Лакомая кровь (СИ) - Грёз Герберт - Страница 44

А сейчас о главном. Некоторые из вас уже знают, что за фигура стоит за всей этой трагической и тяжелой историей. Кто-то, призвавший на службу злобного призрака деревни Мэлвилль — безумно ревнивую и жестокую душу женщины, в припадке ненависти забившую насмерть топором своего мужа и двух сыновей. Я совершенно случайно попал туда не так давно, и все увидел своими глазами. Почувствовал сердцем. Откровение, явившееся мне близ Тинитролла, в мгновение ока помогло расставить мне все на свои места. Чудовищное привидение, обитающее в исчезнувших руинах забытого селения, вселилось в одну особу, и тем дало ей поистине невероятные силы. С тех пор всякий раз, когда ревность и алчность просыпались в той женщине, Мэлвилль появлялся из небытия, питая свою незримую хозяйку.

Да, эта женщина, как я уже сказал, сейчас содержится в моем плену, заточенная в замке Хайрок. И мы с вами все вместе должны поехать туда и завершить нашу долгую войну, освободив человеческую душу и уничтожив зло.

Некоторое время никто не мог ничего сказать. Слова терялись, мысли путались. Та прямота и откровенность, с которой Нортроп рассказал о своей жизни до и после смерти, о любви и ненависти, повергла всех сидящих за столом в замешательство.

Наконец, слово взял сэр Уильям.

— Дик, — начал он. — Ты говорил искренне, то же буду делать и я. С того момента, как ты вновь вернулся в наши края, единственным моим желанием было вновь отправить тебя в небытие. Ты убивал женщин наших селений — и никому из нас и в голову не могло прийти, что такая хохотушка, как Лилли Роджерс, на самом деле была невероятно одинокой. Ты угрожал мне и Генри, пристрелил Эдора, и мы уже не могли чувствовать себя в безопасности, даже в замках. Поэтому наши действия были вполне оправданны. Но теперь я все вижу и понимаю по-другому. Не побоюсь сказать от своего имени за всех: рассчитывай на нас. Мы пойдем с тобой. Я так давно не видел красивых шпилей твоего замка!

Слова герцога поддержали все. Согласия достигли скоро, решив отправиться завтрашним утром. А Дженни и сэр Ричард условились вылететь перед рассветом.

Славный пир продолжался еще довольно долго. Лилось вино, звенели бокалы. И радость, надолго покинувшая эти стены, вернулась снова, еще более яркой и звенящей.

А поутру Лидделы и Уотерхолл оседлали коней и поскакали по широкой залитой солнцем дороге в замок, который еще недавно был цитаделью врага.

Ехали быстро, стараясь не делать длительных остановок. Всех снедало любопытство и желание поскорее покончить с этим неприятным делом.

Когда лошади прошли за ворота замка Хайрок, заря уже окрасила небо в багряный цвет. В теплом неподвижном вечернем воздухе вилась мошкара. С огромным трепетом сэр Генри и сэр Уильям рассматривали давно забытые ландшафты дома их старого друга. Внутренний двор, усаженный туями и лиственницами, щедро украшенный клумбами и фонтанами, казалось, перенесся из далекого прошлого.

Еще больше волнение усилилось, когда сэр Ричард и Дженни подвели гостей к небольшой комнате, запертой на висячий замок. Лязгнул ключ, заскрипела тяжелая дверь.

Пленница, сидевшая спиной ко входу, медленно поднялась и сняла капюшон.

Сэр Генри, хоть и знал правду, все же охнул от изумления и спросил дрогнувшим голосом:

— Что все это значит, Магда?

Глава LIII. Военный совет

Летняя терраса Хайрока утопала в зелени и цветах. Пахло медом и малиной, а еще чем-то неуловимым, что обычно ощущается в летнем вечернем воздухе после заката. Тяжелые дубовые стулья были составлены почти ровным кругом, и каждый из собеседников сидел очень близко к другим.

— Сэр Генри, — сказал Эрик. — Вы когда-нибудь интересовались генеалогическим древом вашей супруги?

— Я знал ее родителей, — пожал плечами граф. — Мне казалось, этого достаточно.

— В целом, да, но не в этом случае, — усмехнулся юный Лиддел. — Когда в Холироуде я не нашел ни одного подлинного свидетельства о родстве мисс Нэшуорт с кем бы ни было, то был весьма обескуражен. Пришлось собирать сведения по крупицам, косвенным документам и самым разнообразным записям. И вот, что в итоге я узнал. Ваша жена, сэр Генри, приходится двоюродной племянницей ныне покойного барона Хэмфри Фаулера, отца небезызвестной Тессы.

