Замок ледяной розы (СИ) - Снегова Анна - Страница 24

Так начинался злосчастный завтрак. Я боялась даже гадать, чем же он закончится. Оказалось, правильно боялась.

После первой смены блюд леди Кингстоун вдруг соизволила обратить на нас с отцом внимание. Даже через весь обеденный зал её властный голос гремел совершенно отчётливо.

- Мистер Лоуэлл! Полагаю, из тех самых Лоуэллов, что владели захудалым Локвудом на краю Бесконечных Болот?

Отец, сидевший напротив меня, уронил вилку на стол. Мне больно было видеть его смущение.

- Вы совершенно правы, миледи! Мы…

- И каков же ежегодный доход, приносимый вашим поместьем?

На секунду отец замешкался, не зная, как ответить. Я прекрасно понимала, что дела у нас в последнее время шли не очень, и он стыдится озвучивать эту скромную цифру, да ещё и при собственной дочери.

- Достаточный, чтобы мы с папой могли каждый год приезжать в этот великолепный замок, миледи!

Ой, это что… Это правда я сказала?.. Да ещё так звонко – на весь зал…

Мамочки, меня сейчас, кажется, четвертуют заживо… По крайней мере, распахнувшиеся в изумлении глаза герцогини вперились в меня с таким выражением, будто муха, попавшаяся ей в супе, не только не пожелала быть задушенной, но ещё и принялась внаглую кружить у самого носа.

- Но, видимо, недостаточный, чтобы нанять вам гувернантку и привить хорошие манеры!

От испуга я дёрнула рукой… И бокал с вишнёвым соком, стоявший передо мной, шлёпнулся прямо на скатерть. С ужасающей скоростью по ней стало расплываться здоровенное уродливое пятно.

Это было фиаско.

И я как раз собиралась с духом, чтобы вскочить, откланяться и пулей вылететь из зала… Как вдруг раздался скрип стула, который в звенящей тишине показался мне оглушительным.

Рон с потрясающе непроницаемым выражением лица встал, аккуратно взял свою тарелку, вилку, бокал и обошёл тот край стола, даже не взглянув на бабку. Все следили за ним молча, и я в том числе.

Мимо длинного-предлинного стола он шёл очень медленно и очень невозмутимо.

Столь же невозмутимо поставил свой столовый прибор справа от меня, отодвинул стул и вальяжно расселся.

- Вы правы, бабушка – мисс Лоуэлл недостаёт хороших манер. На время её присутствия в замке готов предложить свои услуги по их исправлению. За неимением гувернантки.

Он подвинулся на край стула так, чтобы совершенно закрыть меня от взгляда герцогини, и как ни в чём не бывало вернулся к опустошению своей тарелки.

Остальные с облегчением снова зазвенели столовыми приборами. Леди Кингстоун, кажется, не нашлась, что ответить, и предпочла сделать вид, что инцидент исчерпан.

Тут только я осмелилась сделать выдох и опустить плечи. Кажется, всё это время я сидела прямо, будто кол проглотила. В груди всё горело, глаза щипали непролитые слёзы. Я уронила руки на колени и уставилась в тарелку.

Рон легонько пнул меня ногой под столом и сказал тихо - так, чтобы слышала одна я:

- Ешь давай. Всё хорошо.

(4.3)

Остаток завтрака прошёл словно в тумане. Я даже не запомнила, что было в тарелке. И конечно же, смылась оттуда, как только леди Кингстоун завершила трапезу и покинула обеденный зал – первой, опираясь на руку дочери и в сопровождении двух лакеев. Впрочем, мне показалось, что старухе просто нравится внимание, и при необходимости она великолепно может идти совершенно самостоятельно.

Меня немного штормило, и вообще я чувствовала себя невыспавшейся и ужасно разбитой. Долго думала, чем заняться – так, чтобы не наткнуться где-нибудь ненароком на герцогиню. И я ещё страдала, когда замок был полон незнакомых людей? Да эта мегера с лихвой перекрывала их отсутствие!

Сначала я решила наведаться к отцу и посмотреть, как он разместился. Выслушала дифирамбы в адрес Рона, как он здорово вчера помог. Зачем мне дифирамбы? Я и так знаю, какой он замечательный.

