Замок ледяной розы (СИ) - Снегова Анна - Страница 64

Боже, он умудряется вывести меня из себя даже дистанционно! Что же будет, если мы снова встретимся?

Запоздало понимаю, что впервые за очень и очень долгое время называю его в мыслях по имени. Значит ли это, что я стала трусить чуть меньше?

В своей комнате я одна. Всё равно воровато оглядываюсь, а потом произношу его имя вслух, как будто хочу вспомнить, как оно звучит.

А оно, оказывается, звучит для меня так, что приходится срочно бросаться к умывальнику и ледяной водой смывать с лица румянец и глупую улыбку.

Нет, Рональд Винтерстоун! Ты ещё не победил! И решение, ехать или не ехать, я должна принять как взрослый и здравомыслящий человек, тщательно взвесив все «за» и «против». Потому что если меня штормит и качает уже сейчас, то боюсь представить, что начнётся в замке. Утешает одно – за последние годы я ни разу не давала себе повод усомниться в том, что всяческая романтическая чушь совершенно не для меня. Трезвая голова и ясный рассудок со мной в любой ситуации, а что за мурашки такие заводятся в организме впечатлительных барышень, понятия не имею. Надеюсь, эти замечательные качества и впредь мне не изменят.

А потом я вздыхаю и, не в силах удержаться, тяну за ещё одну ниточку, соединяющую меня с прошлым. Подхожу к книжному шкафу и вытаскиваю старенький, потрёпанный и зачитанный до дыр томик «Легенд эпохи Завоевания».

Кстати, книжный шкаф у меня просто великолепный! Даже Рон бы обзавидовался со своей фамильной библиотекой. В моём чудесном шкафу есть всё, что угодно, – от приключенческих романов до энциклопедий. Даже учебники, совсем такие, как в этой его школе для богатеньких лоботрясов! Потому что отец каждый год покупал мне новые книги, чтобы отвлечь и порадовать. Понятия не имею, где он умудрялся доставать такие редкости, но я была ему жутко благодарна. Денег-то на учёбу в столичных школах у нас отродясь не водилось, а в Королевстве не так много мест, куда принимают девчонок. Вот и приходилось грызть гранит науки самостоятельно. Ну я и грызла по мере сил.

И вовсе не потому, что мне хотелось, чтобы кое-кто мной гордился! А смысл, если он всё равно никогда бы не узнал, что я выучила наизусть всю флору и фауну Королевства, включая устаревшие наименования на староимперском. Или прорешала все-все задачи по геометрии с тремя звёздочками сложности.

Я открыла «Легенды» на странице, где рассказывается о завоевании королём Отто последнего оплота эллери – Замка ледяной розы. И в красках живописуются ужасы, что творили эти чёрные зубастые монстры с несчастными пленниками, которых пытались отбить доблестные воины Короны. Не самое приятное чтиво перед сном, если честно.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍На этой странице я до сих пор хранила как закладку ту самую заколку, что подарил мне Замок ледяной розы в детстве, когда я сломала свою. Вложил прямо в руки, словно соткав из воздуха.

Четыре изогнутых зубца, синяя роза в серебристом круге... Не просто изящная безделушка – мостик от меня прошлой ко мне настоящей.

Подхожу к зеркалу и вставляю заколку в волосы. Удачно, что я уже давно сменила причёску и больше не ношу свои длинные каштановые локоны распущенными, как маленькая. Правда, пышному узлу на затылке бывает непросто удержать всю эту непослушную тяжесть, но и постричься я не решаюсь. Мода на короткие, туго завитые кудри до плеч пришла к нам из столицы недавно, но какое мне дело до мод… Так что заколка пригодится.

От прикосновения холодного металла к коже её словно начинают покалывать искорки. Если я собралась развивать свою магию, то, возможно, носить самый настоящий магический предмет при себе – не самая плохая идея.

Выдёргиваю пару коротких прядей из причёски, накручиваю пальцами, покусываю губы для яркости… Долго всматриваюсь в своё отражение. Пожалуй, так лучше! Конечно, кожа у меня слишком бледная, и с этим уже ничего не поделаешь. Потому что терпеть на себе слой пудры, румян и другой штукатурки я не согласна ни за какие…

Стоп. А что я вообще сейчас делаю?!

