119 дней до тебя (СИ) - Магарцева Юлия - Страница 93

Девушка закрывает глаза и под её монотонный голос, слушает песню из титров.

— Несчастные влюблённые.

«Почему же? Очень даже счастливые…» Ведь для них время всё же пришло и они снова вместе, а их с Итаном, возможно, больше не настанет.

Вчера ей приснился Эйден. Ей все снятся. Все, кроме Него.

Её слёзы из-за этого.

«Ну не глупо ли?»

— Пора спать. — вырывая из дремоты, шепчет тётя.

— Иду…

— Иди, пора спать. — говорит Итан Люси, которая мотая головой, только крепче цепляется за его одеяло. — Перестань капризничать. Уже поздно.

— Нет! — упрямо раздувает ноздри, лохматая капризуля. — Если я лягу и усну, ты уедешь, и я больше тебя не увижу.

— Что за глупости.

— Не уедешь?

— Увидишь!

— Ну, вот! Я права. Ты не умеешь обманывать, а правду сказать боишься. Я не уйду!

«Господи…» И так весь вечер, стоило ей услышать их разговор с Джеем о завтрашнем отъезде Итана во Францию. (Вернее сказать крики.) «Любопытная непоседа». Даже поплакать успела, еле угомонили.

— Ну и сиди, — передразнил её он. — Плохая девочка!

«Нашла с кем спорить».

— Правду тебе подавай? Слезами проблем не решить — вот тебе правда, запомни! Мне нужно уехать. Не могу я больше здесь быть.

— Что? Как это… Как это никуда не летим? Но, я думал, что всё решено!

«Я тоже так думал».

— Это из-за того, что я рассказал тебе за столом?

— Нет, да нет же! Просто… я передумал. Прости.

— Нет! Нет, Итан, стой. Как тебя понимать? Передумал, ни с того ни с сего? Не верю… Что-то случилось?!

— Не хочу я больше лететь, пойми. Точка.

— Тупизм какой-то… Самолёт через час!

— Не кричи. Успокойся.

— Я спокоен! Я хочу спокойно обсудить твоё это внезапное озарение! Ты опять сходишь с ума… Давай поговорим, Лив права, Нура простит нас…

— Перестань.

— Простит, сын! Не нужно бояться её ненависти…

— Хватит!!!

Хватит, просил же. Не так хотел, чтобы вышло.

Рассчитывал на более тихое восприятие, а в итоге получил целый скандальный допрос.

«И вовсе не в Её ненависти дело».

«Как же им объяснить?» Все эти их крики вчера на весь дом, бесполезно, всё зря — Итан твёрдо решил. Необратимо. И не мог, упрямо не хотел ничего говорить. Да даже если б захотел, горло спазмой от злости свело.

«Может, чуть позже».

— Ну, что смотришь? Так надо! Прекрати психовать. Ты же всего-навсего ребёнок, как я вообще могу тебе что-то рассказывать?!

— Сам ты ребёнок! — кричит в слезах сестрёнка и, вскочив на кровати, хочет убежать, но Итан ловит её и, повалив обратно в одеяло, крепко обняв, прижимает к себе.

— Ну, перестань, перестань… не кричи. — лихорадочно бормочет, пытаясь утешить. — Достаточно, не будем расстраивать маму. Я ведь из-за них с папой уехать хочу, чтобы им было лучше. Им плохо со мной.

— Но они из-за этого и сердятся.

— Да, но перестанут. А когда уеду, успокоятся.

— Тогда пусть успокаиваются без нас двоих, возьми меня с собой!

— Возьму. Приеду совсем скоро и заберу, обещаю.

— Почему не сейчас?

— Потому. Сейчас без нас двоих им нельзя. Потерпи, не реви… я ведь буду звонить…

Он всё наоборот предполагал. Хотел без лишних слов, уберечь родителей от нервотрёпки, но стоял истуканом и, на крики отца, не мог выдавить ни звука в оправдание. Лишь морщился от режущего слух имени (как спицей в висок), а потом и вовсе сбежал. Сначала в офис, где пробыл до ночи, уставившись в окно на далёкие городские огни, а затем долго, бесцельно, колесил по улицам и всё думал-думал… много думал, пока не позвонила обеспокоенная Оливия.

Вернувшись, застал в кабинете Ричарда полный разгром. Растерявшись, принялся было собирать бумаги с пола, но оставил эту затею и, расстегнув пальто, присел на диван.

Не Её ненависть пугает его, а своя.

«Неужели Рик верно предвидел тогда?»