— А вот этого даже я не знал, — удивился сэр Ричард. — Теперь понятно вообще все.

— Да, — кивнул сэр Эрик. — Но это было бы само по себе ничего не значащим фактом, если бы не одно важное «но». Молодая Магда Нэшуорт полюбила сэра Ричарда Нортропа. Той самой сильной любовью, которая лишает сна и заставляет сердца пылать огнем. Я нашел письмо от леди Магды к сэру Ричарду, которое не дошло до адресата, потому что приклеилось к почте, которую отправили из замка Торнхилл в Холироуд. Там она признается в своих чувствах так пылко и красиво, что я, признаться, был очень тронут и едва не заплакал.

— Кхм, — смущенно кашлянул сэр Генри. — Я догадывался об этом.

— Но вот беда, — продолжил юноша. — Герцог не отвечал девушке взаимностью, даже не обращал на нее внимания.

— Генри, без обид, она мне всегда была немного противна, — вздохнул сэр Ричард. — Ты уж извини.

— Да ладно, — махнул рукой граф. — Дело прошлое. Я-то ее любил.

— Так вот, — вновь взял слово сэр Эрик. — Эта любовь в буквальном смысле свела леди Магду с ума, а ревность сожгла ее душу. И когда сэр Ричард объявил о своей помолвке с Тессой Фаулер, несчастная совсем потеряла рассудок. И в этот момент зловещий дух деревни Мэлвилль, давно подыскивавший себе телесное пристанище, вселился в леди Магду. Вот так хорошая, в сущности, женщина превратилась в чудовище. Это она подговорила сэра Генри выкрасть девушку из Хайрока, развязала беспощадную междоусобицу и столкнула три могучих дома в непримиримой войне. Это она своей безжалостной рукой, переодетая в форму солдата армии Лидделов, застрелила несчастную Тессу. Это она наняла Брауна, чтобы тот организовал диверсию в замке Хайрок и убил сэр Ричарда. Кстати, когда славный рыцарь понял, что сотворил — а на Курта, по его словам, снизошло откровение Господне — тотчас же отправился в монастырь.

Прошли годы, все улеглось. Но тут сэр Ричард вернулся — и все вновь завертелось, словно в страшном сне. На сей раз орудием мести был выбран мой брат. Роберт пострадал, как бы это странно ни звучало, из-за своей доблести. Леди Магде — точнее, призраку Мэлвилля — как раз нужен был такой бравый вояка. Ее план вполне был близок к успеху, если бы не Элли и невероятная любовь сэра Ричарда к Дженни. Да, это она зарезала отца Уолтера, догадавшись, что может быть раскрыта. Ее действия стали отчаянными и беспорядочными, и это означало начало краха. Атака призраков — последнее, на что хватило сил у безумной ревнивицы. И вот, теперь мы здесь, и едва ли кто-то среди нас знает, что делать дальше.

— Нельзя же просто убить ее, — задумчиво произнес Нортроп.

— Это кажется самым милосердным решением, — ответил сэр Генри. — Все же Магда мне была близка когда-то, и допустить, чтобы она страдала… Не могу.

— Так мы только выпустим призрака на волю, — сказала Элли. — И кто знает, в кого он вселится после этого? В меня?

— Этого ни в коем случае не следует допускать, — согласился сэр Уильям. — Но как же быть?

— А как она плакала, когда ты украл Дженни, — прошептал сэр Генри. — Я-то думал, она из-за дочери, а оказывается… Нет, я не могу. Давайте просто убьем ее.

— Это не выход, — покачала головой Дженни. — Но боюсь, что мы с вами так ничего и не решим.

— Можно попробовать сжечь Мэлвилль, — задумчиво предположил Браун.

— Возможно, это хорошая мысль, — кивнул сэр Уильям.

— Нет, — вдруг резко поднявшись, сказал сэр Ричард. — Генри, Билли, пойдемте. Кажется, путешествие на тот свет кое-чему меня научило.

Три старых друга поднялись со стульев и медленными шагами покинули террасу. Ночная тишина ударила в уши оставшимся. Дженни тоже вышла, сказав, что принесет попить и перекусить.

Эрик взял в руки ладонь Элли и погладил ее. Их взгляды словно поцеловали друг друга.