Вспыхиваю от смущения и поскорее отодвигаюсь от зеркала. Выдёргиваю заколку из волос, и они падают мне на плечи и спину. Старое зеркало на стене, всё в чёрных крапинках, какими покрываются седеющие зеркала, отражает моё растерянное и почему-то очень счастливое лицо.

Кошмар какой!! Я себе больше нравилась ревущей, вот честно! Так я могла, по крайней мере, себя понять. А вот эту взволнованную незнакомку с перепуганными карими глазами на пол лица, что заблудилась в потемневших коридорах времени по ту сторону таинственного зазеркалья, я вижу впервые в жизни.

Проваливаюсь в сон прямо так, как падаю на кровать – не раздеваясь, поверх покрывала, с металлической розой, зажатой в ладони до того крепко, что выпуклые очертания цветка отпечатались на коже.

…Страх и ненависть, жажда крови и ярость, разбегающаяся по венам толчками… Непреодолимое стремление уничтожить всякого, кто встанет на пути… От них дрожит тёмный камень крепостных стен, на которых я стою. Они ядовитыми испарениями отравили самый воздух вокруг. Выпили и стёрли даже краски с небес над моей головой.

Ветер с привкусом гари и железа остервенело треплет подол моего белого некогда платья. Вцепляюсь дрожащими пальцами в угол зубчатого парапета, чтобы не упасть. Оборачиваюсь и вижу громаду башни Ледяной розы за спиной, так близко, что хочется взлететь и спрятаться в ней в запоздалом порыве. Потому что она – как последний оплот, последний сохранившийся осколок моей прежней жизни. Её сияющую белизну не могут погасить даже клубы жирного чёрного дыма, что ластятся к ней и алчно облизывают древний камень. Это горят розы у подножия башни.

Глаза жгут слёзы, и я поскорее отвориваюсь, снова смотрю вперёд, чтобы запечатлеть в памяти последние минуты сражения. Я уже знаю, что скоро всё будет кончено.

Далеко внизу под моими ногами всё ещё кипит яростный бой. Чёрные звери перемешались с людьми в серебристых доспехах. И не поймёшь уже, кто из них нападает, а кто защищается. Потому что одинаковые нечеловеческие крики боли и гнева вырываются из распахнутых ртов и пастей. И одинаковая алая кровь щедро удобряет луга перед замком. И одинаково лютая, жестокая, бессмысленная и бесконечно одинокая пустота поглощает умирающих воинов с той и с другой стороны.

Так зачем это всё? У меня нет ответа. Я знаю только, что у каждого из нас есть единственное место на всём белом свете, где мы должны сейчас быть, какой бы жребий не уготовила судьба.

Здесь.

В Замке ледяной розы…

Я просыпаюсь перед рассветом и долго лежу в светлеющей тьме, глядя в потолок. С трудом разжимаю одеревеневшие пальцы. Красные линии на ладони – как лепестки розы.

Вот она, моя причина!

Не потому, что пора вскрыть эту рану и очистить её, даже если снова станет больно – или в конце концов я умру от заражения крови.

Не потому, что мне так хочется, до дрожи в сердце хочется снова его увидеть.

И даже не потому, что пора уже, наконец, понять, откуда у меня магические способности и зачем они мне даны.

Просто куда бы я ни сбежала, есть только одно-единственное место на всём белом свете, где я должна сейчас быть.

Когда первые лучи солнца бросают розовое золото на снег, выхожу побродить немного вокруг дома и освежить голову.

Снег у задней стены, который я растопила, так и не замёрз снова. Кажется, земля здесь теперь тёплая и мягкая, а под окнами пробивается свежая зелень.

И там, в этой зелени, где когда-то росли безжалостно выкорчеванные мною кусты роз, снова расцвёл цветок.​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

‍​‌‌​​Это не таинственная и благородная «ледяная роза Винтерстоунов». Откуда бы им тут взяться.

Это самая простая роза, алая как кровь. Один-единственный, едва распустившийся бутон.

Мама бурчит себе под нос, обмеряя мою талию лентой:

- Тощая-то какая выросла, горе луковое… И мелкая…

- Ничего – всё, что надо, у дочери вашей на месте! Все графья облизываться будут, - успокаивает её портниха, вытаскивая булавки изо рта. – Вот увидите, отбоя не будет от женихов!