Замок ледяной розы (СИ) - Снегова Анна - Страница 21

Рон сделал шаг ко мне, снова сократив расстояние, и резко ответил:

- Перестань! Я не дам тебя в обиду, имей в виду!

И тут я вдруг вспомнила. Вспомнила страх, который так старательно давила в себе все эти дни. И рассказала Рону про взгляд из-под земли, ощущение чего-то древнего, могучего и ужасающего, что почти раздавило меня на этом самом месте в ту ночь.

Он слушал меня очень серьёзно, без капли недоверия – даже не думал списывать всё на разгулявшуюся фантазию маленькой девочки, чего я так боялась.

- Я понятия не имею, что это может быть, Рин. Но попытаюсь выяснить. А тебе, думаю, лучше поскорее уехать домой…

Я перебила, не дослушав.

- Пока ты не сказал какую-то глупость, сразу предупрежу – это ни в коем случае не помешает мне приехать в замок на следующую зиму!! Ну, то есть, если меня пригласят, я хотела сказать…

Рон рассмеялся, и у меня отлегло от сердца.

- Даже и не думал произносить вслух нечто подобное. Вообще уже теряюсь в догадках, каким способом можно тебя удержать, если ты что-то задумала. Ну, разве что связать и запереть в шкафу. Так что можешь возвращаться, так и быть.

- А ты… будешь по мне скучать? – я смутилась и поковыряла землю носком туфли.

- Скучать по ходячему стихийному бедствию, которое обрушивает тебе на голову град, торнадо и потоп одновременно, и к тому же само умудряется постоянно влипать в неприятности?

Я совсем приуныла.

- Спрашиваешь тоже! Конечно, - закончил Рон с ослепительной улыбкой.

Я просияла. Снова он со своими шуточками! А я как всегда повелась.

- И знаешь, что… Хотел тебе сказать ещё одну вещь.

Рон отвернулся и пару долгих мгновений разглядывал замок. Его стены, которые будто лучились теплом. Ослепительный блеск утреннего солнца, отражающийся в синих витражах. «Ледяные розы Винтерстоунов», горделиво возносящие пышные бутоны, что источали дивный аромат и плавно покачивались в такт налетевшему ветру.

Когда мой друг снова обернулся ко мне, на лице его было удивительно светлое, умиротворённое выражение.

- Спасибо тебе за это… Черепашка!

Он склонился над моей рукой, как настоящий принц на балу, и поцеловал мою раненую ладонь.

Уже сидя в трясущемся экипаже, наблюдая за тем, как быстро мелькают за окном заснеженные деревья и прижимая к животу перевязанную руку, я вдруг поняла кое-что.

Где именно ещё в замке я видела символ, что изображён был на щите последнего из эллери с гобелена. Символ, что чертили гости на земле в ночь Праздника. Розу в круге.

На той самой заветной двери, что вела в башню замка и никому не желала открываться!

Что ж – кажется, на будущую зиму у меня грандиозные планы.

​​​‌Четвертая зима в Замке ледяной розы (4.1)

Ещё один год пролетел незаметно. Иногда мне казалось, что я живу от зимы до зимы. На всё остальное время впадаю в спячку и существую только воспоминаниями и мечтами. И с каждым разом всё труднее и труднее расставаться с Замком ледяной розы – как будто он прорастает в меня корнями, незаметно, но властно оплетает объятиями колючих тёмных ветвей… Их касание – нежнее лепестка розы, но я знала, что стоит неловко пошевелиться – и шипы вонзятся в сердце.

Может быть, я и правда повзрослела за этот год, потому что именно такие мысли бродили у меня в голове, когда я снова тряслась в экипаже по колдобинам зимней заледеневшей дороги и вглядывалась во тьму меж деревьев. Касаясь ладонью дрожащего холодного стекла, считывала шёпот ветра.

Отчего-то мне было тревожно в этот раз. Куда-то девалось предощущение праздника, что охватывало меня всю в раннем детстве в такие моменты. Я пыталась нащупать его осколки где-то внутри, но никак не могла.

Волк завыл где-то вдали.

Я вздрогнула и посмотрела на отца. Тот мирно дремал на противоположном сидении. Не стану его будить.

Надеюсь, Рон оценит сюрприз, который я приготовила специально для него. Зелёное платье самого настоящего черепашьего цвета, которое мы сшили вдвоём с мамой. Я выпросила – только не сказала, почему хочу именно такую ткань. Кажется, мне понравилось быть Черепашкой.

