала договорить ей Нура. — Это не важно. Мне всё равно, куда мы поедем, пусть даже просто останемся в машине. Дело не в этом.

— А в чём тогда?

— Мне нужно… — замялась она, — Я хочу соответствовать. — смяла в руках одну из футболок и посмотрела на подругу. — Не месту, а ему. Я хочу соответствовать Итану. Быть эффектной.

— Оу, — вскинула брови соседка. — Эффектной? — повторила и скуксилась, пытаясь отшутиться, но, тут же поджала губы, потому что Нуре было совершенно не до смеха.

— О, милая, — осторожно попыталась успокоить её Кристина. — Ты ужасно бледная. Неужели тебя это так сильно беспокоит? Это же такая ерунда.

— Не ерунда. Вовсе нет. — покачала головой Нура. — Ты не понимаешь. Тогда, когда между нами всё только начиналось, когда я просто смотрела на него издалека… когда не могла и мечтать о чём-то большем, я просто об этом не задумывалась. Тогда я грезила лишь об одном — быть с ним, и не видела себя в элитных ресторанах и на приёмах, не видела в роскошных платьях с дорогущими сумками и мейкапом. А сейчас… — она закрыла руками лицо. — Боже.

— Ну что такое?

— Это же всё не для меня! — в панике воскликнула девушка. — Я только сейчас понимаю, что это не моё, я не создана для такой жизни. Не смогу. Я не умею! Мы разные. Я просто ему не подхожу.

— Так, послушай, — Кристина опустила руки на её дрожащие плечи. — Хочешь быть эффектной сегодня, значит будешь. Я помогу.

— Я же… Я про всегда. Не только о сегодняшнем вечере.

— Понимаю. Но ты только подумай, ты зря так переживаешь, за что-то же, этот парень тебя полюбил.

— Мы ещё не говорим об этом.

— Ну, ладно-ладно, скажу иначе. За что-то же ты ему понравилась. И, уверенна, дело не в простоте, потому что, это вообще не о тебе! Ты очень красивая, Нура. Я увидела это в наш самый первый день здесь, когда на тебе были те ужасные ботинки.

— Да уж, — грустно улыбнулась девушка. — Спасибо, что напомнила. И ещё пиджак Тима Бёртона. Я была «шикарна», какая же простофиля…

— Эй, посмотри на меня! — воскликнула Крис. — Да, это было шикарно! Гордо и смело! О чём ты вообще? Ты же крутая! Я обожаю твои рубашки в клетку и короткие джинсовые шорты. А ещё ужасно завидую тому, как у тебя классно выходит собрать волосы в этот невообразимый ком на твоей голове. У меня так никогда не выходит.

Они засмеялись.

— Бренды и ярлыки не сделают тебя другой. Ты, может, не заметила, но ты УЖЕ изменилась. И теперь можешь стать лишь лучше. Не нужны тебе накладные ногти и рисованные брови с искусственными ресницами. Ты и так очень красивая, в этом твой плюс. Ты настоящая и можешь быть разной.

«Разной».

Да, наверное, Кристина в чём-то права. Нура нравилась себе тогда в клубе, и на их первой вечеринке здесь, в университете. Ей шли те наряды, нравилось притворяться. Но, всё же, она была не собой.

Все те купленные ими для неё новые вещи — из них она носила лишь половину. Остальное похоронила в глубине полок даже не удосужившись обрезать бирки. Может стеснялась слишком коротких юбок с вычурными колготками, может возможность не представилась. А, может, нужно было лишь время и это всего то надуманная глупость.

***

— Уау! — восторженным возгласом, оценила Мия одеяние Нуры. — Я знала, что оно тебе пойдёт!

Та стояла перед зеркалом в бордовом облегающем платье чуть ниже колен… короткие рукава, стоечка на шее… на спине, переливаясь, тянется до поясницы серебряная нить замка. Ботильоны на высоком каблуке, делают её подтянутой. Распущенные волосы волнами уложены на одно плечо. Образ завершает неброский светлый макияж.