Потихоньку сбегала в сад, полюбовалась на цветы. «Ледяные розы Винтерстоунов» пышно цвели на старых кустах. Торнвуд был прав – на месте оставшихся бутонов выросли новые и щедро укутали зелёные ветви белым кружевом лепестков.

Но, конечно, прекраснее всех была моя роза. Только у неё был этот невероятный синий оттенок, взрыв красок на белом как снег холсте. Я даже не представляла, что такая красота бывает на свете! И ещё одно отличие – она не переставала расти. Моя роза оказалась плетистой, и вьющиеся ветви уже взобрались почти до самого второго этажа, впиваясь острыми шипами в серый камень, изящно огибая стрельчатое окно с витражом.

И тут я, наконец-то, вспомнила о загадке, которая не давала мне покоя весь год. О символе розы в круге, который видела в замке на одной из дверей. Если точнее, на самой загадочной их них – той самой, что вела в башню. Той самой, что, если верить легендам, никто за многие поколения Винтерстоунов так и не смог открыть, включая нынешнего хозяина Замка ледяной розы.

Я почувствовала, что наконец-то оживаю и во мне пробуждается прежний боевой дух. В конце концов, вряд ли вредная старушенция забредёт на третий этаж – что ей делать-то там? Значит, сейчас самое время отправиться навстречу приключениям. В конце концов, мы с замком, кажется, и правда подружились – вдруг он откликнется на мою просьбу и разрешит войти туда, где, я была уверена, хранятся несметные сокровища?..

Ух, у меня и сердце билось, когда я подходила к двери!

За моей спиной тянулся знакомый до боли коридор третьего этажа, мягко горели синим каменные розы на стенах. Днём много света было ни к чему, и коридор утопал в тенях. Где-то там, в самом его конце, моя комната, сразу вслед за комнатами Эда и Рона. Новых жильцов на этаже по-прежнему не появлялось, чему я была невероятно рада. Особенно сейчас – ведь это значительно уменьшало шансы, что меня застукают за таким неприличным занятием, как сование любопытного носа туда, куда не следует.

Дверь была не очень высока – может быть, примерно в рост взрослого человека. Узор в виде тёмных каменных ветвей, усыпанных белыми выпуклыми розами, особенно чётко виднелся на фоне серого дерева. Вот ещё одна загадка – оказывается, за год посветлел не только камень, из которого был высечен замок, но и древесина… Это уже вообще не укладывалось в моей голове – оставалось принять это чудо как должное и постараться поменьше удивляться. Мне сейчас нужны свежие мозги. И сосредоточиться посильнее.

Где-то она была же… Я внимательно рассматривала узор, который образовало переплетение ветвей. Он неуловимо отличался от того, что был на других дверях. В нём, кажется, была какая-то закономерность, но уловить её никак не получалось.

Вот и роза в круге – почти скрытая за перекрестьем тонких колючих веточек и крохотных листьев. Возникало такое чувство, что сначала её вырезали в двери глубокими изогнутыми линиями, а потом уже ветви сами заплели её и почти скрыли от глаз.

Ну ладно… Попробуем!

Я глубоко вздохнула и коснулась розы ладонью. Всю себя вложила в одну-единственную мысль – «Мне очень хочется войти. Пусти меня, пожалуйста, замок!»

Несколько долгих мгновений ничего не происходило, а потом глубокие борозды, вычерченные в дереве загадочным мастером, стали наполняться синим светом.

Задыхаясь от восторга, широко распахнутыми глазами я следила за тем, как колючие ветви приходят в движение и медленно раздвигаются, открывая розу целиком. А потом над ней вспыхивают искрами какие-то знаки, которые постепенно сливаются в письмена.

И я почти уже поняла, что они означают. Почти сумела прочесть послание…

Но мне не дали.

Роза вспыхнула и погасла, в мгновение ока спряталась за колючими ветвями, когда где-то на лестнице раздался топот множества ног и шум голосов. Тёмная и немая – дверь больше не желала откликаться, она будто затаилась, очень и очень настороженно.

Я бросилась к ажурным кованым перилам, отделявшим лестничную площадку от провала, присела, скрытая тенью, и осторожно выглянула.

- Нет, мой дорогой! Это вы, очевидно, не понимаете. Я только что из столицы – у Его величества был второй приступ!‌​​​‌​‌‌‍​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​