— … сейчас не самое лучшее время.

— А когда? Когда она окончательно охладеет?

«Неужели? Неужели, сука, вот так легко забыла о нём, стоило ему лишь раз, ОДИН РАЗ ошибиться?!!»

— И когда? — переспав с этими новыми мыслями и смирившись, дабы не доводить конфликт до предела, сегодня интересуется Ричард. — Когда улетаешь?

— Завтра днём.

— Хорошо. Мы тогда тоже… тоже, сразу же, вылетим в Остин.

— Спасибо.

Он зол и растерян, и очень благодарен за родительскую смелость, за внезапное понимание и согласие лететь, и рассказать Ей всё, без него.

— Потерпи, не реви… я ведь буду звонить. — качает он на руках сестрёнку, — Прости, что сорвался… — «Полноценный придурок!»

«Как же я мог? Как же мог так с тобой…»

«Джей ещё этот, разозлил… заявился!»

— Всё, всё… засыпай. Завтра я буду рядом, когда ты проснёшься. Не уйду, пока не проводишь и не обнимешь, ты слышишь? Но мне придётся… я поеду и всё для нас подготовлю. Мы полетим позже вместе туда, где сможем купить тебе пони. Я обязательно вернусь за тобой, но сначала мне нужно побыть одному.

— Тебе не это нужно! Тебе помощь нужна, долбаный социопат…

Двумя часами ранее.

Когда Джаред ступил в тёмную, бывшую личную комнату Итана, тот, укутанный в плед с головой, сидел у стены на балконной террасе в обнимку с планшетом. Не на полу конечно, на жёсткой подушке с плетёного дивана (не совсем же ещё дуранулся, зима же). Но задница уже замёрзла, впрочем, как и бутылка пива в руке… поэтому парень уже собирался подняться, чтобы уйти и погрустить где-нибудь, где потеплее, но тут появился этот коротконогий незваный гость.

— Эй!

— Ты?! Что ты здесь делаешь?

— Это ты что здесь делаешь? Я думал, ты в Техасе, или ещё где.

— Ещё где.

— Угу, это я уже вижу.

Друг подозрительно поглядывает на бутылку, а Итан, закатывая глаза, поднимается:

— Родители подослали? — щурится возмущённо, но понимает, что зря (беспокоятся же, понять можно) и, поёжившись, поскорее заходит в комнату, закрывая следом за Джаредом балконную дверь. Просит включить свет, а сам уваливается с айпадом и пивом на кровать.

— Ты что, пьёшь?

— Да! И жду, когда ты свалишь, чтобы поскорее начать колоться.

— Блин, мужик. Не смешно.

— Ладно, прости. — ставит он пиво на столик. — Забудь.

— Что с тобой?

— Трезвость угнетает, вот что… дай расслабиться.

— Ой, брось, вырубай мудака.

— Мудака? Веду себя, как всегда.

— Нет, не правда. Где-то я уже это видел…

— Ох, ну ты и доставучий. — недовольно зыркает Итан, — У меня нет никакого нервного срыва. Так что ты зря прибежал, всё ништяк, — закидывает за голову руки, изображая беспечную беззаботность, — Видишь? — но Джареда не провести:

— А как насчёт того, что ты никуда не поехал?

— И что? Не поехал и всё. Я не обязан перед тобой отчитываться. Передумал! Мне что, мнения своего нельзя поменять? Да и почему ж не поехал? Завтра у меня начинается долгосрочный отпуск — я лечу в Лион[5], в Шамеле.

— Куда-куда?

— К Франко.

— Какого чёрта?!

— Просто так… поболтать.

— Насчёт ресторана?

— Да, нет. Он звал погостить и я согласился. Нужно отвлечься.

— Отдаёт скрытым смыслом, полным трагизма.

— Ха!

— Ты не пробиваем! — пялятся друг на друга сердито. — Я думал, что… Вчера ты рассказал мне о Нуре, и я до сих пор в шоке… мы с Кларой. Ваша история невообразима.

— Да-да.

— А потом я ушёл, а ты… вы собирались лететь. Ты был так позитивно настроен…

— И что?

— Я ждал вестей, блин, Чувак! Мы уже сами хотели звонить… надеялись, что у вас всё наладилось.

— Разладилось.

— Почему ты вдруг передумал?

— Хочешь знать почему?! — взбесившись, подскакивает Итан, словно ужаленный, — Почему не поехал к ней? — хватает планшет. — Вот, на… смотри сам!

Включает и показывает другу, тычет в пост открывшейся ленты новостей соцсети.