Волосы я больше не носила собранными в детские хвосты – их подстригли короче, чуть ниже плеч, и верхние пряди моих непослушных кудрей теперь собирала аккуратная заколка. Всё-таки девять лет – это уже серьёзно. И я жуть как хотела, чтобы меня, наконец, стали принимать всерьёз.

Эта зима непременно будет самой замечательной, убеждала себя я. Замок исцеляется. Никакой толпы гостей. Мой друг снова со мной дружит и совершенно точно не будет больше игнорировать. Я ведь должна радоваться сейчас, правда?

Тогда откуда эта тревога, что скручивает нервы в тугой комок и заставляет кусать обветренные губы?..

Сухой треск распорол мерную дорожную тишину.

Лошади заржали и встали как вкопанные.

Отец едва не свалился с сидения и проснулся, недоумённо моргая. Успокаивающие возгласы нашего кучера где-то снаружи – пытается сделать так, чтобы Белоногий и Сказка перестали нервничать и вставать на дыбы. Я вижу в окно их развевающиеся светлые гривы и мохнатые передние ноги с острыми копытами, которыми они бьют морозный вечерний воздух. Чувствую, как трясётся экипаж от этих беспорядочных движений.

Папа всё-таки вникает в ситуацию. Торопливо поднимается и, уже вылезая из экипажа, бросает мне на ходу:

- Кэти, посиди здесь, а я пойду посмотрю. Только не выходи! Здесь водятся волки.

И я должна, наверное, быть за него спокойна, потому что он берёт с собой револьвер, но сердце отчего-то бьётся как сумасшедшее.

- Ну что, Клэнси, как наши дела?

- Плохо, милсдарь. Передняя ось лопнула. Кажется, что-то напугало лошадей.

- Починить сможешь?

- Никак нет. Боюсь, мы тут застряли. Позвольте, отпрягу Белоногого и поеду вперёд по дороге? До замка его сиятельства вроде бы не так далеко…

- Ох… видимо, и правда нет другого выхода. Распрягай!

Какой-то шум, возня, металлический лязг. Тихое тревожное ржание лошадей. Я уже с трудом могу усидеть на одном месте и плотнее кутаюсь в своё тёмно-коричневое пальто. Экипаж выстудило, и моё частое дыхание вырывается облачками пара. Дышу на ладони, но согреться не выходит.

- Мастер Лоуэлл, не пойму… как так-то! Обе передние подковы слетели! Даже не вижу, куда они делись в темноте. Сейчас, погодите… и у Сказки тоже! Чертовщина какая-то – так не бывает, чтоб одновременно!

В довершение всех бед гаснут оба фонаря, привязанных снаружи к экипажу. Я остаюсь в совершенной темноте.

Нет, у меня столько терпения в принципе природой не заложено! Места мало в организме, наверное, для этой загадочной субстанции. Да и если продолжу сидеть сиднем – замёрзну насмерть. Тепло уходит из меня стремительно, как будто где-то прямо в Рин открыли нараспашку маленькую форточку.

Я выпрыгнула из экипажа на совсем чёрную в темноте дорогу без единого сугроба… чтобы с размаху угодить в здоровенную грязную лужу с ледяной водой, утонуть в ней по щиколотку.

Ну вот, прощайте, моё новенькое черепаховое платье и фееричное появление в замке, о котором я так мечтала!.. И я совсем не буду по вам убиваться – по крайней мере, не сейчас, когда где-то в ночном лесу снова раздаётся волчий вой. На этот раз ближе.

Осторожно пробираюсь по этой то ли слякоти, то ли густой, практически болотной жиже – туда, где отец с кучером в темноте вступают в перепалку на тему того, стоит ли подождать до утра, или же прямо сейчас взять под уздцы коней и постараться-таки дойти до замка, до которого, по убеждению отца, рукою подать.

Холод взбирается по вымокшим мигом ногам – ему совершенно наплевать на плотные дорожные ботинки. Выше, и выше – и вот уже я вся дрожу и обхватываю себя руками, изо всех сил стараясь не стучать зубами. Запоздало вспоминаю, что из какого-то глупого желания покрасоваться ехала без шляпки. Почему-то рассчитывала, что в экипаже не будет холодно – и теперь ни за что в жизни не найду её в темноте. Вот только этого открытия мне и не хватало для полного счастья!И в этот момент раздаётся стук копыт множества лошадей. Откуда-то позади – из темноты, которую мы только что проехали. Я оборачиваюсь и жмурюсь – яркий свет разгорается тёплой звездой. Он всё ближе и ближе… Неужели спасение?..